Большая Советская Энциклопедия (КО) - Большая Советская Энциклопедия "БСЭ" - Страница 277

  4-й конгресс К. И. (открылся 5 ноября 1922 в Петрограде, 9 ноября—5 декабря продолжил и завершил работу в Москве; участвовало 408 делегатов от 66 партий и организаций из 58 стран мира) продолжил обсуждение ряда вопросов, рассматривавшихся на 3-м конгрессе. В докладе, посвященном пятилетию Октябрьской революции и перспективам мировой революции, Ленин обосновал положение о необходимости для компартий не только уметь наступать в период подъема, но и научится отступать в условиях отлива революционной волны. На примере нэпа в Советской России он показал, как следует использовать временное отступление для подготовки нового наступления на капитализм. Перспективы мировой революции будут еще лучше, указывал В. И. Ленин, если все компартии будут учиться овладевать организацией, построением, методом и содержанием революционной работы. Зарубежные компартии «... должны воспринять часть русского опыта» (там же, т. 45, с. 293). Особо Ленин подчеркивал необходимость творческого усвоения опыта большевизма. Уделив большое внимание фашистской опасности (в связи с установлением фашистской диктатуры в Венгрии и Италии) 4-й конгресс К. И. подчеркнул, что главным средством борьбы против фашизма является тактика единого рабочего фронта. Чтобы сплотить в едином фронте широкие массы трудящихся, еще не готовые к борьбе за диктатуру пролетариата, но уже способные участвовать в экономической и политической борьбе против буржуазии, был выдвинут лозунг «рабочее правительство» (позднее расширенный до лозунга «рабоче-крестьянское правительство»). Конгресс указал на необходимость борьбы за единство профсоюзного движения, оказавшегося в состоянии глубокого раскола. Конгресс разъяснил, что конкретным применением тактики единого фронта в условиях колониальных и зависимых стран является единый антиимпериалистический фронт, объединяющий национальные патриотические силы, способные бороться против колониализма.

  1923 год был годом крупных революционных выступлений, завершивших послевоенный революционный подъем. Закончившиеся поражением выступления пролетариата в Германии, Болгарии, Польше выявили слабость коммунистических партий. Во весь рост встала задача их укрепления на основе овладения ленинизмом, усвоения международного, общезначимого в большевизме. Эту задачу, которая получила наименование большевизации компартий, пришлось решать в трудной обстановке. Начало частичной стабилизации капитализма сопровождалось активизацией правых лидеров социал-демократии и реформистских профсоюзов, усиленно насаждавших в рабочем движении идеи классового сотрудничества (теории «политической и хозяйственной демократии», будто бы развивающейся при капитализме, «организованного капитализма» и др.). В компартиях подняли голову как правые, так и левацко-сектантские, троцкистские элементы.

  В январе 1924 умер В. И. Ленин. Это была огромная потеря для мирового коммунистического движения. После смерти Ленина Троцкий и его последователи открыто выступили против ленинской теории о возможности построения социализма в одной стране, навязывая РКП (б) и всему К. И. гибельную линию на искусственное «подталкивание» мировой революции без учета соотношения классовых сил и уровня политической сознательности масс в различных странах. Против троцкизма была развернута решительная борьба. То, что партия большевиков отстояла ленинский курс построения социализма в СССР, отстояла ленинизм против троцкизма, было крупнейшей победой для всего международного коммунистического движения.

  5-й конгресс К. И. (Москва, 17 июня—8 июля 1924; участвовало 504 делегата, представлявших 49 компартий, одну народно-революционную партию, а также 10 международных организаций) вошёл в историю как конгресс борьбы за большевизацию компартий. В основном документе конгресса — тезисах подчеркивалось, что выковывание подлинно ленинских партий является центральной задачей всей деятельности К. И. Конгресс указал, что чертами подлинно большевистской партии являются: массовость (лозунг «К массам!» выдвинутый 3-м конгрессом оставался в силе); маневроспособность, исключавшая всякий догматизм и сектантство в методах и средствах борьбы; верность принципам революционного марксизма; демократический централизм и монолитность партии, которая должна быть «... вылитой из одного куска» (см. Коммунистический Интернационал в документах, М., 1933, с. 411). «Большевизация, — говорилось несколько позднее в решениях 5-го расширенного пленума ИККИ (апрель 1925), — есть умение применить общие принципы ленинизма к данной конкретной обстановке в той или другой стране» (там же, с. 478). Курс К. И. давал возможность каждой коммунистической партии, используя собственный опыт практической борьбы, стать национальной политической силой, способной действовать самостоятельно в конкретных условиях своей страны, стать там действительным авангардом рабочего движения. Но при осуществлении этого курса допускались искажения. Конгресс, например, попытался сформулировать общие для всех партий методы применения тактики единого фронта. Предусматривалось единство действий только снизу, переговоры в верхах между партиями и организациями допускались лишь в том случае, если первоначально достигнуто единство в низах. Такая шаблонизация тактики, как отмечал впоследствии сам Коминтерн в своих документах, ограничивала инициативу компартий, мешала им сообразовывать свои действия с конкретной обстановкой. Это было проявлением упрощенного подхода к тактике единого рабочего фронта — только как к методу агитации, а не методу практического осуществления единства действий в рабочем движении.

