Король чародеев - Кинг Сьюзен Фрейзер - Страница 19

– Господи, конечно! – воскликнул Ангус. – В доме полно вина и еды, в очаге еще горит огонь. Пойду разбужу мать, она все устроит.

Поднявшись по деревянным ступеням центральной, самой высокой и мощной башни замка, они втроем вошли в арочную дверь, миновали короткий коридор и оказались в большой, сумрачной зале. Сказав, что сейчас вернется, Ангус куда-то ушел. Микаэла огляделась – каменные стены, высокий, теряющийся в полумраке потолок с выступавшими балками, громадный, жарко пылающий камин…

Внезапно послышались негромкие звуки арфы – возле камина склонился над изящным, украшенным резьбой инструментом молодой человек. Он на мгновение поднял темноволосую голову, но вошедших не заметил и тут же снова уткнулся взглядом в пол.

Едва Микаэла с Дайрмидом приблизились к камину, как к ним, радостно лая, бросились две здоровенные черные собаки и запрыгали вокруг лэрда. Он с улыбкой потрепал их по огромным лоснящимся головам и ласково проговорил:

– Ну что, мои милые, соскучились?

– Это наши лучшие сторожа, – пояснил он Микаэле. – Их зовут Подрэг и Колумба!

Микаэла тоже, правда, не без опаски, потянулась погладить могучих животных. Они сначала настороженно обнюхали ее руку, а потом завиляли хвостами.

Тем временем музыкант поднял голову, и Микаэла ахнула от удивления и восхищения: перед ней на деревянной скамейке с арфой в руках сидел второй Дайрмид, но только юный и прекрасный, как греческий бог. Юноша улыбнулся ей знакомой, чуть скошенной набок улыбкой, однако в его карих глазах читалась печаль, абсолютно не сочетавшаяся с классическим совершенством облика.

– С приездом, братец! – произнес молодой человек таким же глубоким и звучным, как у Дайрмида, голосом.

– Да благословит тебя бог, Гилкрист! – ответил лэрд, беря его за руку. – Как вы тут поживаете?

– Неплохо, – ответил музыкант, устраиваясь поудобней на своей деревянной скамеечке.

Он сидел у огня босиком, и Микаэла вздрогнула, заметив, что правая ступня юноши изуродована. Почувствовав взгляд гостьи, он спрятал ногу под скамейку. Только сейчас Микаэла обратила внимание на деревянный костыль, прислоненный к стене возле камина.

– Миледи, – начал Дайрмид, – позвольте представить вам моего самого младшего брата. Гилкрист, познакомься, это леди Микаэла… – горец замялся, сообразив, что не знает ее имени по мужу.

– Микаэла Фолкенер, – пришла она ему на помощь, – вдова Ибрагима ибн-Катеба из Болоньи.

Гилкрист бросил на брата вопросительный взгляд.

– Леди Микаэла согласилась приехать к нам из Перта, чтобы осмотреть Бригит, – пояснил тот. – Она врач.

– Я получила диплом врача в Италии, – добавила гостья.

– Понимаю, сударыня. – Юноша кивнул, и ему на лицо упала темная прядь. – Вы получили образование в Италии, хотя выросли, вероятно, в Шотландии – ваш гэльский прекрасен и благозвучен, как соловьиная трель. Я рад вашему приезду, добро пожаловать в Даншен!

Она улыбнулась.

– Гм… – смущенно кашлянул Дайрмид, – ну разумеется, наша гостья хорошо говорит по-гэльски: ведь она уроженка Гэллоуэя, и наш язык для нее родной.

Он нагнулся и снова погладил завилявших хвостами собак. Микаэла пристально взглянула на него, удивленная его суховатым тоном. В этот момент дверь отворилась, и в залу вошла целая процессия: впереди торжественно шествовал Ангус с большим плоским блюдом, прикрытым белой салфеткой, за ним, скромно потупясь, шла очень хорошенькая девушка с глиняным кувшином в руках, а позади, кряхтя и шаркая, тащилась маленькая согбенная старушка с деревянными чашами.

Водрузив блюдо на стол, Ангус сдернул салфетку – под ней оказался дымящийся горшок овсянки и горка нарезанного ломтями вареного мяса. Почуяв аппетитный запах, собаки вскочили, но Дайрмид снова велел им лечь.

– Привет тебе и твоей гостье, Даншен, – заговорила старуха. – В такой поздний час и на скорую руку мы можем предложить вам только холодную говядину с кашей, но зато сколько душе угодно. К тому же я велела Ангусу открыть новую бочку кларета. – Она оглядела Дайрмида выцветшими голубыми глазками и недовольно прищурилась. – Тебе, голубчик, надо как следует помыться и побриться!

