Король чародеев - Кинг Сьюзен Фрейзер - Страница 69

Замирая от страха, Микаэла поднялась и увидела: Дайрмид стоит на прежнем месте. Когда их взгляды встретились, он сделал жест, как будто накрывает чем-то голову, и она поняла: Дайрмид хочет, чтобы она чем-нибудь прикрылась от стрел. Оглядевшись, Микаэла заметила поблизости несколько небольших круглых щитов, привязанных к борту. Максуина нигде не было видно, так что она беспрепятственно подошла к одному из них и развязала веревку.

Стоило Микаэле накрыться щитом, Дайрмид поднял руку, подавая своим людям сигнал к атаке, и тут же град стрел обрушился на галеру Ранальда. Сильный встречный ветер снес стрелы немного вбок, многие упали за борт, но некоторые достигли цели: впились в корпус галеры, прорвали парус. По-видимому, кого-то ранило: до ушей Микаэлы донеслись душераздирающие крики.

Люди Ранальда предприняли новую атаку. Микаэла подняла голову и выглянула из-под щита, но корабль сильно качнуло, она упала на бок и покатилась по сырой скользкой палубе. С трудом встав на колени, она снова схватила щит и сжалась под ним, свернувшись, как улитка в раковине.

Вокруг ревело море, свистели стрелы, зыбкая палуба то и дело проваливалась вниз. Измученной Микаэле стало казаться, что этот кошмар никогда не кончится. Небо заволакивали тучи, быстро темнело, и она никак не могла разглядеть на борту галеры Дайрмида. Внезапно чьи-то сильные руки обхватили ее за талию и потянули вверх.

– Идите-ка сюда, леди! – прохрипел незнакомый голос. – Ранальда подстрелили, он требует вас к себе.

Микаэла оглянулась – это был один из гребцов, седой мускулистый великан. Он кивком показал на середину палубы, и она увидела Ранальда, который полулежал на боку, прислонившись спиной к мачте. Он был ранен сразу двумя стрелами – в поясницу и в живот.

Микаэла ползком подобралась к нему.

– Вытащите стрелы, перевяжите раны! – хватая ртом воздух, приказал бледный как смерть Ранальд. – Я должен убить Дайрмида!

– Господи, у вас одна месть на уме! – пробормотала Микаэла, наклоняясь к нему. – Целых две раны – пора бы уже и успокоиться…

Она осторожно дотронулась до стрелы, торчавшей из поясницы, и попросила у седого гребца какую-нибудь тряпицу, чтобы перевязать рану. Он тотчас оторвал полу своей рубашки и протянул Микаэле. Собравшись с духом, она ухватилась за древко стрелы и вытащила железный наконечник. Ранальд дернулся и закричал. Микаэла тут же зажала тряпкой рану и туго перевязала ее.

Потом она откинула намокшую кровью рубашку с живота Ранальда и осмотрела вторую рану. Здесь дело обстояло гораздо хуже: стрела засела глубоко. Микаэла нахмурилась, зная, что ранение в живот всегда очень опасно. Попросив гребца положить Максуина навзничь, она тщательно осмотрела рану и осторожно, не вынимая стрелы, прижала к ней кусок ткани.

Над головой Микаэлы продолжали свистеть стрелы, но она, поглощенная заботой о раненом, перестала обращать на них внимание. Привычное занятие успокоило ее, приободрило, даже палуба под ногами стала казаться не такой зыбкой.

– Дайте-ка я вам помогу, миледи, – проговорил седой гребец. – Я могу вытащить стрелу и забинтовать рану, только скажите.

– Как вас зовут? – спросила Микаэла.

– Домнул, – ответил тот. – Домнул Максуин. Я двоюродный брат Ранальда.

Микаэла посмотрела на потемневшую от крови тряпку, которой накрыла рану.

– Боюсь, что рана слишком глубока, вытаскивать стрелу опасно. Скажите, Домнул, вы видите Дайрмида Кемпбелла?

Гребец вытянул шею и обвел прищуренными глазами вторую галеру.

– Да-да, вижу, – сообщил он. – Кемпбелл на корме, он наклонился к одному из своих людей.

– Он не ранен?

– Трудно сказать, – ответил Домнул. – Кажется, у него на плече кровь, хотя он, похоже, неплохо себя чувствует. Ах, черт! – выругался он, когда неприятельская стрела воткнулась в палубу в дюйме от его ноги. – Пожалуй, мне лучше по вашему примеру прикрыться щитом, не то не ровен час еще подстрелят. А вы, я погляжу, очень храбрая женщина! Стрелы вокруг так и свистят, вы же спокойно перевязываете Ранальда. Ей-богу, вы просто ангел!

