Гордячка - Марш Эллен Таннер - Страница 64

– Я помогу доктору, леди Сэйбл, – предложил Грейсон. – А вы ложитесь.

Она покачала головой:

– Позвольте мне остаться, Грейсон. Я смогу подавать все необходимое и делать то, что вы скажете.

Доктор Пирсон неуверенно посмотрел на нее:

– Это будет весьма неприятное зрелище, миледи. Но упрямый взгляд девушки свидетельствовал о том, что она уже не дитя, а гордая, решительная женщина, которой она стала благодаря Моргану. Речь шла о жизни друга капитана, ради спасения которого Морган пошел на безумный риск, и потому она сделает все, что в се силах, чтобы помочь вырвать его из когтей смерти.

– Пожалуйста, я хочу остаться.

– Тогда вымойте руки, девушка! – скомандовал доктор Пирсон, понимая, что для споров нет времени. – И вы тоже, Грейсон. Вы оба будете беспрекословно выполнять мои указания, ясно?

В этом уверенном в себе, компетентном враче не осталось ничего от того жалкого труса, страдающего морской болезнью, которым Сэйбл знала его все это время. Ей подумалось, не в этом ли причина того, что Морган с самого начала решил взять его к себе на судно. Моя руки, она вспомнила о Моргане и почувствовала радость. Но разве это возможно, когда Сергей находится в таком тяжелом состоянии? Ей совестно было признаться себе – но все же она была счастлива. Счастлива, как никогда ранее в своей жизни.

А на обмытой дождем палубе экипаж «Вызова» выполнял свои обязанности с такой ловкостью и эффективностью, которых можно добиться лишь благодаря многолетнему опыту. Морган занял свое место у руля; его прищуренные глаза были устремлены на матросов, ставивших паруса высоко на реях, и их фигуры в тусклой предутренней мгле казались бестелесными тенями. Было прохладно, и сырая рубашка прилипла к спине, но Морган не чувствовал никакого дискомфорта. Теперь все зависело от быстроты работы экипажа и скорости движения клипера. А уж потом, когда они уйдут далеко в море, у него появится время заняться собой.

– Якорь поднят, капитан!

Уловив еле заметный кивок капитана, двое рулевых бросились к огромному штурвалу, а Джек Торенс задрал голову и выкрикнул команду марсофлотам:

– Ослабить передние и топсели!

Освежающий ветер, влажный от недавнего дождя, начал заполнять трепещущие паруса, в то время как матросы усердно крепили их. Огромный корабль под напором ветра накренился, и палубная обшивка застонала, когда он начал набирать скорость.

– Идем круто к ветру, точно на юго-юго-запад, сэр! – крикнул один рулевой.

Морган скрестил руки на груди и широко расставил ноги. Ветер и соленые брызги освежали его разгоряченное лицо. Наконец-то «Вызов» вышел в море, а Сергей и Сэйбл находятся в безопасности в каюте. Пусть теперь великий визирь попробует остановить их. Морган выполнил свою заветную миссию!.. Он был спокоен и доволен.

Глава 13

Сэйбл Сен-Жермен, вздохнув, потянулась и стряхнула волосы со лба. У нее болела спина и рябило в глазах, но она не жаловалась, зная, что Грейсон и доктор Пирсон устали не меньше ее. Подняв кучу окровавленных бинтов, она на минуту замерла возле койки, вглядываясь в лицо человека, который удостоился редкой чести быть ближайшим другом Моргана Кэри.

Несмотря на бледность, его лицо было красиво. Темные волосы беспорядочно сбились на широком лбу, а аккуратно подстриженная бородка подчеркивала волевой подбородок и курносый нос. Сэйбл радовалась тому, что его губы уже не были синюшными, но по непроизвольному подрагиванию пальцев она могла понять, что он очень слаб и у него, видимо, начинается горячка. Она подняла голову и посмотрела на Аарона Пирсона, но у нее не хватило мужества спросить, выживет ли русский офицер. Вид у доктора был весьма мрачный. «Он должен выжить! – сказала она себе. – Морган слишком многим рисковал ради него». – Рекомендую вам лечь и отдохнуть, миледи.

Грейсон протянул руку, чтобы забрать у нее бинты. Она, покачав головой, слабо улыбнулась ему:

– Хорошо, но сначала я схожу на палубу и посмотрю, как там Мор… капитан Кэри и мистер Торенс.

