Преследование праведного грешника - Джордж Элизабет - Страница 43

— Я ввел в заблуждение Энди и Нэн. Тогда это было проще, чем пускаться в какие-то объяснения. Они все спрашивали меня, не поссорились ли мы. И другие об этом спрашивали, после того как она не вернулась.

— Ввели в заблуждение? Значит, вы не обручились с ней?

Джулиан мельком глянул в сторону Саманты, которая собирала корм для собак, и тихо сказал:

— Нет. Я сделал ей предложение. Но она мне отказала.

— То есть ваши чувства не пользовались взаимностью? — спросил Ханкен.

— Наверное, нет, раз она не согласилась выйти за меня замуж.

Саманта приблизилась к ним, таща за собой большой джутовый мешок и набив карманы угощением для щенков. Она вошла в игровой отсек и, заметив, что Джулиан сражается с какой-то деталью лабиринта, сказала:

— Погоди, Джули. Давай я помогу тебе с разборкой. Он сказал:

— Спасибо, я справлюсь.

— Не болтай ерунды. Я же сильнее тебя.

В умелых руках Саманты лабиринт быстро разделился на составные части. Джулиан стоял рядом и смущенно наблюдал за ее действиями.

— А когда конкретно вы сделали предложение? — спросил Линли.

Саманта быстро повернула голову к своему кузену. И так же быстро отвернулась. Девушка принялась старательно прятать собачьи галеты по укромным уголкам отсека.

— В понедельник вечером. Накануне того дня, когда… Николь отправилась в поход. — Джулиан поспешно вернулся к своей работе. Обращаясь к лабиринту, а не к полицейским, он произнес: — Я понимаю, как это выглядит. Я делаю предложение, она отказывает мне, а потом умирает. Ну да, да. Я прекрасно понимаю, какой тут можно сделать вывод. Только я не убивал ее. — Опустив голову, он широко раскрыл глаза, словно таким образом мог удержать в них слезы, и отрывисто добавил: — Я любил ее. Много лет. Я любил ее!

Щенки радостно прыгали вокруг застывшей в дальнем конце отсека Саманты. Казалось, она хочет подойти к кузену, но не может сдвинуться с места.

— Вы знали, где она будет в тот вечер? — спросил Ханкен. — В тот вечер, когда ее убили?

— Я звонил ей накануне утром, и мы договорились встретиться в среду вечером. Но больше она мне ничего не сказала.

— Даже о том, что собирается в поход?

— Она вообще не упоминала, что собирается уходить куда-то.

— В тот день перед походом ей звонили еще несколько раз, — сообщил ему Линли. — Два раза звонила женщина. Возможно, это были две разные женщины. И еще звонил какой-то мужчина. Никто из них не представился матери Николь. Вы не догадываетесь, кому было нужно поговорить с ней?

Джулиан никак не отреагировал на упоминание о том, что одним из звонивших был мужчина.

— Понятия не имею. Это мог быть кто угодно.

— Она пользовалась большой популярностью, — сказала Саманта из своего конца отсека. — Ее здесь постоянно окружали люди, и, кроме того, ей постоянно названивали друзья-студенты. По-моему, они начинали доставать ее, как только она приезжала из университета.

— Из университета? — переспросил Ханкен.

Джулиан уточнил, что Николь недавно закончила очередной курс юридического факультета, и добавил: «В Лондоне», когда его спросили, где именно она училась.

— А летом она работала здесь у одного парня, Уилла Апмана. У него своя адвокатская контора в Бакстоне. Ее отец попросил сто взять Николь под крыло, поскольку Апман сотрудничает с Холлом. Я думаю, Энди рассчитывал, что после окончания учебы она будет работать у Апмана в Дербишире.

— Это было важно для ее родителей? — спросил Ханкен.

— Это было важно для всех нас, — ответил Джулиан.

Линли усомнился, что кузина Джулиана разделяла такое мнение. Он мельком глянул в ее сторону. Она была очень занята тем, что прятала собачьи галеты в потайные места. Линли задал еще несколько само собой напрашивающихся вопросов. В каком настроении Джулиан расстался с Николь в тот вечер, когда сделал предложение? Испытывал ли он гнев, обиду, недоумение? Или у него оставалась надежда? Это ведь очень неприятно, когда женщина, на которой ты хочешь жениться, отвергает твое предложение. Вполне понятно, что ее отказ мог ввергнуть Джулиана в уныние или, наоборот, вызвать у него невольный порыв отчаяния.

