Вечный огонь страстей - Хесс Нора - Страница 52

Джулиану охватил страх от грозных предсказаний индианки. Она вскрикнула, когда раздался громкий стук в дверь. Полными ужаса глазами она смотрела на мужа и тихо прошептала:

– Кто это?

– Не бойся, дорогая, – Рос ободряюще ей улыбнулся, но достал с полки ружье, – скорее всего, какой-либо путешественник, который проголодался и хочет погреться.

Он подошел к двери, стал сбоку и взвел курок. Джулиана поднялась на локте, когда в дверях возникла высокая фигура и, вскрикнув, снова опустилась на подушку.

«Сэйт Магрудер! Что он здесь делает?» Она смотрела, как мужчины энергично пожимали друг другу руки, забыв о присутствии Снежной Птицы, внимательно наблюдавшей за ней, и с жадностью продолжала смотреть на человека, которого любила несмотря ни на что.

Гость слабо улыбнулся:

– Ну, приятель, я смотрю, с тебя еще не сняли скальп?

Рос рассмеялся и провел рукой по волосам.

– Как видишь. А ты что тут делаешь? Я слышал, ты уже несколько месяцев в плену у индейцев. Что привело тебя в эти края? Я или красивая молодая женщина?

Сэйт посмотрел в сторону кровати и покраснел. В какое-то мгновение он готов был ударить Роса по смеющемуся лицу.

Хозяин не дождался ответа.

– Ты знаешь, что у меня родился чудесный сын? – снова спросил он.

Охотник, стараясь не выдавать, насколько больно ему это слышать, пробормотал:

– Да, я слышал. В лагере Красного Пера знают все.

Он произнес это ровным голосом, но Рос сразу понял, что это предупреждение. Они подошли к кровати Джулианы, и Рос, ничего не подозревая, представил жену.

– Сэйт, это Джулиана, о которой я тебе столько рассказывал, – он посмотрел на жену, – познакомься, дорогая, Сэйт Магрудер.

Дрожащим от волнения голосом Джулиана произнесла:

– Как ваши дела?

Она затаила дыхание, боясь, что он выдаст их общую тайну.

Гость смотрел на виновницу всех его бессонных ночей и беспокойных дней, на небольшое овальное личико в облаке белых пышных волос. Он едва не опустился перед ней на колени. Какое-то время Сэйт боролся с искушением схватить ее в объятия и исчезнуть из вида.

Но на лице не дрогнул ни один мускул, он тихо ответил.

– Так себе, мэм.

Рос не догадывался об эмоциях, таившихся в глубине души его друга и жены. Он отбросил край одеяла, чтобы показать ребенка, темная головка которого покоилась на согнутой руке женщины.

– Сэйт, наклонись и посмотри на моего сына.

Мужчина окинул взглядом Джулиану с ребенком. Он боролся с желанием объявить, что это его сын, но справился с искушением и заставил себя произнести:

– Чудесный парень, Рос.

– Спасибо, – улыбнулся хозяин и пошел к камину подбросить дров.

На какое-то время они остались с Джулианой наедине в полном молчании, не зная, что сказать друг другу. Оба отлично помнили их последнюю встречу: незаслуженные упреки с одной стороны и протест и слезы – с другой.

Сэйт поднял руку, как будто желая погладить ее по щеке, но тут же раздумал. «Слишком поздно демонстрировать свою любовь. Я сам отказался от своего шанса».

Они очнулись, когда услышали громкий голос Роса.

– Будь спокоен, Сэйт. Спасибо, что дал знать об обстановке в лагере дикарей.

– Я не могу быть у вас долго, – ответил охотник, бросив последний жадный взгляд на Джулиану и сына, – считается, что я ловлю рыбу. Со мной индианка, которая сейчас ждет у реки.

Рос забеспокоился.

– А это разумно, что она знает, куда ты пошел?

Сэйт многозначительно улыбнулся.

– Это меня не волнует. Она понимает, что будет с ней, если попробует открыть свой рот.

«Он говорит о Докси, – Джулиана сглотнула слезы ревности, зная, что задает себе глупый вопрос. – Спит ли он с ней? Конечно, да. Сэйт здоровый, зрелый мужчина». Она наблюдала, как гость сел рядом с мужем, и услышала вопрос Роса.

– Ну, как там дела за рекой? Уверен, что вождь очень расстроен по поводу моей новой жизни.

Охотник протянул ноги к огню и скрестил их. От его мокрых мокасин образовались лужицы.

