Год короля Йавана - Куртц Кэтрин Ирен - Страница 102

— Всего семеро? — Ниеллан вздохнул и покачал головой. — Помню, когда там было несколько дюжин Дерини, да упокоятся их души с миром.

Он медленно перекрестился, и остальные последовали его примеру.

— Но полагаю, все могло бы быть гораздо хуже. А все ли из них Дерини, не считая, разумеется, Урсина?

Гискард пару мгновений подумал, прежде чем ответить.

— На самом деле, нет. По-моему, жена Урсина обычная женщина… а значит, и сын не обязательно Дерини. Он был совсем маленьким, когда их взяли в заложники, может быть, еще даже младенцем. Поэтому его не могли испытать мерашей. Насколько я слышал, самому Урсину они дают ее регулярно, чтобы убедиться, что могущество к нему так и не вернулось.

— Господи, как же они нас боятся! — вновь вздохнул Ниеллан. — Но это меня не удивляет. Хотя, мне только что пришла в голову одна идея. Сир, вам известно, как Урсин утратил силу. Вы ведь помните про мастера Ревана?

Джаван вопросительно посмотрел на епископа.

— Конечно, помню. Я ведь был там.

— Да, разумеется, — со слабой улыбкой произнес Ниеллан. — Так вот что я предлагаю…

На то, чтобы выработать план, ушло добрых две недели, и Джавану несколько раз пришлось возвращаться в михайлинское убежище, поскольку согласовать детали необходимо было с людьми, которых не было там в это время. Идея Ниеллана была довольно смелой, но могла привести к тому, что уже весной заложников удастся вызволить из Ремута. Ради успеха всего предприятия Джаван даже смирил свою гордость и сделал вид, будто примирился с Полином по поводу истории с Фаэланом, чтобы тот назначил ему нового исповедника и при королевском дворе жизнь вошла бы в обычную колею.

К несчастью, у Джавана не было возможности привести замысел в исполнение, ибо в тот самый день, когда он намеревался сделать первый шаг, в самом начале ноября, изнуренный гонец прискакал в Ремут и потребовал, чтобы его немедленно провели к королю.

Джаван находился в приемном зале, где заседал королевский суд. Рядом сидели Гискард с Карланом, а лорд Джеровен выслушивал очередное дело. Там же находилась еще пара дюжин человек — придворные или просители. Поскольку чуть позже должно было состояться заседание совета, то присутствовали также Альберт, Ран и Удаут, гревшиеся у жаровни, установленной в одной из оконных ниш, ибо за последнюю неделю погода значительно ухудшилась. Кроме них, больше не было никого из высших сановников.

При появлении запыхавшегося гонца лорд Джеровен прервал свою речь, а Карлан с Гискардом вскочили. Мужчина со стоном повалился на колени перед королем, протягивая ему дрожащей рукой измятый и запачканный пакет. Судя по алой печати, отправителем послания был лорд Энсли, с которым сейчас в Грекоте должен был находиться Райс-Майкл.

— Дайте гонцу воды, — велел Джаван, сломав печать. — Это письмо из Грекоты?

— Да, сир… четыре дня назад… отправились на охоту… — Гонец покачнулся. — Принц Райс-Майкл похищен… Сэр Джейсон погиб, лорд Энсли ранен… разбойники… я скакал быстро, как мог.

С этими словами он едва не рухнул, и Гискард едва успел подхватить его под руку, тут же подав знак прислуге, чтобы дали вина. Джаван вскочил на ноги, и кровь вмиг отлила у него от лица.

— Ориэля сюда, — велел он Карлану, дрожащими пальцами разворачивая письмо.

Карлан бросился к выходу, а лорд Джеровен поспешил к королю. Альберт с Раном вытянули шеи, ибо, судя по всему, не расслышали слов гонца. Джаван с тревогой пробежал текст послания. Из неразборчивого бормотания посланца он понял только, что случилось неладное, однако лишь теперь он осознал все размеры свалившейся на них катастрофы. Письмо было написано рукой сэра Томейса, который уехал вместе с Райсом-Майклом и Джейсоном всего шесть недель назад.

«Грекота, день всех святых. Джавану, королю Гвиннеда, от сэра Томейса Эдергольского, помощника лорда Энсли в Грекоте.

