Венец айтаны - Новикова Ольга Ильинична - Страница 35

– Я – Жива! – громко крикнула она своему невидимому противнику. В ладони волной хлынула сила. Ведьма властно бросала ее все дальше и дальше, и черные щупальца проворно потянулись прочь. Но на этот раз Лесси было недостаточно просто прогнать туман. Она послала свою силу за ним, прямо к хозяину этих безмозглых щупалец. И с удовольствием ощутила чей-то страх. Этот кто-то был холоден и мелок, и Лесси знала, что может без труда справиться с ним. Она сконцентрировала силу вокруг черного хозяина тумана. Тот забился, словно пойманная в сеть рыба, лихорадочно и беспомощно. Но Лесси не успела расправиться с шарритом. Внезапно чья-то воля, очень сильная и пронзительно-ледяная, выдернула незадачливого пленника прямо из кольца ее силы. Лесси напряглась, готовясь к новому поединку, но шарритов здесь больше не было. Они ушли. Лесси с улыбкой обернулась. Капитан ждал ее.

– Глупец! Просто глупец! Полезть в одиночку! И это придумал не кто-то, а Ка-Незо, мой первый ученик! Да ты ничуть не лучше Ма-Даго!

– Но кто же знал, что эта айтана окажется такой сильной…

– А не я ли предупреждал тебя об этом, а, Ка-Незо? – вкрадчиво поинтересовался Шо-Голи. – А еще мне очень интересно, почему ты ослушался меня и не ограничился простым наблюдением? В следующий раз я ведь могу и не появиться в нужный момент.

– Я… мне показалось, что она открыла защиту, сняла ее вовсе, это был такой редкий шанс…

– Сняла? – резко спросил Шо-Голи. – Запомни, Ка-Незо, – отчеканил он. – Если еще раз случится что-то подобное, не лезь сам. Зови меня. Немедленно.

Глава IX

Венец айтаны

Дрогов улыбнулся и открыл глаза. Ему снилось что-то очень хорошее. Он не запомнил деталей сна, в памяти остались только неправдоподобно синие глаза. Капитан помрачнел. Лесси… Она снилась ему почти каждую ночь, грезилась в каждом всплеске волны, в каждом крике чайки, в каждом дуновении ветра. Сколько она еще будет его мучить? Сможет ли он когда-нибудь забыть свою маленькую ученицу? Дрогов невесело усмехнулся. Увы, он слишком хорошо понимал, что она не для него. Насколько он ее старше? Кажется, они с Вельгисом были примерно одного возраста – значит, намного. Она же еще совсем ребенок, с горечью думал он, бесхитростный и чистый ребенок, которому выпало слишком много тяжелых испытаний и который очень нуждался в сильном плече, на которое можно было бы опереться. Ну почему рядом оказался только висельник-пират, ну почему его угораздило так отчаянно, так безнадежно полюбить ее! Внезапно он разозлился на Итона. Тот мог бы получше поддерживать свою невесту в трудную минуту! Тогда она, может быть, не пришла бы на ту полянку со своей нелепой саблей, тогда она, может быть, не стискивала бы его руку до боли на главной площади Гоуна, тогда она, может быть, не позволила бы ему целовать себя на далекой лесной прогалине. Дрогов стиснул зубы. Он вновь будто наяву увидел бездонные синие глаза, почувствовал на губах ее ответный поцелуй, вспомнил, как она льнула к нему, будто пытаясь в нем одном найти защиту от всех невзгод этого мира. Нет, он неправ, она уже не ребенок, но от этого ему только еще горше. Что с ними тогда произошло? Он бессовестно воспользовался ее минутной слабостью или… Любой ответ причинял боль – потому что ему пришлось уехать, потому что он больше ее не увидит, потому что он жить не может без этих глаз! Проклятие! Воистину судьба отвесила ему хорошую оплеуху. Капитан резко встал. Все было решено давным-давно. Он сдержит данное Вельгису слово, он поможет Ронтону в этой безнадежной войне. А потом его ждет черный флаг и горстка самых верных людей, которые помогут своему капитану в поиске смерти.

– Парус по левому борту! – Резкий крик заставил капитана оторваться от невеселых раздумий. Они плыли на север третью неделю, несколько задержавшись с отплытием из-за затяжных штормов, и им уже четырежды пришлось обнажать оружие. Первый корабль под флагом Аль-Гави встретился им уже на шестой день! Всего в паре дней пути от ближайшего пиратского острова! Ни Кариен, ни Хэлли Гренсон (капитан «Черного ворона» категорично заявил, что он отправляется с ними), ни сам Дрогов не могли вспомнить, когда еще в этих водах была такая концентрация военных альгавийских судов. Поэтому пираты постоянно были настороже. Тем более что, по расчетам капитанов, до загадочного ледяного острова плыть оставалось уже не так долго. Чудесно спасшийся рыбак Тим был на «Дельфине» – после долгих колебаний он сам попросился к Дрогову.

