Всем сердцем - Смит Барбара Доусон - Страница 15

Услышав шлепанье ног, девушка обернулась к двери. Облаченный в мятую рубашку и такие же мятые брюки, Эдвин тяжело протопал в библиотеку. Его черные кудри были всклокочены, на шее болтался незавязанный галстук, обувь на ногах отсутствовала. В свои двадцать семь лет он выглядел неважно: паутинки вен проступали на угрюмом лице. Под серыми глазами Эдвина пролегли полукружия теней.

Он поморщился от яркого света и хмуро взглянул на лорда Джошуа.

– Это вы подняли жалюзи? Как вы посмели распоряжаться в моем доме? Мало того, что из-за вас мне пришлось встать с постели…

– Доброе утро, Эдвин, – сказала Анна. Решив взять разговор под свой контроль, она вышла из тени и встала перед лордом Джошуа. – Жалюзи подняла я, так что можешь поблагодарить меня за это.

Эдвин удивленно посмотрел на кузину и поднял руку, чтобы заслонить глаза от солнца.

– Черт возьми… Анна?

– Я хотела бы с тобой поговорить. Наедине.

– Как ты здесь оказалась? Отец сказал, что ты упала с лошади и разбила голову.

В обычных обстоятельствах ее разозлил бы насмешливый тон кузена, но сейчас его слова пробудили в ней подозрение. Что, если этой репликой он пытался скрыть свою вину?

Лорд Джошуа обошел ее сбоку и шагнул вперед.

– На самом деле все было не совсем так, – заявил он. – Может быть, вы знаете, каким образом она поранилась?

– Откуда я могу это знать? – запальчиво спросил Эдвин. – Убирайтесь вон, сын сатаны! У меня нет денег, чтобы вам заплатить.

– Я лорд Джошуа Кеньон. Меня не интересуют ваши деньги. Я пришел, чтобы задать вам кое-какие вопросы.

Эдвин выпучил глаза и уставился сначала на него, потом на Анну.

– Кеньон? Это что, твой приятель? Ничего не понимаю!

– Я могу объяснить. – Она опять встала перед лордом Джошуа. – Однако мне хотелось бы поговорить с тобой наедине в другой комнате.

– Поговорить? Я не желаю разговаривать, – проворчал Эдвин. – У меня болит голова от пустой трескотни.

Подойдя к серванту, он взял с полки пыльный хрустальный графин, откупорил его, заглянул внутрь и понюхал горлышко, потом подставил рюмку и перевернул графин вверх дном. Он оказался пустым. Эдвин выругался и схватил второй винный сосуд. Так он испробовал по очереди каждый из пяти графинов, не переставая что-то бормотать себе под нос. Этим брюзжанием молодой человек очень напоминал своего отца.

Анна пересекла комнату и забрала у Эдвина последний графин как раз в тот момент, когда он собирался опрокинуть его в рюмку.

– Отдай! – потребовал он. – Там осталось немного бренди – последние капли спиртного в этой Богом забытой берлоге.

Она отвернулась, вылила жидкость в пыльную вазу и поставила графин обратно в сервант.

– В такой ранний час вредно пить алкогольные напитки.

– Черт побери! – Он в отчаянии заглянул в вазу, как будто собирался выпить бренди вместе с грязью и паутиной. – По какому праву ты здесь распоряжаешься? Это мой дом, мои напитки, все мое!

– Как раз наоборот, – заметил лорд Джошуа и быстро подошел к Анне.

Она внутренне подобралась. По ее мнению, этот мужчина двигался чересчур проворно.

– Все, что здесь есть, принадлежит вашему отцу, – спокойно продолжил Кеньон. – Согласно его завещанию, когда он умрет, его имущество полностью перейдет к Анне.

Эдвин вздрогнул, точно марионетка, которую дернули за веревочки.

– Откуда вы знаете? Это не ваше собачье дело!

– Да, это действительно не его дело, – согласилась Анна, нахмурившись. – Я сама разберусь со своим кузеном, лорд Джошуа.

Но мужчины ее не слушали. С таким же успехом она могла обратиться к растрепанному чучелу тетерева, стоявшему на ближайшей подставке.

Эдвин сдвинул густые брови и уперся взглядом в лорда Джошуа.

– Кто рассказал вам про завещание моего отца?

– Это не важно. Важно то, что Анна не падала с лошади. Она получила огнестрельное ранение в голову.

Эдвин часто заморгал.

– Что? Кто в нее стрелял?