С сожалением подтверждаю то, что мой посланец уже должен был сообщить вашему высочеству. Принц, ваш брат, был похищен неизвестными лицами. Его настоящее местонахождение и состояние нам неизвестно. Несколько свидетелей утверждают, что он мог быть легко ранен во время потасовки. Сэр Джейсон геройски погиб, защищая принца, а лорд Энсли был серьезно ранен. Погибли еще четверо стражников, и несколько человек получили ранения. Жизнь Энсли в руках Господа. Он лежит сейчас в Грекоте, во дворце епископа Эдварда Мак-Инниса.

Все случилось вчера около полудня. Остаток вчерашнего дня и весь сегодняшний мы прочесывали окрестность со всеми людьми, кто был в моем распоряжении, и отрядом, предоставленным нам епископом Эдвардом, однако нам не удалось отыскать никаких указаний на постигшую принца судьбу. Лорд Энсли утверждает, что нападающие точно знали, с кем имеют дело, и были намерены пленить принца живым.

Я не советую вашему величеству отправляться сюда сейчас, ибо не знаю, в чем состоял замысел негодяев, и не сумею обеспечить безопасность вашего величества. Кроме того, если наши догадки верны, и принц был похищен ради выкупа, то их требования наверняка вы получите в Ремуте. Однако, нам необходима помощь войск в наших поисках, ибо с каждым днем увеличивается расстояние, на которое могли увести принца похитители. Сожалею, что не могу послать вашему величеству более обнадеживающих известий.

Остаюсь ваш покорный слуга,

Томейс Эдергольский, рыцарь.»

Потрясенный, Джаван передал письмо Альберту, который вместе с Раном и Удаутом поспешил присоединиться к королю. Последний приказал немедленно очистить зал. Гискард тем временем поил вином ослабевшего гонца, но, судя по всему, человек совершенно лишился чувств от усталости. К тому времени, как Карлан вернулся с Ориэлем, все посторонние уже разошлись, и Удаут с Джеровеном читали письмо, с которым уже успели ознакомиться Альберт и Ран.

— Мой брат похищен, — произнес Джаван, когда Ориэль с Карланом подошли ближе. — Выясни, был ли этот человек на месте и знает ли он хоть что-нибудь кроме того, что уже сказал нам.

Все остальные собрались вокруг короля, встревоженно переглядываясь при этих словах, но Ориэль, не моргнув глазом, опустился на колени рядом с гонцом и легонько коснулся его лба. Несколько секунд он молчал, закрыв глаза, затем огорченно взглянул на короля.

— Ни он, ни сэр Томейс не были на той охоте, сир. Однако он слышал, как Томейс потом расспрашивал обо всем лорда Энсли. Нападающие были хорошо вооружены и дисциплинированы. Нет никаких сомнений, что их целью было именно пленение принца. Сперва из засады ударили лучники, но они отнюдь не старались попасть в него. Именно тогда погиб сэр Джейсон… Стрела попала ему в спину. Лорд Энсли был ранен в бедро и в руку, но пал от удара мечом. Лекари еще трудились над ним, когда Томейс расспрашивал его.

— Так что же насчет моего брата? — нетерпеливо прервал его Джаван.

— Лорд Энсли говорит, что принц прекрасно показал себя, с мечом в руке отстаивая свободу. Однако, сам будучи раненым, он не видел, как принца захватили в плен. Об этом поведал другой стражник. Однако тот тоже был тяжело ранен, и никак не мог помешать похитителям.

В то же утро, когда весть о похищении принца достигла столицы, сам Райс-Майкл изо всех сил пытался понять, что с ним происходит… хотя даже спустя несколько дней после своего пленения он знал о своих похитителях не больше, чем в самый первый день. До сих пор ему не представилось ни малейшей возможности спастись бегством; и теперь уже точно не было сомнений, что основной целью нападавшие ставили себе схватить именно принца.

Лучники напали из засады, уничтожив треть эскорта и убив верного сэра Джейсона. Затем появились всадники в легких доспехах. Их было не меньше десятка, и полдюжины устремились прямо к принцу, в то время как остальные сражались с теми, кто пытался защитить Райса-Майкла. Он выхватил меч, вступил в бой и, кажется, даже ранил нескольких нападавших, но они превзошли его числом. Один ухватил лошадь за поводья, другой ударил в висок рукоятью меча, в то время как третий сумел накинуть Райсу-Майклу на голову широкий плащ, ослепив его и лишив возможности сопротивляться.