Большая Советская Энциклопедия (ТЕ) - Большая Советская Энциклопедия "БСЭ" - Страница 117

  Идеализированный объект может выступать в разных формах, предполагать или не предполагать математического описания, содержать или не содержать того или иного момента наглядности, но при всех условиях он должен выступать как конструктивное средство развёртывания всей системы Т. Этот объект, таким образом, выступает не только как теоретическая модель реальности, он вместе с тем неявно содержит в себе определённую программу исследования, которая реализуется в построении Т. Соотношения элементов идеализированного объекта — как исходные, так и выводные — и представляют собой теоретические законы, которые, в отличие от эмпирических законов, формулируются не непосредственно на основе изучения опытных данных, а путём определённых мыслительных действий с идеализированным объектом. Из этого вытекает, в частности, что законы, формулируемые в рамках Т. и относящиеся по существу не к эмпирически данной реальности, а к реальности, как она представлена идеализированным объектом, должны быть соответствующим образом конкретизированы при их применении к изучению реальной действительности.

  Многообразию форм идеализации и, соответственно, типов идеализированных объектов соответствует и многообразие видов Т. В теории описательного типа, решающей главным образом задачи описания и упорядочения обычно весьма обширного эмпирического материала, построение идеализированного объекта фактически сводится к вычленению исходной схемы понятий. В современных математизированных Т. идеализированный объект выступает обычно в виде математической модели или их совокупности. В дедуктивных теоретических системах построение идеализированного объекта по существу совпадает с построением исходного теоретического базиса.

  Процесс развёртывания содержания Т. предполагает максимальное выявление возможностей, заложенных в исходных посылках Т., в структуре её идеализированного объекта. В частности, в Т., использующих математический формализм, развёртывание содержания предполагает формальные операции со знаками математизированного языка, выражающего те или иные параметры объекта. В Т., в которых математический формализм не применяется или недостаточно развит, на первый план выдвигаются рассуждения, опирающиеся на анализ содержания исходных посылок Т., на мысленный эксперимент с идеализированными объектами. Наряду с этим развёртывание Т. предполагает построение новых уровней и слоев содержания Т. на основе конкретизации теоретического знания о реальном предмете. Это связано с включением в состав Т. новых допущений, с построением более содержательных идеализированных объектов. Например, Маркс в «Капитале» от рассмотрения товарного производства в абстрактном виде переходит к анализу собственно капиталистического производства, от рассмотрения производства, абстрагированного от обращения, — к анализу единства производства и обращения. В итоге конкретизация Т. приводит к её развитию в систему взаимосвязанных Т., объединяемых лежащим в их основании идеализированным объектом. Это одно из характерных выражений метода восхождения от абстрактного кконкретному , о котором как о важнейшей черте научно-теоретического мышления писал Маркс (см. К. Маркс и Ф. Энгельс, Соч., 2 изд., т. 46, ч. 1, с. 37—38).

  Этот процесс постоянно стимулируется необходимостью охвата в рамках и на основе исходных положений Т. многообразия эмпирического материала, относящегося к предмету Т. Развитие Т. не есть поэтому имманентное логическое движение теоретической мысли — это активная переработка эмпирической информации в собственно содержание Т., конкретизация и обогащение её понятийного аппарата. Именно это развитие содержания Т. ставит определённые пределы возможной логической формализации процессов её построения. При всей плодотворности формализации и аксиоматизации (см. Аксиоматический метод ) теоретические знания нельзя не учитывать, что реальный процесс конструктивного развития Т. в процессе восхождения теоретического мышления от абстрактного к конкретному, ориентируемый задачами охвата нового эмпирического материала, не укладывается в рамки формально-дедуктивного представления о развёртывании Т.

  Т. может развиваться и действительно часто развивается в относительной независимости от эмпирического исследования — посредством знаково-символических операций по правилам математических или логических формализмов, посредством введения различных гипотетических допущений или теоретических моделей (особенно математических гипотез и математических моделей), а также путём мысленного эксперимента с идеализированными объектами. Подобная относительная самостоятельность теоретического исследования образует важное преимущество мышления на уровне Т., ибо даёт ему богатые эвристические возможности. Но реальное функционирование и развитие Т. в науке осуществляется в органическом единстве с эмпирическим исследованием. Т. выступает как реальное знание о мире только тогда, когда она получает эмпирическую интерпретацию . Такая интерпретация в современной науке зачастую далеко не тривиальна. Например, в современной физике построение Т. нередко начинается с разработки математических формализмов, эмпирическая интерпретация которых поначалу неизвестна, по крайней мере в некоторых частях. Эмпирическая интерпретация способствует осуществлению опытной проверки Т., выявлению её объяснительно-предсказательных возможностей по отношению к реальной действительности. Сам процесс эмпирической проверки Т. и её оценки по объяснительно-предсказательным возможностям является, однако, сложным и многоступенчатым. Как подтверждение Т. отдельными эмпирическими примерами не может ещё служить безоговорочным свидетельством в её пользу, так и противоречие Т. отдельным фактам не есть основание для отказа от неё. Но при этом подобное противоречие служит мощным стимулом совершенствования Т. вплоть до пересмотра и уточнения её исходных принципов. Решение же об окончательном отказе от Т. обычно связано с общей дискредитацией фактически лежащей в её основе программы исследования и появлением новой программы, выявляющей более широкие объяснительно-предсказательные возможности по отношению к сфере реальности, изучаемой данными Т. (см. Сохранения законы ). Важным вопросом методологического анализа выбора Т. является также сравнительная оценка конкурирующих Т. В конечном счёте подобная оценка также связана с выявлением преимуществ объяснительно-предсказательных возможностей сравниваемых Т.

  Лит.: Энгельс Ф., Диалектика природы, Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 20; Ленин В. И., Что делать?, Полн. собр. соч., 5 изд., т. 6; его же, Материализм и эмпириокритицизм, там же, т. 18; его же, Философские тетради, там же, т. 29; Кузнецов И. В., Структура физической теории, «Вопросы философии», 1967, № 11; Карнап Р., Философские основания физики, пер. с англ., М., 1971; Степин В. С., К проблеме структуры и генезиса научной теории, в сборнике: Философия. Методология. Наука, М., 1972; Баженов Л. Б., Строение и функции естественно-научной теории, в сборнике: Синтез современного научного знания, М., 1973; Мамчур Е. А., Проблемы выбора теории, М., 1975; Швырев В. С., К анализу категорий теоретического и эмпирического в научном познании, «Вопросы философии», 1975, № 2.

  В. С. Швырёв.

«Теория вероятностей и её применения»

«Тео'рия вероя'тностей и её примене'ния», научный журнал Отделения математики АН СССР. Публикует оригинальные статьи и краткие сообщения по теории вероятностей, общим вопросам математической статистики и их применениям в естествознании и технике. Издаётся в Москве с 1956. Ежегодно выходит 1 том, состоящий из 4 выпусков. Тираж (1976) около 2 700 экземпляров.

«Теория и практика физической культуры»

«Тео'рия и пра'ктика физи'ческой культу'ры», ежемесячный научно-теоретический журнал, орган Комитета по физической культуре и спорту при Совете Министров СССР. Издаётся в Москве с 1925. Первый год выходил как приложение к «Известиям физической культуры», в 1926—31 и с 1937 — журнал «Т. и п. ф. к.» (в 30-е гг. название менялось). В 30-е гг. был научно-популярным, с 1945 научно-методическим, с 1966 научно-теоретический журнал. Освещает вопросы научной, методической и организационной работы по физической культуре и спорту в СССР и за рубежом. Тираж (1975) 20 тысяч экземпляров.