Разбитое отражение - Николас Дебора - Страница 40

Ну что ж, теперь он знает, зачем Рейчел и Келли приехали в Новый Орлеан. Впрочем, он всегда предполагал, что вряд ли они по простому совпадению обе сразу ввязались в расследование дела о наркотиках.

– Послушай, – сдавленно произнес Дрейк. – Можно, я тебя еще попрошу?

– Валяй.

– Распечатай эту статью, хорошо? И отправь по факсу на имя здешнего шерифа для майора Годшо.

– А ты мне расскажешь, к чему это все, когда закончишь?

– Как обычно. – Правда, обычно он еще пошутил бы на прощание, но сейчас настроения для шуток не было. – Спасибо, Джонни, мне пора бежать.

Он повесил трубку. Рейчел уже ждала, как всегда обхватив себя руками за плечи, и лицо у нее было совершенно убитое – как будто ее предали. Ярость, которую Дрейк тщательно сдерживал во время телефонного разговора, теперь душила его. Почему, почему это она чувствует себя преданной? Это его предали, ему солгали!

– Что вы попросили отправить майору Годшо, Дрейк? – спросила она тихим, тонким голоском.

– Копию газетной статьи о смерти Кармен Брэдли Нельсон в Тускалузе. – Он остановил на ней горящий взгляд. – Думаю, Годшо будет интересно это прочесть. Особенно то место, где говорится, что Кармен Брэдли Нельсон ехала из Нового Орлеана, где совершенно случайно располагается «Хисторик хоумз».

Рейчел застыла, сжав кулаки.

– Вы… вы мерзавец!

– Ай-яй-яй, как нехорошо библиотекарше так выражаться. – Он угрожающе понизил голос. – Впрочем, мне следовало бы знать, что, когда я доберусь до правды, ваша притворная застенчивость пройдет. Теперь я вообще сомневаюсь, работали ли вы когда-нибудь в библиотеке.

– Конечно, работала! – испуганно воскликнула она. – Зачем мне вас обманывать?

– А почему бы нет? Ведь обманули во многом другом.

Она вздрогнула.

– Я не обманывала, я… только утаила от вас часть правды.

– Да, и очень важную часть! Например, тот факт, что ваша сестра была как-то связана с «Хисторик хоумз» и наркотики, вероятно, получала от их клиентов. – Он спокойно разглядывал Рейчел, но внутри у него бушевал ад, и злоба прорывалась в голосе. – Так что же случилось, Рейчел? Ваш отчим оказался в неловком положении, когда выяснилось, что одна из его падчериц спуталась с торговцами дурью? И он послал вас с Келли навести порядок, пока полиции не стало известно слишком много? – Рейчел тихо ахнула, и он, отвернувшись от нее, изо всей силы вмазал кулаком по подоконнику. – Мать вашу, подумать только, как вы успели навредить ходу операции за прошлую неделю…

– Вы – свихнувшийся женоненавистник! – выкрикнула Рейчел. – Как вы только посмели предположить, что я… О, я знала, что вы – самый подозрительный человек на свете, но это уже слишком! – Она подбежала к телефону, сняла трубку и сунула ему под нос. – Теперь я сама хочу, чтобы вы повторили все эти обвинения папе. Ну, давайте! Вы ведь хотели ему звонить. Я вам помогу – продиктую номер. Звоните!

Дрейк сердито смотрел на нее, но трубку не брал, и она швырнула ее на место.

– Дрейк, мне очень жаль, что ваш отец отказался от вас, когда вас арестовали, но это был ваш отец, а не мой. Папа не посылал меня в «Хисторик хоумз» из-за того, что оказался в неловком положении. – Она вся дрожала и тщетно старалась унять дрожь. – Папа умер бы на месте, узнай он, чем я тут занимаюсь. И даже Келли, если вспомните, не хотела, чтобы я принимала в этом участие!

Дрейк безучастно глядел прямо перед собой. Слова Рейчел медленно пробивали окутавший его туман бешенства.

Она схватила его за руку и крепко сжала, царапая ногтями кожу.

– Мою сестру убили! Понимаете, вы, самовлюбленный хам? Она в жизни не прикасалась к наркотикам! В отчете о вскрытии сказано, что в ее желудке обнаружено четыреста миллиграммов чистого кокаина. Чистого, Дрейк! Много ли найдется наркоманов, принимающих чистый кокаин? А ведь у нее при этом не обнаружили никаких следов предыдущей дозы. – Ее голос звенел все сильнее. – Я пошла в «Хисторик хоумз», потому что они – последние, с кем общалась Си Джей перед смертью. А я хочу знать, кто убил мою сестру!