Саманта оторвалась от своего занятия.

— Вы что, пытаетесь таким образом спросить, не убил ли он ее?

— Сэм! — сказал Джулиан. В его тоне прозвучало предупреждение. — Конечно, я расстроился. Мне было плохо. Тут нет ничего странного.

— У Николь был на примете кто-то другой? В этом причина ее отказа?

Джулиан промолчал. Линли и Ханкен обменялись взглядами. Саманта сказала:

— Я вижу, к чему вы клоните. Вы думаете, что Джули пришел домой в понедельник вечером, на следующий день позвонил ей, чтобы договориться о встрече, выяснил, где она будет вечером, — в чем он, конечно, не признается вам, — а потом убил ее. Знаете, что я вам скажу? Это полная чушь.

— Возможно. Но ответ на этот вопрос мог бы помочь нам, — заметил Линли.

Джулиан сказал:

— Нет.

— Вы хотите сказать, что у нее не было другого мужчины? Или что она не говорила вам об этом?

— Николь никогда ничего не скрывала. Она рассказала бы мне, если бы у нее появилась романтическая связь с другим мужчиной.

— А может, она хотела уберечь вас от лишних страданий, учитывая, что вы только что открыли ей свои чувства?

Джулиан печально усмехнулся.

— Поверьте мне, не в ее натуре было щадить чувства людей.

Несмотря на сложившиеся у него ранее версии, характер ответа Джулиана побудил Ханкена спросить:

— Где вы были во вторник вечером, мистер Бриттон?

— С Касси. — сказал Джулиан.

— На псарне? С этой собакой?

— Она должна была ощениться, инспектор, — вмешалась Саманта. — Нельзя оставлять собаку одну во время родов.

— А вы гоже были здесь, мисс Мак-Каллин? — спросил Линли. — Помогали принимать щенков? Она прикусила нижнюю губу.

— Роды начались посреди ночи. Джули не стал будить меня. Я увидела щенков только утром.

— Понятно.

— Ничего вам не понятно! — воскликнула она. — Вы думаете, что Джули замешан в это. Вы пришли, чтобы хитростью заставить его сказать что-то такое, что позволило бы уличить его. Вот что вам нужно.

— Нам нужна правда.

— Ну конечно, правда. Расскажите это «бриджуотерской четверке».[25] Хотя их ведь теперь осталось трое, потому что один из бедолаг умер в тюрьме. Джули, позвони адвокату. Не говори больше ни слова.

Линли подумал, что меньше всего сейчас им нужно общаться с Джулианом Бриттоном через адвоката.

— Вы, кажется, очень заботитесь о собаках, мистер Бриттон, — сказал он. — Вы зафиксировали время родов?

— Щенки не появляются на свет все разом, инспектор, — опять встряла Саманта.

Джулиан объяснил:

— Схватки у Касси начались около девяти вечера. А рожать она начала, ближе к полуночи. На свет появилось шесть щенков, один из них мертворожденный, поэтому роды заняли несколько часов. Если вам нужно точное время, то у меня все записано. Сэм, принеси, пожалуйста, журнал.

Она пошла выполнять просьбу, а когда вернулась, Джулиан сказал ей:

— Спасибо. Я почти закончил с лабиринтом. Ты мне здорово помогла. С остальным я справлюсь сам.

Очевидно, он хотел избавиться от нее. Саманта явно пыталась сказать ему что-то глазами. Но что бы это ни было, Джулиан либо не сумел, либо не захотел понять ее. Окинув недобрым взглядом Линли и Ханкена, девушка проследовала к выходу. Внутрь ворвался громогласный собачий лай, затихший сразу после того, как она закрыла за собой дверь.

— У нее самые благие намерения, — сказал Джулиан после ухода кузины. — Не представляю, что бы я без нее делал. Попытки вернуть к жизни наше поместье… Адская работенка. Иногда я сам удивляюсь, зачем взялся за нее.

— И зачем же? — поинтересовался Линли.

— Бриттоны жили здесь много веков. Я мечтаю о том, чтобы они смогли продержаться здесь хотя бы еще пару столетий.

— Николь Мейден была частью этой мечты?