Микаэла в ответ только невесело улыбнулась: она никогда в жизни не была так напугана.

Приподнявшись на локте, раненый поймал ее руку.

– Сейчас же вытащите вторую стрелу! – кривясь от боли, потребовал он.

– Этого ни в коем случае нельзя делать, Ранальд, иначе вы истечете кровью. Возможно, у вас повреждены внутренности, и стрела не дает начаться кровотечению. Мы должны поскорее вернуться в Глас– Эйлин, там я вытащу ее и как следует обработаю рану.

– Ерунда! – прохрипел Ранальд. – Не верю, что рана так опасна. Я чувствую себя достаточно хорошо, чтобы продолжить бой. Вытащите стрелу и перевяжите меня! – Он повернулся к стрелкам: – Стреляйте, стреляйте! Не дайте Кемпбеллу удрать! – Он заскрежетал зубами и откинулся назад.

– Ранальд, ваша рана очень опасна. Надо возвращаться в замок, иначе вы можете умереть! – попыталась образумить его Микаэла.

Ранальд бросил на нее свирепый взгляд.

– Я не умру, пока не отомщу Дайрмиду Кемпбеллу за все зло, которое он мне причинил!

– Но ведь эта женщина ни в чем не виновата перед тобой, Максуин, – неожиданно вступил в разговор седой гребец. – Зачем же ты подвергаешь ее опасности? Она сохранила жизнь твоему ребенку, а теперь облегчает твои страдания, спасает твою шкуру! Ты ей обязан по гроб жизни, так поучись у нее умению прощать. Прикажи больше не стрелять в Кемпбелла и разворачивай галеру к дому.

– Мне не нужны твои советы, Домнул! – оборвал его Ранальд и закричал лучникам: – Стреляйте, стреляйте! Подожгите стрелы!

Его люди бросились выполнять приказ. Онемев от ужаса, Микаэла увидела, как двое из них обмотали концы своих стрел пропитанными маслом тряпками и подожгли их с помощью кремня. Через несколько мгновений стрелы устремились к цели, прочертив в темнеющем небе оранжево-огненный след.

На плечо Микаэлы легла тяжелая ладонь Домнула.

– Вы не можете этому помешать, миледи, смиритесь с неизбежным, – проговорил он. – Похоже, мой кузен сошел с ума. Позаботьтесь-ка лучше о своей безопасности!

Огненные стрелы угодили в корпус «Габриэллы», подожгли в нескольких местах парус. Парусина задымилась, потом медленно, словно нехотя, занялся огонь у самой макушки мачты. Микаэла закричала от ужаса, и Домнул потянул ее за руку.

– Вам не надо на это смотреть, – угрюмо пробасил он. – Пожар в море – страшная вещь. Поберегите силы, они еще вам пригодятся!

Не слушая, Микаэла рванулась вперед, к Дайрмиду – ей хотелось спасти его, защитить, хотя она понимала, что это невозможно. Внезапно на ее лицо упали крупные холодные капли. Она подняла глаза – из черных клубящихся облаков вниз хлынул настоящий поток. Дождь!

– Благодарю тебя, господи! – зарыдала Микаэла, простирая руки к небу.

– Новое чудо, миледи! – заулыбался щербатым ртом Домнул, подставляя лицо холодным струям. – Я слышал, вы уже совершили одно – спасли новорожденное дитя леди Сорчи. Похоже, господь вас любит! Если ваш супруг сумеет быстро добраться до берега, он спасен. Думаю, наши люди больше не будут стрелять.

Микаэла кивнула сквозь слезы и поглядела на «Габриэллу» – ее возлюбленный стоял на дымящейся палубе и, прикрывая рукой от дождя глаза, напряженно всматривался в темноту; на его плече расплылось темное пятно. Надеясь, что он наконец заметит ее, Микаэла, как безумная, замахала руками, показывая, что ему надо возвращаться в замок. В этот момент к нему подошел Мунго и что-то сказал. Дайрмид выслушал его и с озабоченным видом отдал гребцам какую-то команду. Неловко развернувшись, «Габриэлла» поплыла прочь. Микаэла закусила губу и вытерла мокрое от слез и дождя лицо.

– Бьюсь об заклад, ему очень не хочется вас покидать, миледи, но у него просто нет другого выхода, – тихо сказал Домнул, беря ее за руку. – Пусть лэрд Даншена ни о чем не беспокоится, я позабочусь о вашей безопасности. Я больше не позволю Ранальду обращаться с вами, как с пленницей!

Микаэла кивнула ему и улыбнулась.