  Тезисы 5-го конгресса содержали неправильное положение об отсутствии по существу разницы между социал-демократией и фашизмом, которое в дальнейшем принесло существенный вред практике единства действий. Одним из факторов, порождавших подобные проявления сектантства, была ожесточённая борьба, которую руководители социал-демократических партий и Социнтерна вели против страны Советов и коммунистических партий, жестокие преследования коммунистов социал-демократическими правительствами.

  В связи с образованием троцкистско-зиновьевского оппозиционного блока в ВКП (б) и активизацией троцкистов в других компартиях К. И. полностью поддержал позицию ЦК ВКП (б), охарактеризовав троцкизм как «... разновидность меньшевизма», сочетающую в себе «... «европейский оппортунизм» с,, леворадикальной» фразой, зачастую прикрывающей политическую пассивность» (V расширенный пленум ИККИ, март—апрель 1925, см. там же, с. 481). Особенно большую роль в идейном разгроме троцкизма сыграл 7-й расширенный пленум ИККИ (декабрь 1926); в докладе И. В. Сталина на этом пленуме, а затем в резолюции пленума была вскрыта природа троцкизма как мелкобуржуазного социал-демократического уклона в международном рабочем движении. В своей дальнейшей борьбе против ленинизма, против Коммунистической партии Советского Союза троцкизм все больше раскрывал свою контрреволюционную сущность, 6-й конгресс К. И. (1928) охарактеризовал политическое содержание троцкистской платформы как контрреволюционное.

  Решительная идейно-политическая борьба против троцкизма в рядах К. И., в которой активную роль играли представители ВКП (б) — И. В. Сталин, Д. З. Мануильский, В. Г. Кнорин, И. А. Пятницкий. Е. М. Ярославский и другие, представители дружественных компартий — Г. Димитров, П. Тольятти (Эрколи), М. Торез, П. Семар, Б. Шмераль, О. Куусинен, Ю. Сирола, Э. Тельман, В. Коларов, С. Катаяма и другие, способствовала укреплению коммунистических партий на позициях ленинизма.

  17 июля—1 сентября 1928 в Москве проходил 6-й конгресс К. И., в работе которого участвовало 515 делегатов от 65 организаций (в том числе от 50 компартий) из 57 стран. Конгресс отметил приближение нового, «третьего» периода в революционном развитии мира после Октября 1917 — периода резкого обострения всех противоречий капитализма, о чем свидетельствовали признаки надвигавшегося мирового экономического кризиса, нарастание классовых битв и новый подъем освободительного движения в колониальных и зависимых странах. В связи с этим конгресс утвердил намеченную 9-м пленумом ИККИ (февраль 1928) тактику, которая затем была выражена в формуле «класс против класса». Эта тактика предусматривала усиление борьбы против реформизма социал-демократии и ориентировала компартии на подготовку к возможному возникновению острого социально-политического кризиса в капиталистических странах. Однако она исходила только из перспективы пролетарской революции как непосредственной задачи дня и недооценивала опасности фашизма, который мог воспользоваться кризисом в реакционных целях. К тому же применялась эта тактика во многих случаях по сектантски. Конгресс призвал коммунистов и рабочий класс к усилению борьбы против угрозы новой мировой войны. Конгресс единодушно подчеркнул необходимость для всех компартий защиты Советского Союза — первой и единственной в то время страны социализма. «Защита Союза Советских Социалистических Республик от международной буржуазии, — говорилось в тезисах конгресса о борьбе с военной опасностью, — отвечает классовым интересам и является долгом чести международного пролетариата» (там же, с. 810). Заявив о безусловной и активной поддержке К. И. и всеми компартиями национально-освободительной борьбы народов колониальных и зависимых стран, конгресс призвал к защите китайской революции от империалистических интервентов. Вместе с тем под впечатлением измены гоминьдана делу китайской революции (1927) конгресс дал ошибочную оценку национальной буржуазии как силы, уже не способной к участию в борьбе против империализма.