Большая Советская Энциклопедия (ИС) - Большая Советская Энциклопедия "БСЭ" - Страница 40

  Одновременно государство пытается всячески унифицировать религиозную сферу, ополчаясь на различные неортодоксальные, но глубоко укоренившиеся в социальной и религиозной жизни масс напластования в виде культа святых, анимистически-магических представлений и практики, всевозможных суфийских братств, обычно противодействующих модернизаторским реформам. В ходе фронтального столкновения откровенно традиционалистской и секуляризаторско-модернистской систем ценностей рождается множество функционирующих в лоне И. направлений, течений, школ, начиная от архаично-ортодоксальных и кончая суперутончёнными и гибкими. В конечном итоге эта интеллектуальная мозаичность современного И., всё убедительнее доказывающая, в частности, полнейшую бесперспективность панисламизма и близких ему учений, так или иначе отражает идущую в зарубежных мусульманских регионах борьбу за поиск наиболее эффективных средств достижения всестороннего прогресса. В СССР и других социалистических странах, где социальные корни религии подорваны, И., как и другие религии, всё более и более превращается в пережиток прошлого.

  Постоянное утверждение идеи о вечной подвластности человека мифическим небесным силам, ориентация на потустороннее существование, противопоставляемое пессимистически оцениваемому земному бытию, принципиальный отказ от признания самоценности и автономности человека — всё это делает И., как и любую религиозную систему, несовместимым с принципами подлинно научного мировоззрения.

  М. А. Батунский.

  Ислам и пластические искусства. И. оказал значительное влияние на искусство мусульманских стран. В области архитектуры это сказалось в появлении и широком распространении новых типов зданий: мечетей, минаретов, ханак, медресе, караван-сараев и пр. Запрещение изображать божество обусловило отсутствие религиозной тематики в изобразительном искусстве и привело к ограничениям в создании изображений человека и других живых существ. Представление о предосудительности таких изображений возникло в связи с их осуждением в хадисах и постепенно распространилось в широких слоях мусульманского населения. Начиная с 11 в. мусульманские богословы как сунниты, так и шииты безоговорочно осуждают изображения людей и животных в общественных местах, но допускают включение их в орнаментацию предметов употребляемых в быту (например, на керамике бронзе тканях и пр.). Осуждение не имело характера закона, и толкование его зависело от конкретных условий. Так в Иране где была сильна национальная живописная традиция, сюжетная живопись (даже на религиозные темы) существовала в течение всего средневековья. В арабских странах (см. Арабская культура) и Турции действие запрета оказалось сильнее: после 14 в. в этих странах изображения живых существ встречаются редко даже в прикладном искусстве. В начале 20 в. мусульманские авторитеты, уступая тенденциям современной жизни, пересмотрели своё отношение к изобразительному искусству и официально заявили что И. запрещает только изготовление идолов и икон.

  О. Г. Большаков.

  Лит.: Маркс К. и Энгельс Ф., О религии, М., 1965; Бартольд В. В., Ислам, Соч. т. 6, М., 1966; Беляев Е. А., Арабы, ислам и арабский халифат в раннее Средневековье, М., 1966; Избранные произведения мыслителей стран Ближнего и Среднего Востока IX—XIV вв., М., 1961; Беррельс А. Е., Насири Хосров и исманлизм, М., 1959; Климович Л. И., Ислам, М., 1965; Петрушевский И. П., Ислам в Иране в VII—XV вв., [Л.], 1966; Гордон-Полонская Л. Р., Мусульманские течения в общественной мысли Индии и Пакистана, М., 1963; Григорян С. Н., Из истории философии Средней Азии и Ирана VII—XII вв., М., 1960; Смирнов Н. А., Пятьдесят лет советского исламоведения, в сборнике: Вопросы научного атеизма, т. 4, М., 1967; Степанянц М. Т., Философия и социология в Пакистане, М., 1967; Батунский М. А., О некоторых тенденциях в современном западном исламоведении, в сборнике: Религия и общественная мысль народов Востока, М., 1971; Большаков О. Г., Ислам и изобразительное искусство, в сборнике: Труды Государственного Эрмитажа, т. 10, Л., 1969; Фильштинский И. М., Шидфар Б. Я., Очерк арабо-мусульманской культуры, М., 1971; Левин З. И., Развитие основных течений общественно-политической мысли в Сирии и Египте. (Новое время), М., 1972; Аширов Н., Эволюция ислама в СССР, М., 1972; Гольдцигер И., Лекции об исламе, СПБ, 1912; Массэ А., Ислам, пер. с франц., М., 1961; Шарль Р., Мусульманское право, пер. с франц., М., 1959; Levy R., The social structure of Islam, Camb., ,1957; Massignon L., Essai sur les origines du lexique technique de la mystique musulmane, P., 1954; Watt W. М., Islam and the integration of society, L., 1961; Grunebaum G. E. von, Modern Islam, N. Y.,1964; Schacht J., An introduction to Islamic law, Oxf., 1966; Gibb Н., Studies on the civilization of Islam, Boston, 1968; Religion in the Middle East, ed. by A. J. Arberry, v. 2, Camb., 1969; Miquel André, Ľlslam et sa civilisation, VIIe—XXe siécles, [P.], 1968; Islam and its cultural divergence, ed. by Girdhari L. Tikku, Urbana [a. o.], [1971].