– Рад видеть тебя в добром здравии и расположении духа, Лили, – усмехнулся Дайрмид.

– Доброе-то оно доброе, – поджала губы старуха, – хотя в моем возрасте да при больных суставах не очень-то приятно вскакивать среди ночи… Но я все равно рада видеть тебя и твою гостью.

– Это леди Микаэла из Кинглэсси, она будет лечить Бригит.

– Мое почтение, миледи, – поклонилась Лили. – Ангус уже рассказал мне, кто вы. Я очень благодарна вам за то, что вы спасли жизнь моего сына, благослови бог ваше искусство! Считаю за честь принимать вас у себя.

Польщенная словами старой женщины, Микаэла вспыхнула и смущенно улыбнулась. Между тем девушка налила в чаши вина и подала их гостье и хозяину. Высокая, статная, с нежной белой кожей, каштановыми волосами и светло-голубыми глазами, она была красива тихой, неброской красотой.

– Спасибо, Иона, – улыбнулся Дайрмид. – Как поживают твои братья и сестры?

– У них все хорошо, сэр, – зардевшись, ответила девушка. – Отец вернулся вместе с вами?

– Не беспокойся. Я послал Мунго в одно место по делу, но он должен вернуться со дня на день.

Девушка кивнула и протянула чашу с вином Гилкристу, но он, словно не замечая этого, принялся настраивать струны своего инструмента маленьким деревянным ключом. Иона поставила чашу на стол и направилась к двери. Микаэла, искоса поглядывавшая на музыканта, заметила, что он, зардевшись, будто красная девица, проводил дочь Мунго грустным взглядом.

– Миледи просто раскрасавица, только больно бледная и совсем молоденькая, – оглядев Микаэлу с головы до ног, заметила Лили. – Признавайся, Дайрмид, она монашка? Ты увез ее из монастыря?

– С чего ты взяла? – ответил тот. – Леди Микаэла работала в монастырской больнице, но она вовсе не монашка, а вдова врача и сама врач.

Микаэла смутилась: они говорили о ней так, словно ее здесь не было.

– Такая молоденькая и уже врач? Ни за что не поверю! – упорствовала Лили.

– Тебе же сказали: миледи – дипломированный доктор, – вмешался Гилкрист, повысив голос. – Она получила образование в Италии.

– В Италии? – удивилась старуха. – Это где-то во Франции?

– Италия – это страна, где живет папа римский! – потеряв терпение, воскликнул Ангус.

– Лили, через итальянские порты нам доставляют пряности из Святой земли, понимаешь? – внес свою лепту в просвещение престарелой родственницы хозяин замка. – Твои любимые гвоздика, корица и перец плывут к нам именно из Италии, а точнее – из Венеции.

– Какая прелесть! – обрадовалась Лили. – Что за чудесное место эта Италия!

– Как Бригит? – спросил Дайрмид.

– О, она сущий ангел! – Старуха улыбнулась во весь свой щербатый рот. – Но мы поговорим о ней потом, а сейчас тебе лучше поесть и отдохнуть. Госпожа доктор, вы можете сказать, отчего у меня так болят колени, что иной раз я не могу заснуть всю ночь напролет?

– Дай гостье спокойно поесть, матушка. – Ангус поспешно взял Лили под руку. – А тебе пора в постель.

– Но я совсем не устала! – возмутилась старуха. – Знаете, госпожа доктор, ноги так ломит, так ломит…

– Пожалуйста, хватит, мама! – простонал раздосадованный Макартур.

– А вы принимаете какие-нибудь лекарства? – спросила старуху Микаэла.

– Только отвар ивовой коры. Вы думаете, стоит попробовать что-нибудь еще?

– Пойдем, пойдем, матушка! – Ангус буквально потащил Лили к двери. – Ты сможешь поговорить с миледи потом, когда она отдохнет с дороги.

Старуха бросила на сына сердитый взгляд, но подчинилась и с поклоном вышла из залы.

– Спокойной ночи, дорогая Лили, – напутствовал ее Дайрмид.

– Зря Ангус увел эту милую даму, – заметила Микаэла. – Я бы с удовольствием выслушала ее. Думаю, ей можно помочь.

– Тогда бы вам наверняка не удалось поспать этой ночью, потому что наша Лили обожает рассказывать о своих недугах, которых у нее великое множество.