Большая Советская Энциклопедия (РО) - Большая Советская Энциклопедия "БСЭ" - Страница 130

  Во 2-й половина 15 — начало 16 вв. продолжается развитие экспрессивно-эмоционального стиля. В агиографию всё чаще проникает изображение реальных человеческих чувств, исторической действительности («Записка о последних днях Пафнутия Боровского», «Житие Михаила Клопского»). Создаются произведения, сюжет которых зависит от устных рассказов новеллистического характера, — сказки, легенды, анекдоты («Повесть о Петре и Февронии Муромских», «Повесть о Петре, царевиче Ордынском», «Повесть о Дракуле», «Повесть о Басарге» и др.). Появляется большое число переводных беллетристических памятников («Александрия», «Стефанит и Ихнилат», «Троянские сказания»). В условиях начавшейся централизации Русского. государства особое развитие получает жанр политической легенды («Сказание о Вавилоне», «Сказание о князьях Владимирских» и др.). Конец 15 в. — время расцвета русского летописания, когда создаются разнообразные летописные своды.

  Процесс создания сильного централизованного государства в 16 в., в ходе которого литература всё больше подчиняется государственным интересам, определяет стиль эпохи. Литература отличается пышностью и торжественностью. Создаются памятники обобщающего характера, регламентирующие духовную, политическую, правовую и повседневно-бытовую жизнь («Великие Минеи Четьи», содержащие тексты для повседневного чтения, одобренные церковью; «Лицевой летописный свод», «Степенная книга», «Стоглав», «Домострой»). В 16 в. расцветает публицистика. В сочинениях публицистов 1-й половины 16 в. (Федор Карпов, Иван Пересветов, Ермолай-Еразм) отразились некоторые идеи Возрождения (вера в разум, в силу убеждения и слова, стремление к преобразованию общества, идея служения государства интересам народа). Именно в публицистике 16 в. появляется личная точка зрения писателя на описываемое и возникают индивидуальные особенности стиля (наиболее ярко — в «Посланиях» Ивана Грозного). Публицистичность, сюжетность, литературный вымысел вторгаются и в летописание, и в историческом повествование («Казанская история», «История о великом князе московском» А. М. Курбского, 1528—83).

  В 17 в. литература средневекового типа постепенно преобразуется в литературу нового времени. Возникают новые, чисто литературные жанры, идёт процесс демократизации литературы, значительно расширяется её тематика. События «смутного времени» и Крестьянские войны (конец 16 — начало 17 вв.) изменяют взгляд на историю и роль в ней отдельной личности, что приводит к освобождению исторической литературы от церковного влияния: писатели этого времени (Авраамий Палицын, Катырев-Ростовский, Иван Тимофеев и др.) пытаются объяснить деяния Ивана Грозного, Бориса Годунова, Лжедмитрия, Василия Шуйского с точки зрения свойств их индивидуального человеческого характера. В литературе возникает представление о формировании, изменении и развитии личности под влиянием внешних обстоятельств. В 17 в. расширяется социальная сфера литературы. Возникает так называемая литература посада, а также демократическая сатира, которая осмеивает государственные и церковные институты, пародируя судопроизводство («Повесть о Шемякином суде»), церковную службу («Служба кабаку»), священное писание («Повесть о крестьянском сыне»), канцелярскую практику («Повесть о Ерше Ершовиче», «Калязинская челобитная»). Претерпевает изменения и такой консервативный жанр, как агиография. Житийная «Повесть об Ульянии Осоргиной», написанная её сыном Дружиной Осоргиным, становится реальным жизнеописанием с обилием бытовых зарисовок. Дальнейшее преобразование житийного жанра в биографическое повествование происходит в «Житии» (1672—75) протопопа Аввакума (1620 или 1621—82). В этой «исповеди-проповеди» проповеднический пафос и агиографическая приподнятость сочетаются с личным, автобиографическим началом и глубоким психологизмом.

  Сближение литературы с бытом, появление в повествовании любовной интриги, психологических мотивировок поведения героя присущи многим повестям 17 в. («Повесть о Марфе и Марии», «Повесть о Тверском Отроче монастыре», «Повесть о Горе-Злочастии», «Повесть о Савве Грудцыне», «Повесть о Фроле Скобееве» и др.). Появляются переводные сборники новеллистического характера («Великое Зерцало», «Римские деяния», сборники фацеций), переводные рыцарские романы, получившие новую жизнь на русской почве («Повесть о Бове королевиче», «Повесть о Брунцвике», «Повесть о Еруслане Лазаревиче» и др.). Развивается стихотворство («Приказная школа» 1-й половины 17 в., Симеон Полоцкий, Сильвестр Медведев, Карион Истомин). В 17 в. завершилась история древнерусской литературы как некоего единого явления, литературы, которая в значительной мере подготовила русскую литературу нового времени.

