Ночные грезы - Тейлор Дженел - Страница 29

– Э-э… пойду переоденусь, – пробормотала она смущенно. И, не сказав больше ни слова, помчалась к себе.

Бо услышал, как где-то наверху хлопнула дверь.

«Похоже, мальчишка не хочет иметь с ней дела, – промелькнуло у Бо в голове, пока он, присев на корточки, возился с застежками сандалий. – Он игнорирует ее просто потому, что она не его мать. А еще потому, что видит, что она мне небезразлична. В точности как в каком-то из тех надоевших до оскомины старых фильмов», – подумал он, покончив наконец с застежками. Нечто в этом роде Бо видел сотни раз – несчастный ребенок, оставшись без родителей, яростно бунтует против вздорной мачехи, пока на горизонте не появляется благородный незнакомец. Придя на помощь обоим, он заставляет их сердца смягчиться. Злобная мачеха, влюбившись в него, становится примерной матерью. Короче, все счастливы.

«Но это не кино, – вздохнул он. – И на этот раз счастливой семьи не предвидится».

Но ужаснее всего было то, что для Спенсера, пока не знавшего о том, что он стал сиротой, что ему не суждено больше вернуться домой и увидеть родителей, самое худшее, похоже, было впереди.

Оказавшись в своей комнате, Джордан быстро сбросила с себя то, в чем обычно ходила дома, в спешке даже не позаботившись подобрать с пола раскиданные вещи.

«Как это не похоже на меня – оставить все в таком беспорядке», – подумала она, рассеянно оглядевшись по сторонам. С тех пор как три дня назад Фиби оставила с ней Спенсера, Джордан ни разу даже не раздвигала занавесок на окнах. «Ну и ладно, – мелькнуло у нее в голове. – До занавесок ли сейчас, когда весь мир вокруг летит кувырком…»

Тем более когда Бо Сомервилл поцеловал ее так, что у нее захватило дух.

Проходя мимо зеркала, Джордан бросила взгляд на свое отражение и заметила, что у нее до сих пор на скулах рдеют яркие пятна. Заметила она и то, как порозовела ее обычно молочно-белая кожа в вырезе футболки. И смутилась окончательно.

Ей вдруг совсем некстати вспомнилось, как Кевин, ее несостоявшийся жених, в свое время безжалостно подшучивал над этой ее особенностью при малейшем смущении краснеть всем телом. Стоило только Джордан разволноваться, как она, словно обожженная жарким солнцем, мгновенно розовела от корней волос до самых пяток.

А уж Бо Сомервилл со своим поцелуем взволновал ее до того, что она едва не потеряла голову! «Какого черта! – разозлилась Джордан. – С чего ему вообще взбрело в голову меня целовать?!» Да и она тоже хороша – вместо того чтобы оттолкнуть его, ответила на его поцелуй с такой возмутительной пылкостью, что просто диву даешься! Тоже – нашли время для романа!

Впрочем, Джордан вообще не собиралась заводить роман, а уж с Бо и подавно. И если уж она не стремилась к подобным глупостям раньше, то теперь, после того как Фиби подкинула ей Спенсера, а потом растворилась в ночи, чтобы встретить смерть рядом с мужем, ни о чем таком не могло быть и речи.

И потом… какое-то внутреннее чувство настойчиво подсказывало Джордан, что Бо стремится к любовным интригам ничуть не больше ее самой. Всякий раз, как он появлялся в ее доме, ей казалось, что его окружает невидимая стена, которую он сам возвел вокруг себя. Это чувствовалось даже тогда, когда они разговаривали по телефону. Не нужно было быть экстрасенсом, чтобы догадаться, что он вовсе не из тех, кто всегда готов завести легкую, ни к чему не обязывающую интрижку с женщиной, – просто Андреа Макдафф со своей настырностью выбила из него согласие позвонить Джордан. А как трудно иной раз противостоять Андреа, Джордан знала на собственном горьком опыте.

«Бо не имел никакого права так поступать со мной, – возмущенно подумала Джордан. – Как не стыдно – воспользоваться моей растерянностью и поцеловать!»

При мысли о том, что Бо по-прежнему тут, внизу, у нее в доме, да еще по ее же собственной просьбе, Джордан с трудом подавила мучительный стон, готовый сорваться с ее губ.