– Это случилось около недели назад, когда она совершала утреннюю прогулку. В кустах прятался какой-то мужчина. Он выстрелил в нее, потом запрыгнул на лошадь и ускакал.

– Это был браконьер?

– Нет. По случайности я оказался на месте происшествия и мельком видел злоумышленника. Судя по его богатой одежде и отличной лошади, это был джентльмен.

– Значит, охотник. – Эдвин плюхнулся в кожаное кресло с высокой спинкой и сгорбился, безвольно уронив руки. – Мне очень жаль, Анна, что с тобой приключилась такая неприятность. Но ты расскажешь мне об этом как-нибудь в другой раз. Сейчас мне просто необходимо поспать.

Он закрыл глаза и поудобнее устроился в кресле.

Благодаря вмешательству лорда Джошуа время светской беседы подошло к концу. Анна решительно подошла к кузену и влепила ему затрещину.

– Оу! – Эдвин отпрянул назад и поднял руки, чтобы защититься от новых ударов. – Не трогай меня, ведьма! Мне уже не десять лет.

Она погрозила ему пальцем.

– Но ты по-прежнему играешь в грязные игры. Когда тебе было десять лет, ты подкладывал мне в постель червяков и подливал уксус в мой чай. Однако в те времена ты хотя бы не гонялся за мной с ружьем.

Он резко выпрямился.

– С ружьем? Я?

– Ты что, совсем тупой, Эдвин? Ладно, выскажусь ясней. У тебя есть хороший повод меня застрелить.

– Но… неужели ты думаешь, что я… я… – Он не договорил.

Анна не хотела верить в его виновность. Да, Эдвин Беллингем был пьяницей и никчемным человеком, но вместе с тем он был ее кузеном, единственным сыном старшего брата ее матери. Она надеялась, что его испуг не наигран.

– Долги могут толкнуть человека на отчаянные поступки, – заметил лорд Джошуа.

Эдвин сверкнул глазами.

– Прошу прощения! Вы не можете меня обвинять, не имея никаких доказательств…

– Где вы были во вторник утром?

– Дома, в постели, где же еще?

– А вот Графстон утверждает, что вы явились домой, когда уже рассвело.

– Что? Этот наглец… ах да, я вспомнил! – Поерзав в кресле, Эдвин издал хриплый смешок. – Мы играли всю ночь. Если вы мне не верите, спросите Джона Крайера или сэра Филиппа Мадисона. Или лорда Тимберлейка.

– Отца Дэвида? – удивилась Анна. – Он не игрок.

Эдвин скривил губы.

– Да, он довольно скучный малый, но он любит хорошую игру, как и всякий джентльмен.

Лорд Джошуа сурово глянул на Эдвина.

– Если вы лжете, я заставлю вас за это ответить. Только трус и негодяй способен выстрелить в женщину.

– Я в нее не стрелял! Скажи ему, Анна. У меня даже нет ружья.

– Ружье есть у дяди Фрэнсиса, – заметила Анна. – У него большая коллекция старинного огнестрельного оружия.

Эдвин вскочил с кресла и двинулся на нее, сжав кулаки.

– Чертова ведьма! Ты до сих пор не научилась держать язык за зубами…

В следующее мгновение лорд Джошуа схватил Эдвина за горло и прижал к книжному шкафу.

Глава 8

Крик в ночи

Лорд Джошуа душил Эдвина, сжимая его шею сильной рукой. Книжные полки раскачивались и гремели. Несколько старинных томов с глухим стуком упали на пол, взметнув в воздух тучи пыли. Лицо молодого человека сделалось свекольно-красным. Он сдавленно хрипел, безуспешно пытаясь побороть противника.

– Ты нагрубил даме, – сказал лорд Джошуа обманчиво-сладким голосом.

– Отпустите… меня.

– Извинись, и я подумаю над твоей просьбой.

– Я… не хотел… вас обидеть.

Лорд Джошуа крепче сомкнул пальцы.

– Обращайся к мисс Невилл, а не ко мне.

Глаза Эдвина начали выкатываться из орбит.

– Прости… меня… Анна, – пробормотал он, задыхаясь. – Пожалуйста… прости.

Последнее слово прозвучало жалобным писком. Анна бросилась к мужчинам.

– Отпустите его, ради Бога! Вы же его задушите!

– Он сам напросился, – сказал лорд Джошуа, но разжал руку и отступил назад.

Эдвин согнулся пополам, хватая ртом воздух и потирая шею.

– Мне следовало бы сообщить властям о твоей выходке, Кеньон.