– Он думает, что ты изменял Зоэ еще когда была жива его дочь, – усмехнулся Сэйт.

Хозяин, глядя на языки пламени в камине, покачал головой.

– Конечно, я никогда не смогу убедить его в обратном. У нее быстро родился ребенок, но он от ее первого мужа.

Сэйт опустил глаза, скрывая затаенное желание сказать правду.

«Неужели они не умеют считать? Самый простой подсчет говорит о том, что ребенок не может принадлежать Тому Рэслеру. Что ж, если сама Джулиана уверена в этом, почему же Рос должен думать иначе?» Он с горечью в душе смотрел на огонь и завидовал слепой вере друга своей молодой жене, ему очень хотелось бы верить ей также несколько месяцев назад.

Рос прервал мысли Сэйта.

– Старый дьявол замышляет что-то против меня?

Охотник предостерегающе кивнул головой в сторону кровати и понизил голос почти до шепота:

– Может, поговорим на улице?

Рос молча кивнул в ответ, и они заговорили о погоде, о том, что есть все признаки ранней зимы.

Немного помолчав, хозяин вполне невинным тоном пригласил Сэйта выйти.

– Пошли, я покажу тебе моего нового жеребца.

Сэйт встал.

– Ну что ж, показывай своего красавца. Мне надоело смотреть на худых, полудиких индейских пони. Я так скучаю по своей лошади… и по собаке. Надеюсь, Бэттл присматривает за ними, – добавил он.

– Думаю, в этом деле на него можно положиться, – ответил Рос, одевая на ходу куртку и направляясь к двери.

Сэйт последовал за ним, но перед выходом обернулся и посмотрел на Джулиану. Сейчас она выглядела также, как в ту ночь, когда он согревал ее своим телом, и он посеял в ней новую жизнь. Глядя на облако светлых волос вокруг милого лица, у Сэйта тоскливо защемило сердце.

Не осмеливаясь подойти ближе, он мрачно сказал:

– Было приятно увидеться с вами…

Джулиана уже не скрывала слез, выступивших на глазах, горло сдавил спазм. Она сама удивлялась, как сможет жить с такой болью в сердце.

Прежде чем выйти за Росом, Сэйт шагнул в сторону пожилой индианки и заговорил с ней на ее родном языке. Та кивнула в ответ головой и что-то ответила ему. Джулиана сразу позвала ее.

– Снежная Птица, что сказал тебе охотник?

Прошло несколько долгих секунд; она внимательно смотрела на горевшее лицо молодой женщины. Джулиана почувствовала себя неудобно под взглядом ее черных проницательных глаз, прежде чем та наконец заговорила:

– Он сказал, чтобы я берегла ребенка. Сказал, что этот мальчик зачат в очень большой любви, что он особенный.

Она удивленно и растерянно смотрела на седую голову индианки.

– Странно как-то он выразился, – задумчиво произнесла женщина.

Снежная Птица встала со своего места и подошла к кровати. Она отбросила одеяло с лица ребенка и долго смотрела на него. Джулиана не понимала, почему она это делает. Затем индианка снова накрыла ребенка, выпрямилась и произнесла:

– Ты знала этого охотника раньше.

Удивленная и застигнутая врасплох Джулиана виновато покраснела. Ее первым желанием было все отвергнуть, но решила, что сейчас это бесполезно. Умные старые глаза видели ее насквозь.

Глубоко вздохнув, она утвердительно кивнула.

– Ты права. Сегодня я видела Сэйта Магрудера не в первый раз. Я познакомилась с ним около года тому назад. Роса тогда еще не знала. – Джулиана подняла глаза на Снежную Птицу, – буду тебе очень благодарна, если Рос не узнает. Это может обидеть его. Я никогда ему об этом не рассказывала. Хотя между мной и охотником ничего такого не было, он может не поверить.

Снова повисло долгое молчание, прежде чем индианка произнесла:

– Все останется при мне, Юли.

Но прежде чем Джулиана позволила себе расслабиться, та вдруг спросила.

– Когда ты познакомилась с Магрудером?

Джулиана пожала плечами.

– Где-то в середине декабря.

Джулиане показалось, что старуха собирается еще что-то добавить, но та только усмехнулась и пошла на свое место к камину. Женщина облегченно вздохнула, не поняв, почему эти простые вопросы смутили ее. Словно за ними что-то таилось. «Я слишком мнительная», – утешила она себя, решив не придавать большого значения любопытству пожилой индианки. Минут через двадцать вернулся Рос.