Всем сердцем - Смит Барбара Доусон - Страница 5

– Спасибо, – сказала миссис Невилл, зардевшись от смущения. – Ну, так вот, я встала с постели и случайно выглянула в окно спальни. Боже мой! Я чуть не упала в обморок от страха, увидев его светлость. Он поднимался на парадное крыльцо, неся тебя, Анна, на руках. Он сказал мне, что ты… – Она замолчала и потрясенно уставилась в пространство.

Анна нетерпеливо дернула головой.

– Что он тебе сказал, мама?

– Что вы катались одна, без сопровождения конюха, – спокойно проговорил лорд Джошуа. – Вы упали с лошади. По счастливой случайности я проезжал мимо и увидел вас па дороге.

– Упала с лошади? – пробормотала Анна, пытаясь скрыть свое облегчение. – Попятно.

– Ты ударилась головой о камень. – Миссис Невилл прижала руки к своей пышной груди. – Из твоей раны вытекло столько крови! Ты была такой слабой и бледной, что я боялась, как бы ты не… ох, я не могу это произнести… – Она всхлипнула.

Лорд Джошуа достал из кармана сложенный носовой платок и протянул его миссис Невилл. Она промокнула глаза и громко высморкалась.

Анну охватило острое чувство вины. Ей хотелось встать и обнять маму, но она не могла оторваться от кровати.

– Прости, мама. Я не хотела тебя расстраивать.

– Она думала, что вы не узнаете о ее глупом поступке, – добавил лорд Джошуа. – Надеюсь, это послужит Анне хорошим уроком.

Он посмотрел на девушку, сердито сдвинув брови, и она нахмурилась в ответ. Черт возьми, он ведет себя с ней как с непослушным ребенком! Если бы вчера он не пришел к Дэвиду со своими притворными соболезнованиями, ничего бы не случилось.

– Простите мне мои слезы, – сказала миссис Невилл, теребя носовой платок испачканными в краске пальцами. – Вообще-то я редко плачу. Но мне невыносимо думать о том, что я могла потерять свою единственную дочь. Что бы мы с папой без тебя делали, Анна?

– Успокойся, мама. Это больше не повторится. Даю слово.

Но миссис Невилл; продолжала причитать:

– Если бы тебя не стало, кто смешивал бы мои краски? Кто искал бы цветы для моих картин? Кто напоминал бы твоему дорогому папочке о том, чтобы он вернул книги в библиотеку?

– Я здесь, мама. Со мной все в порядке!

– Ты моя самая близкая подруга. Единственный ребенок, который остался со мной. Увы, сыновья редко нас навещают.

– Они приходят сюда обедать каждое воскресенье, – терпеливо напомнила Анна. – И каждый праздник. А на буднях к нам иногда заглядывает Хью…

– Да. Он приносит прохудившуюся одежду, потому что никто не умеет так искусно шить, как ты. – А Бенджамин часто приводит сюда своих детей…

– Потому что им нравятся сказки, которые ты читаешь.

– А Сирил забегает к нам на чай каждый раз, когда бывает в городе.

– Чтобы пополнить запасы вкусного сливового варенья, которое ты готовишь. – Миссис Невилл вздохнула. – Ты просто сокровище, милая. Хорошо, когда в доме есть молодая хозяйка. Не правда ли, милорд?

«Кажется, мама пытается меня сосватать», – в негодовании подумала Анна, но тут же прогнала эту мысль, решив, что ошиблась.

– Я преклоняюсь перед вашими талантами, – сказал лорд Джошуа, наливая в чашку горячий чай. – К сожалению, у меня нет сестры – только братья. А мои родители умерли.

Анна испытала невольный приступ любопытства. Интересно, сколько у него братьев? Впрочем, какая разница? Она знала про него главное: он подлец, бросивший свою невесту. Мужчина, привыкший обманывать женщин.

И в данный момент лорд Джошуа вовсю пользовался своим дьявольским обаянием.

– Пожалуйста, мэм, – сказал он, протягивая Леноре Невилл чашку чаю.

– Спасибо! Однако вы не должны меня обслуживать. Какая я после этого хозяйка?

– Не беспокойтесь. Я прекрасно понимаю, что вам сейчас не до церемоний: вы пережили сильное потрясение.

Анна поджала губы. Маме срочно понадобилась бы нюхательная соль, узнай она, что этот тип бросил бедняжку Лили Панкхерст чуть ли не у самого алтаря.

