Черепаховый суп - Галеев Руслан - Страница 15

Основной парадокс человечества в том, что мы, люди, сочетаем в себе тягу разрушать и стремление создавать. В нас воистину со–шлись божественное и дьявольское. Нам не чужды понятия: добро, красота, вера, свобода, соучастие. Память. Умение восхищаться. Стремление сохранить. И хрен его знает, каким образом мы умудря–емся сочетать в себе противоположное. Я ведь и сам создавал и уничтожал, убивал и радовался рождению, спасал и равнодушно от–ворачивался, крал и дарил, верил и сомневался, восхищался и ци–нично насмехался. Объяснить этого я не могу, но прихожу к выводу, что главное в человеке – противоречие.

Помните, я говорил об истинах, которые навязли у нас в зубах. Может, и у вас тоже, я не в курсе… Так вот, человек умудряется про–тиворечить этим истинам всем своим существованием. Как хотите, так и понимайте…

Буги докурила, отбросила окурок в сторону и молча вернулась в машину. Пикап, глухо урча, скатился по осыпающемуся склону холма и въехал под сень руин уничтоженного войной города. Одного из многих сотен подобных ему. Может быть, даже из тысяч.

– Обожаю такие городки, – вздохнул Сабж, – их ни с чем не сравнимый провинциальный колорит и…

– Сабж, заткнись, – вздохнула Буги.

– Молчу-молчу, – понурился Сабж и уставился в боковое окно.

19. Рутина

Последний раз я бывал в Орлином Гнезде четыре с половиной го–да назад, за полтора года до вынужденного отпуска. С тех пор тут почти ничего не изменилось. Те же словно надкусанные гигантским дегустатором темно-коричневые стены, та же чахлая раститель–ность серого цвета в трещинах асфальта и меж кирпичей руин, то же тревожное ощущение настойчивого взгляда в спину.

Я знал, что это только ощущение. Буги не просто так курила, стоя у пикапа. Прежде чем отправиться за мной и Сабжем, она уже по–бывала здесь (и еще кое-где), и расставила в только ей известных местах маячки – не меньше сотни в каждом городе. Специальный сканер (который мог быть вмонтирован в часы, пуговицу, куда угод–но) считывал информацию с маячков. И если бы в городе появи–лись гости, а тем более если бы они решили дождаться нас, хоть один маячок зафиксировал бы это. Тогда бы мы просто разверну–лись, доехали до ближайшего населенного пункта, сдали пикап, арендовали другую машину и попытали счастья еще раз, в другом месте.

А когда мы будем покидать Орлиное Гнездо, Буги активирует сис–тему самоуничтожения маячков – и от них не останется ничего, кро–ме расплавленных кусков пластика и сгоревших чипов со стертыми данными.

С тех пор как правительственные органы выяснили, что есть лю–ди, способные проникать в Эпицентр и возвращаться обратно, мы вынуждены были соблюдать осторожность. И Полковник, основной организатор и заказчик трипов, разработал целую систему меро–приятий, чтобы усложнить работу спецслужб, занимающихся Эпи–центром. В том числе и установку маячков в городах-форпостах.

Разумеется, периодически кого-то из наших брали. На этот слу–чай тоже существовали инструкции. Так, не следовало ничего скры–вать. Почти ничего.

Проводники шли в трип только после личного уведомления Пол–ковника. Каким образом они получали информацию с Территории Штиля, никто, кроме них самих, не знает. Состав группы известен только организатору трипа (как в нашем случае – Буги).

Когда арестованных сталкеров заставляли провести группу в Эпицентр, это требование следовало выполнить. Но группа обяза–тельно погибала, даже если арестовывали Проводника. У него или трипующего бойца был шанс выжить благодаря своему опыту и зна–нию Эпицентра, однако я не слышал, чтобы кому-то это удалось.

На руку сталкерам играл тот факт, что эффект от электромагнит–ных импульсов, разбросанных лепестками ядерных взрывов, так и не исчез окончательно. В самом Эпицентре он не ощущался, но вот небо над Неподконтрольной Дистанцией было гарантированно за–щищено от воздушного транспорта.

