Гордячка - Марш Эллен Таннер - Страница 95

– Морган, перестань! – наконец услыхал он ее шепот.

– Разве это возможно? – пробормотал он, целуя ее и не давая ей выскользнуть из его объятий.

– Дженнифер сейчас придет за ребенком. Что она подумает, увидев нас?

– Ее ничто не может удивить, – возразил Морган. Он вздохнул, когда внезапно пробудившийся сын издал громкий крик. Сэйбл взяла дитя на руки и дала ему грудь.

– Почему ты даешь ему то, что ему хочется, но первому требованию, а мне приходится ждать? – улыбнулся Морган.

Губы Сэйбл дрогнули, когда она прижалась щекой к душистым волосикам сына.

– Накормленный, он будет дольше спать, – с лукавой улыбкой напомнила она. У нее перехватило дыхание, когда она заметила, с какой нежностью смотрят на нее глаза мужа.

– Говорил ли я тебе когда-нибудь, как люблю тебя? – спросил он, обнимая их обоих, и жену, и сына.

На щеках Сэйбл появились ямочки.

– Это и не требуется, – прошептала она.

– Вы хотите, чтобы я забрала его сейчас, миледи? – спросила Дженнифер, вышедшая вскоре к ним в сад; она вовсе не удивилась, увидев, что леди Кэри кормит сына грудью, прильнув к сэру Моргану, крепко обнимавшему ее.

Дженнифер была краснощекой молодой женщиной из соседней деревушки. У нее росло трое собственных детей, и Сэйбл обрадовалась, когда Морган пригласил ее ухаживать за их сыном.

– Благодарю, Дженнифер, – улыбнулась леди, передавая ей заснувшего ребенка. На мгновение ее рука задержалась на темноволосой головке мальчика, и у нее сжалось сердце, когда она – в который уже раз! – отметила удивительное сходство отца и сына.

Сэйбл подождала, когда Дженнифер уйдет, после чего начала застегивать блузку. Морган не сводил с нее глаз, и пуговки почему-то никак не застегивались.

– Дай-ка я попробую! – со смехом сказал он и взял ее за руку.

– О чем ты думаешь? – спросила Сэйбл. Запрокинув голову, она увидела, что муж смотрит на нее с лукавым выражением в глазах.

– Да думаю – какой смысл застегивать блузку, если ее все равно снимать?

– Но не здесь же, сэр? – усмехнулась Сэйбл, однако по его горящим глазам поняла, что это не смутит его.

Морган обнял ее за плечи.

– Место не имеет никакого значения, когда я хочу тебя, – пробормотал он, зарывшись лицом в ее локоны. – Но ради приличия я постараюсь обуздать себя до прихода в спальню.

– Какой ты молодец! – проворковала она и еще крепче обняла его за шею.

Сэйбл была так прекрасна, что казалась сотканной из воздуха. Сколько раз она доказывала свою любовь, мужественно рискуя жизнью как в роскошных покоях сераля, так и в темных переходах Пенлис Уэллса! Он чуть не потерял ее из-за собственной глупой гордыни, он отказывался признаться в любви к ней, пока не освободился от угнетавшего его позора внебрачного рождения. Теперь Морган знал, что завоевал любовь женщины редкого мужества и решительности, – женщины, за которую он с готовностью отдал бы жизнь и которую уже давно обожал.

– О чем ты все время думаешь? – спросила Сэйбл замолчавшего мужа. Склонив голову к плечу, она кокетливо улыбнулась ему. – Наверное, я уже надоела тебе?

Голубые глаза Моргана горели страстью, он еще крепче обнял жену.

– Поверьте, мадам, это невозможно. Скорее вы от меня устанете.

Изумрудные глаза Сэйбл сияли любовью, когда она вглядывалась в мужественное лицо Моргана.

– В таком случае советую вам, сэр, отменно постараться, чтобы я не искала развлечений на стороне.

Она задохнулась, когда Морган, сунув руку ей под блузку и сгорая от желания, стал ласкать ее обнаженную грудь.

– Для меня не существует более приятного занятия, чем это, – прошептал он, запечатлев на ее устах такой поцелуй, от которого она потеряла голову. – Я с упоением буду любить вас, Сэйбл Кэри, буду любить всю жизнь!..