Ее горе мало-помалу доходило до Дрейка, просачивалось в сознание, но он по-прежнему сопротивлялся. На этот раз ей его не одурачить!

– Рейчел, я ведь не тупой. Если бы вашу сестру убили, в полиции сразу завели бы дело и очень скоро вышли бы прямо на «Хисторик хоумз». Вам незачем было приезжать сюда самой.

Рейчел застонала.

– Боже, как это мило! Мне вы не верите, людям тоже не верите, зато верите этой проклятой машине правосудия – той самой, что и вас отправила в тюрьму за преступление, которого вы не совершали!

Он в упор посмотрел ей в лицо.

– Вы хотите сказать, что следствие по делу не велось?

Ее глаза горели лихорадочным огнем.

– Нет. Я хочу сказать, что полиция пришла к неверному выводу, несмотря на очевиднейшие результаты криминологической экспертизы и вскрытия. Как только они узнали о недавнем разводе Си Джей и ее ссоре с папой перед самым отъездом из Квантико… Неужели вы не понимаете, что списать все на самоубийство проще простого? – Она горько усмехнулась. – Они обосновали это тем, что, поскольку кокаин в желудке был усвоен, Си Джей приняла его добровольно.

– Мне это кажется вполне нормальным выводом, – заметил Дрейк.

Рейчел гневно взглянула на него.

– Вы не знали Си Джей. Она никогда бы этого не сделала. – Она тяжко вздохнула, и Дрейк подумал, что Рейчел старается убедить себя в том, что говорит, ничуть не меньше, чем его. – Да и где бы она достала столько кокаина? Вы ведь понимаете, достать чистый кокаин не так-то легко…

– Ну, предположим. А при чем тут «Хисторик хоумз»? – спросил он, проклиная себя за то, что дает ей возможность оправдываться. Надо было бы тащить ее прямо в отделение, к Годшо, и пусть он сам с нею разбирается.

Рейчел сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться, но ее щеки все еще горели от гнева.

– Келли проверила телефонные звонки и обнаружила, что Си Джей, прежде чем уехать из Квантико, несколько раз звонила в «Хисторик хоумз» по межгороду. Тогда Келли тоже туда позвонила, попала на Лолу, а Лола сказала, что ни о какой Си Джей никогда не слышала и не видела такую. Но портье в гостинице, где останавливалась Си Джей, точно помнил, что давал ей адрес «Хисторик хоумз» и объяснял дорогу.

– И тогда вы с Келли собрали чемоданы и приехали сюда искать правду? – Дрейк вспомнил, какой невинный был вид у Рейчел, когда она лгала ему о причинах своего приезда в Новый Орлеан, и что-то сжало ему горло. – Вы пытаетесь убедить меня, что решили участвовать в крайне рискованной секретной операции только из-за того, что вашу сестру, может быть, убили?

Рейчел сжала кулаки. Такой разъяренной Дрейк еще никогда ее не видел.

– Я точно знаю, что ее убили. И я пойду на что угодно, лишь бы найти того, кто ее убил!

От этих слов у Дрейка все внутри перевернулось. Значит, она готова использовать, пожертвовать кем угодно – любой ценой раскрыть убийство сестры.

– Почему же вы не пришли с этим к Годшо?

– Один раз мы уже доверились полиции, и ничего хорошего не вышло. Мы не могли больше рисковать.

– Конечно! Зачем советоваться с профессионалами? – хмыкнул Дрейк, сознавая, что каждое его слово дышит горечью. – Намного полезней просочиться в масштабную секретную операцию и рисковать свести к нулю многомесячную работу. Намного полезней врать тем, от кого что-то зависит, и злоупотреблять их доверием.

– Чьим доверием? Годшо? Да ему абсолютно все равно, что мы делаем, лишь бы помогли ему выйти на Пеннелла. А вы и так не доверяли мне с самой нашей первой встречи. А между тем у вас наверняка есть свои собственные причины, чтобы участвовать в этом расследовании, и ни одной из них вы до сих пор мне не открыли. Так почему же, о всемогущий Дрейк Хантер, это хорошо для вас, но нехорошо для меня?

Дрейк нахмурился, сознавая, что в этом она права.

– Я вам не лгал. Я не притворялся невинной овечкой, не искал вашего сочувствия. Черт возьми, я не использовал свое тело, чтобы наверняка заставить вас действовать в соответствии с моими планами!