  Л. А. Дмитриев.

  Литература 18 в. Возникновению новой русской литературы в 18 в. предшествовал переходный период (1690—1720-е гг.), когда ещё продолжали развиваться традиционные литературные жанры (церковная проповедь, школьная драма, панегирические стихи). Напряжённая общественная борьба отражалась преимущественно в публицистике и официальных программных документах, написанных Петром I, а также П. П. Шафировым (1669—1739) и Феофаном Прокоповичем (1681—1736). Впервые в истории русской общественной жизни была создана внерелигиозная политическая идеология, ставшая содержанием официальной политической пропаганды, включавшая представление о правовом государстве и просвещённом абсолютизме.

  На идеологической почве, уже подготовленной реформами Петра I, возникает основное направление общественной мысли 18 в. — русское просветительство (см. Просвещениев России). Унаследовав положительные элементы культурно-политической программы предшествующей эпохи (идеи научно-промышленного прогресса, просвещения в собственном смысле, независимости науки и мысли от церкви), русское просветительство выступило против идеи «страха», как единственного средства обуздания и приневоливания человека, противопоставив ему понятия гражданского долга и общего блага нации. Основной темой литературы стал конфликт между сознательным выполнением общественно-этического долга и эгоистическим потаканием страстям. С 1730-х гг. до конца 18 в. русская литература проделала огромный путь. Поэтому литературные направления в русской литературе 18 в. (барокко, классицизм, сентиментализм) отличались особыми идейно-эстетическими свойствами, обрели определённые, исторически обусловленные, национально-культурные задачи.

  Классицизм в русской литературе формировался в борьбе с барокко и всем наследием средневековой литературы. В теоретических высказываниях создателей поэзии классицизма А. Д. Кантемира (1708—44), В. К. Тредиаковского (1703—68), М. В. Ломоносова (1711—65) разрыв с допетровским культурным прошлым формулировался как идея создания общенациональной литературы, а необходимость литературных реформ представлялась распространением «дела» Петра и на область культуры. Кантемир ещё считал возможным новое содержание выражать средствами стиховой системы школы Симеона Полоцкого, так называемым силлабическим стихом. Тредиаковский, а затем Ломоносов в 30—40-е гг. 18 в. разработали взамен силлабического стиха силлабо-тонический, более соответствующий природе русского языка, его акцентной системе.

  Создание единой национальной литературы требовало решения двух основных (кроме проблем стиха) практических, собственно литературно-эстетических задач: выработки строгой жанровой системы и соответствующей ей языково-стилистической иерархии. В творческой практике Кантемира, в трактате Тредиаковского «Новый и краткий способ к сложению российских стихов» (1735), «Эпистоле о стихотворстве» (1747) А. П. Сумарокова (1717—77) и «Риторике» (1748) Ломоносова были определены и охарактеризованы все основные виды литературных жанров и соответствующие им стилистические нормы. Наибольшее значение теория классицизма придавала «высоким» жанрам: эпической поэме, трагедии и торжественной или похвальной оде. Создание русской трагедии Сумароковым и русской оды Ломоносовым воспринималось современниками как истинное начало новой русской литературы. Русская классицистическая трагедия в форме этического конфликта выразила и главные проблемы политического самосознания эпохи. Торжественная ода Ломоносова и его последователей стала одним из основных литературных жанров этого времени. Как правило, в одах разрабатывались актуальные общественно-политические проблемы, а комплиментарность стиля и восхваление царствующих особ были условной формой программного характера этого жанра. Наряду с одой похвальной, оды духовные или стихотворные переложения псалмов Ломоносова, Тредиаковского, Сумарокова, Г. Р. Державина (1743—1816) превратились в особый жанр преимущественно гражданско-обличительного или этико-философского содержания. В 50—60-е гг. возникает особый жанр философско-дидактической поэмы: «Письмо о пользе стекла» (1752) Ломоносова, «Феоптия» (1755) Тредиаковского, «Плоды наук» (1761) М. М. Хераскова (1733—1807), «Сугубое блаженство» (1765) И. Ф. Богдановича (1743—1803).