Ночные грезы - Тейлор Дженел - Страница 27

Мысли Джордан вновь вернулись к Курту. Она то ругала себя за свой звонок ему, то жалела, что не решилась сказать большего. Судя по голосу, Курт был ошеломлен известием об убийстве сестры и ее мужа. И, как и власти, почти не сомневался, что тело его единственного племянника навеки исчезло в водах реки Делавэр.

«Я должна перезвонить ему, – решила Джордан, – и сказать, что Спенсер жив».

Но ведь Фиби взяла с нее слово никому не говорить о Спенсере. И Бо прошлой ночью сказал то же самое.

«Курту-то можно доверять! – возмутилась она. – В конце концов, верю же я Бо, человеку, который и в глаза не видел Фиби, хотя совсем не знаю его!»

Однако все произошло помимо ее воли, и менять что-либо было уже поздно. Бо каким-то непонятным образом вдруг оказался в эпицентре событий.

Если сейчас она позвонит Курту и скажет ему о Спенсере, то нарушит не только слово, данное Бо, но и свою собственную клятву Фиби – клятву, которую она обязана сдержать, несмотря на то что подруги уже нет в живых.

Джордан сидела за столом в кухне, вытирая катившиеся по щекам слезы и тупо уставившись в очередную чашку кофе, когда на лестнице вдруг послышались шаги.

Господи помилуй!

Спенсер проснулся!

При одной только мысли о том, что ей придется встретиться с ним взглядом, содержимое желудка Джордан превратилось в ледяной ком. Естественно, у нее и в мыслях не было говорить ребенку о смерти родителей. Однако она почти не сомневалась, что ему достаточно будет бросить один-единственный взгляд на ее опухшее от слез лицо, как он сразу все поймет.

Малыш появился на пороге, протирая заспанные глаза, все еще в пижаме, разрисованной бейсбольными перчатками. Сердце Джордан при виде его едва не разорвалось от горя.

– Эй, как спалось? – выдавила она из себя. Голос ее, как ни странно, звучал обычно.

– Нормально.

– Хочешь хлопьев с молоком? Похоже, у тебя теперь есть из чего выбирать, – предложила она, намекая на то, что накануне они вынесли из супермаркета едва ли не все, что там было.

– Да, хочу, – зевнув, кивнул Спенсер. – Давай вон те.

– Сейчас будет готово. – Открыв дверцу шкафа, Джордан достала коробку с хлопьями, попутно вспомнив, как ей самой, когда она была маленькой, никогда не позволяли есть подслащенные хлопья. Мать вечно твердила, что это вредно для зубов. К счастью, Джордан никогда не была любительницей плотных завтраков.

Налив в тарелку молоко, она рассеянно насыпала туда хлопьев, потом поставила тарелку для себя и уселась напротив Спенсера.

– Вот это да! Выходит, ты тоже их ешь?! – с набитым до отказа ртом удивленно прошамкал Спенсер.

– Просто проголодалась.

На самом деле есть Джордан совершенно не хотелось. Желудок то и дело скручивало судорогой, к горлу подступала тошнота. Но ей нужно было чем-то занять себя, чтобы хоть ненадолго забыть о том, что сидящий напротив малыш стал сиротой.

– А я уж думал, что ты ешь только то, что полезно для здоровья, – продолжал Спенсер.

– Не всегда.

– Правда? Но при мне ты ела только мясо и овощи. Да еще кофе пила.

– А помнишь, как мы с тобой вчера в кино ели конфеты? – напомнила Джордан.

– Ой, правда! – В глазах Спенсера вспыхнуло нечто похожее на уважение, и Джордан немного воспрянула духом. «Может, мне еще рано сдаваться?» – подумала она.

Продолжили есть они молча. Джордан с трудом пропихивала в себя проклятые хлопья, кое-как сдерживая подступавшие к глазам слезы. На нее вдруг навалилась свинцовая усталость. Джордан клевала носом, едва не падая со стула.

Глаза у нее слипались. Больше всего ей сейчас хотелось подняться к себе в спальню, упасть на кровать и хорошенько выплакаться.

Но вместо этого она вынуждена была сидеть тут, старательно отводя глаза, чтобы не смотреть на несчастного малыша, оставшегося без матери и даже не знавшего еще, что он потерял ее навсегда.