Да… но если она попросит его уехать, то останется один на один со Спенсером!

«Этого я не вынесу, – с горечью подумала Джордан. – Еще один такой день, и можно просто умом тронуться! Если не считать завтрака с его любимыми хлопьями, все остальное, что бы я ни делала, что бы ни говорила, вызывало бурю возмущения». Джордан оказалась виновата, что Спенсер пропустил свою любимую телепередачу, потом он больно стукнулся ногой об стол и в этом тоже обвинил ее. Он не желал чистить зубы, не хотел одеваться, швырялся одеждой; ему не нравилось ничто из того, что она ему предлагала.

Но невыносимее всего было то, что Спенсер буквально не давал ей проходу, то и дело приставая с вопросом, когда же наконец приедет Бо, чтобы отвезти его в зоопарк. В конце концов, решив, что с нее довольно, Джордан сказала ему именно то, чего не собиралась говорить: что, даже если Бо приедет, они все равно не смогут поехать в зоопарк. Если он вообще приедет…

К тому времени она и сама уже начинала в этом сомневаться, хотя Бо несколько раз звонил с работы, чтобы предупредить, что приедет сразу же, как только освободится.

«Может быть, было бы куда лучше, если бы он так и сидел в этом своем проклятом офисе», – с досадой подумала Джордан. Открыв дверцу шкафа, она вытащила оттуда первое, что попалось под руку. Это оказались черные слаксы – как раз под настроение.

Натянув их, Джордан опять принялась недовольно разглядывать свое отражение в зеркале. Не может же она в самом деле спуститься вниз с этими розовыми пятнами на шее?! Не хватало еще, чтобы Бо Сомервилл догадался, что один его поцелуй привел ее в такое состояние!

«А все дело в том, – подумала Джордан, – что давно уже ни один мужчина не смотрел на меня таким взглядом, как Бо Сомервилл. Слишком давно… И сейчас это совсем не ко времени, особенно учитывая нынешние обстоятельства, – напомнила она себе. Со вздохом Джордан открыла еще одну дверцу и принялась копаться в шкафу в поисках блузки, которую собиралась надеть. – А что касается мистера Бо Сомервилла, так, возможно, его время не наступит вообще никогда».

Не хватало ей еще легкой добычей упасть в руки этого дьявольски привлекательного южанина! Это было бы величайшей глупостью с се стороны – все равно что самой напрашиваться на явные неприятности.

В день ее так и не состоявшейся свадьбы она поклялась, что скорее умрет, чем позволит себе снова влюбиться, особенно в такого, как Кевин. В мужчину, которому ничего не стоит заморочить ей голову, суметь заставить ее забыть обо всем, когда она в его объятиях.

И все же где-то в уголке души Джордан таилась надежда, что она не будет вечно оставаться в одиночестве. Что в один прекрасный день она просто устанет оттого, что рядом никого нет. Что в ее жизни в конце концов появится кто-то, способный заставить ее забыть горечь предательства и взглянуть на мир другими глазами.

Да, конечно, такое могло случиться. И, однако, Джордан почему-то была совершенно уверена, что даже если и найдется такой человек, который сможет завоевать ее сердце, то это ни в коем случае не будет Бо Сомервилл.

Редко и с некоторой робостью заглядывая в будущее, она всякий раз видела рядом с собой мужчину совсем другого типа – более спокойного, более предсказуемого. Точнее, одного из тех невозмутимых, всегда застегнутых на все пуговицы джентльменов, которые напоминали ей ее отца.

А Бо Сомервилл рядом с Кларком Карри скорее походил на бокал сухого мартини рядом с кружкой теплого молока.

Джордан тяжело вздохнула, натянула нежно-зеленую облегающую водолазку без рукавов и, немного поколебавшись, распустила по плечам волосы. Потом подумала, не будет ли ей жарко в обтягивающей тело водолазке да еще с высоким воротником.

Впрочем, сегодня ей было не до таких мелочей!

Она боялась одного – жара, который без труда разбудил в ней Бо одним-единственным поцелуем.

Уже начинало понемногу темнеть, когда Бо свернул на дорожку, ведущую к городскому дому Джордан. Кондиционер в машине работал на полную мощность, почти заглушая приемник, по которому передавали какую-то старую песню в исполнении Вана Моррисона. Бо выключил мотор, и в машине сразу стало тихо.