Капитан выскочил на палубу. Воздух неотвратимо светлел, скоро уже должно взойти солнце. Над неспокойным морем клубился легкий туман. А слева, с запада, приближался большой корабль. Приглядевшись, Дрогов различил на его мачте флаг Аль-Гави. На «Рыбачке» и «Черном вороне» тоже заметили противника, Кариен просигналил флагману и начал было перестраиваться, заходя в тыл. Но альгавиец быстро оценил расстановку сил и попытался ретироваться. Пираты, в свою очередь, дружно попытались ему этого не позволить. Альгавиец поймал порыв ветра и рванул вперед. Дрогов заорал на рулевого и на Грая, тот, в свою очередь, – на парусную команду, широкие полотнища тяжело захлопали, потом вдруг наполнились ветром. «Дельфин» резко увеличил скорость. Дрогов одобрительно хмыкнул. Его новый корабль вообще оказался быстроходнее разбившегося «Крестоносца». Вот и теперь он проявил себя с лучшей стороны, не позволив альгавийцу уйти далеко. Обернувшись на секунду, капитан увидел, что Гренсон уже повторил его маневр, а Кариен гнет свою линию и по-прежнему забирает южнее. Молодец, младшой! Дрогов перегнулся через перила и приказал канонирам быть наготове. Как только они окажутся на расстоянии пушечного выстрела, противник будет обречен.

Однако куда это так целеустремленно чешет их жертва? Не может же альгавийский капитан всерьез рассчитывать скрыться от них? Дрогов нахмурился. Цель бегства могла быть только одна – подобраться поближе к чему-то (не к ледяному ли острову?) и… Предупредить? Пожалуй, пушки могут подождать, лучше обойтись без лишнего шума. Если их не ждут, но так боятся визита, тем больше причин наведаться на паскудный островок. На всякий случай Дрогов велел просигналить на «Ворона» и «Рыбачку», чтобы те повременили с пушками. Пока можно обойтись без них. «Дельфин» и так неумолимо нагонял противника.

Очевидно, это заметили и на альгавийском судне и решили принять бой. Альгавиец описал широкую дугу навстречу «Дельфину» и попытался разрядить в него пушки. Однако Дрогов предвидел такой поворот событий, и пиратский корабль успел дать залп первым, стремительно уходя с линии огня. Несколько нестройных альгавийских ядер попали лишь в корму «Дельфина».

Неожиданно противник повел себя очень странно. На альгавийском судне начали хаотично палить из всех пушек, даже не пытаясь целиться в пиратов. Дрогов выругался сквозь зубы. Значит, остров совсем рядом! Будто прочитав его мысли, закричал марсовой. Капитан распорядился держать курс прямиком на обнаруженную землю. Обернувшись назад, он увидел, что покалеченным альгавийцем занялся Хэлли, а Кариен на всех парусах несется к острову. «Осторожнее, ты же не знаешь фарватера!» – мысленно закричал он брату. Будто услышав его, «Рыбачка» спустила паруса и бросила якорь на изрядном расстоянии от берега. Минуту спустя «Дельфин» последовал ее примеру. Еще через минуту с пиратских кораблей уже спускали шлюпки.

Бой им пришлось принять по колено в ледяной воде. На берегу оказалось неожиданно много народа. Дрогов попытался было определить их национальную принадлежность, он не особо преуспел. С равным успехом это могли оказаться и северяне-орситанцы, и альгавийцы. Дрались островитяне не очень умело, зато ожесточенно и яростно, и каждый шаг к берегу давался пиратам с огромным трудом. Ноги скользили по мокрым камням, сапоги были полны ледяной водой, от холода ноги сводило судорогой. Обитатели острова находились в таком же положении, но упрямо не желали перебраться на сушу.

Когда с пиратских судов прибыла третья партия шлюпок, перевес корсаров сделался решающим. Вода вдоль берега окрасилась красным. Пиратам удалось прорваться на твердую землю. Однако там они столкнулись с новыми силами. Эти островитяне были хуже вооружены и дрались не так хорошо, как передовой отряд, но упрямо бросались грудью прямо на пиратские сабли. Что же они так отчаянно защищают? Что заставляет их так глупо погибать, одного за другим? Дрогов воспользовался минутной передышкой и окинул взглядом всю диспозицию. Ага! Их явно пытались оттеснить от возвышавшейся на северо-востоке горушки. Сдается ему, именно туда им и надо. Капитан отмахнулся от совсем уж юного и неумелого противника, пытающегося что-то изобразить с помощью сабли. Похоже, островитяне заканчиваются, цинично подумал он, раз уж такие детишки в бой полезли. Атакующие и вправду вдруг рассеялись, оставив поле брани за корсарами. Капитан решительно направился к загадочной горе, крикнув своим людям, чтобы они следовали за ним.