– Я поручил Джилпину отнести им кофе и знаю, что у них все в порядке, – заверил ее Грейсон. – Судя по скрипу бимсов, мы уже идем под всеми парусами. – Он устало потер затылок. На часах, стоявших на тумбочке, было пять тридцать. Чего же удивляться, что у него в глазах туман! А как же леди Сэйбл, которая не только трудилась, помогая Пирсону, – она ведь была еще с Морганом на берегу…

– Я скоро лягу, – пообещала девушка и, как бы читая его мысли, добавила: – При условии, конечно, что больше не понадоблюсь доктору Пирсону.

– Хм?.. – Врач окинул ее задумчивым взглядом и покачал головой. – Нет, не понадобитесь, леди Сэйбл. Наш пациент сейчас отдыхает, и мы пока больше ничем не можем ему помочь.

Сэйбл вышла и на минуту прислонилась спиной к двери каюты. Она так устала! Ей казалось, что у нее болит каждая клеточка тела. События прошедшей ночи смешались у нее в голове. Ясно выплыло лишь одно – она застрелила человека! Мысль об этом неожиданно поразила ее, но она тут же отбросила ее. Нельзя даже думать об этом! Иначе Рамун убил бы Моргана, а это даже представить себе страшно!

Вдруг ей так захотелось увидеть капитана, что у нее заныло сердце. Поднявшись по люку, она вышла на палубу и после душной каюты полной грудью вдохнула свежий утренний воздух. «Вызов», подрагивая, шел в бейдевинд; паруса над головой туго гудели, и она поняла, почему Морган даже не зашел в каюту справиться о здоровье Сергея.

У нее пересохло во рту. Неужели их могут преследовать? Она вспомнила слова Джека Торенса о том, что по величине флота Турция занимает третье место в мире. Захочет ли султан послать в погоню за ними боевой корабль? Но разве это возможно, если только один Никко Триманос знал о том, кто собирается осуществить операцию по спасению Сергея? А Никко Триманос, содрогнувшись, напомнила она себе, мертв.

Моргана она увидела на юте. С подзорной трубой в руках он вглядывался в темное пространство за кормой. У руля стояли Джек Торенс и матрос Палмер, причем на первом помощнике все еще была та самая грязная одежда, в которой он провел всю ночь. Посмотрев на себя, Сэйбл сообразила, что на ней матросская рубаха и бриджи. Верно, она похожа на пугало, подумала она, и ее рука машинально потянулась к спутанным локонам.

– Прежде чем довериться женщине, вначале приглядись к ней.

Услыхав эти ехидные слова Моргана, она подняла голову и задохнулась в смятении, увидев его измученное лицо. Он нахмурился. Темная щетина покрывала его подбородок, и хотя он сбросил грязную рубашку и надел чистую, на нем были те же помятые бриджи. Под глазами темнели круги, а весь его вид выражал такую неумолимую решимость, какой Сэйбл еще не приходилось видеть даже у него.

Она сделала неуверенный шаг вперед, не зная, как он встретит ее, и готовая ретироваться при первом же резком замечании. Заметив ее, Морган нахмурился:

– Идите сюда, девушка! Я не собираюсь вас ругать.

– Я боялась, что вы сердитесь на меня, – призналась Сэйбл, не трогаясь с места.

Уголки губ Моргана дрогнули.

– Вас следовало бы хорошенько выпороть, Сэйбл, за то, что вы сделали, и посадить на хлеб и воду в каюте до конца плавания. Но я, кажется, начинаю понимать, что приучать вас к дисциплине – безнадежное дело. Если бы мне это удалось, вы не появились бы там, в Кафесе, этой ночью… Вы спасли мне жизнь, Сэйбл… – тихо сказал он, подумав, что фигурка девушки, храбро целящейся из пистолета в Рамуна, будет стоять в его глазах до могилы.

– Значит… значит, вы не сердитесь? – пролепетала она. На его лице появилось странное выражение.

– Сержусь? Нет, Сэйбл, не сержусь. Я… – Он осекся, боясь сказать что-то лишнее. Как высказать словами то, как он ценит ее мужество? Как выразить, что он почувствовал, увидев ее, безоружную и беспомощную, среди груды тел под огнем мушкетов, когда она со слезами на глазах звала его?

– Как там Сергей, ваша милость? – спросил Джек Торенс, нарушив напряженное молчание.