– А Бо сегодня поведет меня в зоопарк? – неожиданно спросил Спенсер. Спросил, правда, без особой надежды, как отметила про себя Джордан.

– Он, наверное, скоро заедет, – осторожно сказала она. – Но вот как насчет зоопарка… пока не знаю.

Спенсер просиял.

– Бо приедет? Правда? Когда?

– Думаю, скоро.

Карие глазенки радостно засверкали, и Джордан почувствовала, как у нее словно камень с души свалился. Теперь она мечтала только о том, чтобы Бо поскорее приехал. «Как все-таки странно, – подумала она. – Достаточно было только вспомнить, что он скоро будет здесь, и на душе у меня немного полегчало».

Она невольно задумалась о том, что было бы с ней вчера, если бы не Бо.

Удивительно, что человек, которого она, в сущности, совсем не знала, вдруг вошел в ее жизнь, да еще в тот момент, когда ей так невыносимо тяжело.

Джордан старалась убедить себя, что Бо тут ни при чем – любой, оказавшийся рядом в такой момент, перестает быть чужим. Спенсер потянулся бы к любому мужчине, случайно угадавшему, что дети предпочитают виноградное желе тушеным овощам.

«Нет, – твердо сказала себе Джордан, – он самый обыкновенный человек. И в том, что нас вдруг так потянуло друг к другу, тоже нет ничего необыкновенного, а уж тем более при данных обстоятельствах».

А Спенсер, запихивая в рот хлопья ложку за ложкой, безмятежно улыбался. «Сколько же мне удастся скрывать от него правду?» – подумала Джордан, украдкой поглядывая в его сторону. Конечно, в четыре года он вряд ли умеет читать, но на всякий случай она спрятала газету со статьей под матрас в своей спальне – увидев фотографию родителей, Спенсер наверняка заинтересовался бы и принялся задавать вопросы.

Если уж убийство известного в Филадельфии адвоката и его жены попало в категорию сенсаций и статья об этом событии угодила на страницы газет, то можно было только предполагать, какой вой поднимется в прессе по поводу исчезновения их единственного сына. А если шумиху раздуют и возникнет сомнение, был ли Спенсер в тот день на яхте вместе с родителями, то полиция, да и убийца, как со страхом подумала Джордан, будут не единственными, кто кинется искать маленького мальчика по имени Спенсер Эверилл.

– У тебя что-то случилось, Джордан?

– Хмм? – Заметив, как внимательно Спенсер разглядывает ее и каким испуганным вдруг стало его лицо – в точности как у нее самой, – Джордан поспешила принять самый обычный вид. – Нет, милый. Доедай свои хлопья и можешь немного посмотреть телевизор, если захочешь.

– А диснеевский канал можно? – обрадовался он.

– Можно, – кивнула она, с некоторым опозданием подумав о том, что надо бы, пожалуй, держать его подальше не только от газет, но еще и от телевизора. Конечно, было очень маловероятно, чтобы об убийстве стали сообщать по диснеевскому каналу, но вдруг Спенсеру придет в голову пощелкать пультом, и он случайно попадет на один из криминальных каналов или услышит сводку новостей? Что, если он узнает ужасную правду раньше, чем она сама скажет ему об этом?

«Пожалуй, лучше всего по возможности не спускать с него глаз», – решила она. Собственно говоря, именно это она собиралась сделать в любом случае. Если тот, кто убил Фиби и Рено, сейчас разыскивает Спенсера, то доберется он до мальчика не иначе, как переступив через труп Джордан.

Вскоре после полудня Бо перешагнул порог квартиры Джордан. По странному стечению обстоятельств случилось это как раз тогда, когда Спенсер заливался горючими слезами.

Мысли Бо были далеко – он умчался с работы, не сделав и половины того, что собирался, и на душе у него кошки скребли. Но достаточно было ему только увидеть горько плачущего малыша, как все мысли о делах исчезли без следа. Спенсер, с мокрым от слез лицом, стоял, прислонившись к косяку двери, которая вела в гостиную. Джордан с облегчением распахнула дверь, чтобы впустить Бо.

– Эй, приятель, что за дела? – врастяжечку поинтересовался Бо.

В доме благодаря кондиционеру царила приятная прохлада. Не дождавшись ответа, Бо бросил тревожный взгляд на расстроенную Джордан. «Неужели она решилась рассказать малышу о смерти родителей?!» – промелькнуло у него в голове.