Исламабад

Исламаба'д, столица Пакистана. Расположена у предгорьев Гималаев на Потварском плато, в долине, на высоте 550 м; занимает выгодное транспортно-географическое положение. В городе благоприятные климатические условия (максимальная температура июля 39 °С, минимальная температура января 3 °С). Административно И. образует территорию центрального подчинения. Население 100 тыс. чел. (1970; 50 тыс. чел. в 1965).

  Решение о строительстве новой столицы Пакистана было принято правительством в 1959; проект подготовлен в 1960; строительство города началось в 1961, в 28 км от прежней, временной столицы — Равалпинди. Планировка и застройка И. осуществляются по проекту фирмы греческого архитектора К. А. Доксиадиса иностранными и пакистанскими зодчими. Отличаясь чертами современного европейского города, сочетающимися с местными архитектурными особенностями, И. имеет регулярную планировку, зонирование (кварталы: деловые, правительственные и дипломатические, жилые с 1—2-этажными домами с плоскими крышами, районы ремесленного производства и лёгкой промышленности, зелёная зона и др.). Построены гостиница «Шехерезада» (итальянский архитектор Дж. Понти), Большая мечеть; строится (1972) здание парламента (датский архитектор А. Якобсен).

  Из научных и культурных учреждений функционировали (1971) Пакистанский институт ядерных исследований и технологии, Институт исламоведения, Национальная библиотека.

Исламабад. Застройка 1960-х гг.

Исламабад. План застройки.

Исламбеков Раджаб Капланович

Исламбе'ков Раджаб Капланович (р. 30.12.1925, Ташкент), советский эндокринолог, член-корреспондент АМН СССР (1969), заслуженный деятель науки Узбекской ССР (1964). Член КПСС с 1968. Окончил Ташкентский медицинский институт (1947). В 1967—71 директор Института краевой медицины (Ташкент). Основные работы по изучению клиники, морфологии и гистофизиологии щитовидной железы в норме и при патологии, вопросам диагностики и лечения тиреотоксикозов с использованием радиоактивного иода, в частности — результатам радиоиодтерапии диффузного и узлового токсического зоба. Ленинская премия (1964). Награжден орденом Трудового Красного Знамени.

  Соч.: Злокачественный зоб, Таш., 1967 (совм. с И. К. Кадыровым); Клинико-морфологическое исследование эндемического зоба с применением радиоактивного иода, Таш., 1961; Узловой токсический зоб, Таш., 1965 (совм. с М. М. Балтабаевым); Воспалительные заболевания щитовидной железы, Таш., 1968 (совм. с Л. Б. Платоновой).

Ислам-Гирей III

Ислам-Гирей III, Ислам-Герай III (1604—54), крымский хан в 1644—54, сын хана Селямет-Гирея. В 1648 И.-Г. III вступил в союз с Богданом Хмельницким, стремясь при этом к ослаблению и Польши и Украины. В 1649 участвовал в битве под Зборовом и вынудил Б. Хмельницкого заключить с поляками мир (см. Зборовский договор 1649), который спас Польшу от поражения. В битвах под Берестечком (1651) и Жванцем (1653) измена И.-Г. III союзному ему Б. Хмельницкому дважды спасала поляков от поражения и ставила украинскую народно-освободительную армию в тяжёлое положение.