Почему мы скрываем свои способности от правительств и поче–му они, в свою очередь, стремятся попасть в Эпицентр?

Ох… Это сложный и крайне запутанный вопрос. Ведь, с одной стороны, Эпицентр – губительное для всего живого на земле (кроме населяющих его организмов) место. И на первый взгляд владение им мало что дает метрополии в плане геополитического превосход–ства. Но в действительности сумевший подчинить нейтральную тер–риторию получает контроль над прочими метрополиями. Собствен–но, это и явилось причиной последней войны на Земле. (Я говорю «последней», поскольку доверяю Полковнику и его научным изыска–ниям.) Ведь то, что в самом центре планеты расположена военная база баллистических ракет, оснащенных ядерными боеголовками, могло в корне изменить всю картину мироздания.

Человечество во все времена пребывало в состоянии готовнос–ти к войне. Бытующее определение – «вооруженный до зубов нейт–ралитет» – не момент истории, оно и есть история. Человечество только в этом состоянии и существовало. Гонка вооружений, кото–рая в разные времена то скрывалась под ликом развития прогрес–са, то действовала открыто, была и пока что остается угрозой циви–лизации. И это еще раз подтверждает парадокс, характерный для всего, что творит человек. С одной стороны гонка вооружений спо–собствует развитию инженерной мысли, медицины, физики, мате–матики и прочих наук. С другой стороны, именно благодаря этому развитию все созданное человечеством может в любое мгновение исчезнуть. Полковник однажды сказал, что в тот момент, когда люди подчинили себе атом, наша цивилизация стала похожа на канато–ходца, замершего на середине пути и выронившего балансир: он удерживает равновесие только за счет того, что ветер с одинаковой силой дует со всех сторон.

Оговорюсь. Мы все, и Полковник в первую очередь, отдавали се–бе отчет в том, что рано или поздно Эпицентр будет взят. С нашей помощью или без нее – это все равно бы случилось. И мы были го–товы к тому, что однажды Полковник даст сигнал, и нам придется войти в Эпицентр, чтоб попытаться остановить человечество. «Это бесполезно, – качал головой Полковник, – но иногда бессилие при–носит больше пользы, чем сила. Будем надеяться, что я успею что-нибудь придумать. Вот только что? Ума не приложу».

Пока же мы делали то, что могли. Получая сигнал от Полковника, мы уводили в Эпицентр тех, кто страдал от политических, религиоз–ных, расовых преследований, тех, кто мог сделать что-то полезное, но был связан по рукам и ногам системой, предрассудками или фи–нансовой ситуацией.

Кроме того – не вижу смысла скрывать этот факт – через Эпи–центр часто перевозились различные контрабандные товары: ал–коголь, легкие наркотики растительного происхождения, запре–щенная литература, etc. А нам нужны были деньги. В первую оче–редь, на те исследования, которые проводил Полковник и помогавшие ему ученые. Остальное доставалось трипующим стал–керам. Мы привыкли жить безбедно, почти ни в чем себе не отка–зывая. Риск, которому мы подвергали себя в Эпицентре, давал нам на это право. Трипы были нашей работой, нашей жизнью и нашей смертью.

Еще одним из источников добывания средств стало то, что мы на–зывали между собой «хабаром», а на самом деле мародерство. Ведь Эпицентр когда-то был метрополией Нагасаки – одной из самых влиятельных и богатых. И обшаривание его опустошенных войной городов порой приносило едва ли не больший доход, чем доставка контрабандных грузов. Хотя и было связано с достаточно трудоем–кой процедурой очистки трофеев: радиационной, химической, бак–териологической. Ведь они могли представлять серьезную опас–ность для обычных людей.

20. Полчаса чешуйчатого ада

У гостиницы сохранился почти весь второй этаж и часть крыши, и все здание было чертовски похоже на изъеденный кариесом зуб. Левый угол второго этажа обвалился и открывал взгляду засыпан–ные песком внутренние помещения. Они напоминали мне подвод–ные пещеры, в которых, судя по фильмам Кусто, обитают жуткова–тые поедающие друг друга твари.