Миссис Невилл хлебнула из тонкой фарфоровой чашки.

– Скажите, милорд, сколько времени понадобится Анне, чтобы выздороветь?

– У нее серьезная рана, но чистая. Она должна хорошо зажить. Я рекомендую ей оставаться в постели в течение двух недель.

– Двух недель? Какой вздор! – воскликнула Анна. От крика у нее опять застучало в висках. – Я уже сегодня днем буду на ногах.

Лорд Джошуа сложил руки на широкой груди и смерил взглядом Анну.

– Делайте то, что я говорю. Травма головы – это не шутка.

– Кто вы такой, чтобы мне указывать?

– А ты разве не знаешь? – спросила миссис Невилл, слабо улыбнувшись. – Он не только герой войны, но и опытный врач.

– И вдобавок аристократ, – язвительно заметила Анна.

– О да! Нам несказанно повезло, что тебя нашел именно он. Ты выжила благодаря его лекарскому искусству.

Повезло, как же! Он прибег к дьявольски хитрой лжи, чтобы проникнуть к ней в спальню. Неудивительно, что мама не возражала против его присутствия: доктор – это всегда уважаемый, честный человек, внушающий доверие.

– Значит, вы посвятили свою жизнь врачеванию? – спросила Анна, подпустив в свой голос сарказма. – И где же вы учились?

– В полевых госпиталях на континенте. Я служил в кавалерии и одновременно занимался медицинской практикой.

– Выходит, вы и губитель, и целитель, – сказала она и тут же пожалела о собственной грубости. Да, этот человек вызывал в ней сильную неприязнь, однако он сражался за свободу их страны.

Повисла неловкая пауза. Лорд Джошуа стоял и молча смотрел на Анну. По опыту общения со своими братьями она знала: стоит только дать слабину, и противник тут же этим воспользуется. Тем не менее, она решила извиниться.

– Простите. Это было неуместное замечание.

Лорд склонил голову набок, лицо его было каменным.

– Вы назвали меня губителем и целителем. Что ж, не буду спорить. Однако эту двойственность может понять лишь тот, кто был на войне.

Анна ощутила невольный укор совести, смешанный с состраданием.

– Думаю, вы правы. Но у вас наверняка есть какие-то свои дела. Не смеем вас больше задерживать.

– Не беспокойтесь. На данный момент я совершенно свободен. – Его взгляд потеплел, когда он обернулся к маме Анны. – Мэм, моя пациентка нуждается в тщательном наблюдении в течение ближайших нескольких дней. Если вы не возражаете, я найду себе временное жилье где-нибудь неподалеку от вашего дома и буду за ней приглядывать.

– Вы так добры! – с чувством воскликнула миссис Невилл. – Но настаиваю на том, чтобы вы пожили у нас в качестве гостя, милорд. Сейчас, когда мои сыновья уехали, у нас полно свободных комнат.

– Спасибо. Я принимаю ваше приглашение.

Они договорились прежде, чем Анна успела выразить обоснованный протест.

– Но это… невозможно, – пробормотала она запинаясь. – Мы не можем развлекать гостей, пока я болею. И потом, кто приготовит комнату?

– Пег, кто же еще? – Ленора Невилл тяжело поднялась с кресла. – Надо только найти эту ленивую девчонку.

Анна мысленно пожелала маме удачи.

– А что скажет папа? Он занят своими исследованиями, и ему не до гостей.

– Чепуха! Он прячется в кабинете от наших неугомонных внуков, чтобы немного побыть в тишине и покое. Но ему нравится общаться с эрудированными людьми. – Мама с надеждой взглянула на лорда Джошуа. – Вы хорошо знаете историю? Мой муж очень интересуется этим предметом.

– Я учился в Оксфорде. Мне будет приятно побеседовать с мистером Невиллом.

Анна испугалась. А вдруг он проговорится и папа узнает правду?

– Боюсь, что наш скромный дом не соответствует уровню лорда, – поспешно вставила она.

Лорд Джошуа криво усмехнулся.

– Я очень неприхотлив, мисс Невилл. Последние пятнадцать лет я провел на военной службе, и теперь любое помещение с крышей кажется мне дворцом.

Миссис Невилл просияла.

– Отлично! Миссис Макфи и миссис Тиннесвуд разинут рты от удивления, узнав, что в моем доме остановился брат маркиза Стокфорда!

Вне себя от радости, женщина поспешила к двери, но остановилась на пороге и добавила: