Ночь ошибок - Сьюзон Марлен - Страница 15

–  Еезовут Нелл Уэйн.

Такая откровенность произвела на него приятное впечатление. Многие женщины не стали бы рассеивать его заблуждение, позволив ему считать, что их ждет встреча с воздыхателем.

– Завтра вечером вы выходите на сцену?

– Нет, завтра будет «Деревенская девушка», а я в ней не участвую.

– Очень хорошо, значит, вечер у вас свободен, а концерт в Зеленом театре к половине четвертого кончится. После этого мы с вами сразимся в шахматы.

Сначала Деймону показалось, Лили откажется, но в конце концов она сдалась.

– Уговорили. У меня уже давно не было случая сыграть с сильным противником.

Подавив улыбку, вызванную этим непроизвольным комплиментом, Деймон спросил без обиняков:

– Неужели мистер Калхейн отсутствует такдолго?

В глазах Лили мелькнуло раздражение, и она демонстративно посмотрела на дверь.

– Уже поздно. Не могу выразить вам свою благодарность за то, что спасли меня от Брума.

– Вы ошибаетесь. Можете.

Она внутренне напряглась.

– Нет-нет, – рассмеялся Деймон. – Этогоя просить не собираюсь.

Лили залилась краской. Она даже не пыталась отрицать, что его предположение попало в точку.

– У вас сложилось обо мне в корне ошибочное мнение, – с укором произнес он. – Вот и Брум тоже не сразу понял, что к чему.

– О нет, определенно, я ошибалась все же не так сильно, как он!

Лили с радостью засвидетельствовала бы перед кем угодно, что мистер Сент-Клер – действительно очень опасный человек.

– Лили, если вы в самом деле хотите отблагодарить меня, давайте мы вместе присядем, и вы мне честно ответите на два простых вопроса. Согласны?

Нельзя приглашать его садиться. Лили прекрасно это понимала. Надо было бы просить его удалиться сразу же, как только Труда сказала, что Хьюго здесь не было и в помине. И уж теперь-то ей непременно следует настойчиво попросить мистера Сент-Клера уехать.

Но только она не хочет, чтобы он уезжал. Боже, ее тянет к этому мужчине как ни к кому другому. Осознав это, Лили была потрясена до глубины души.

Она провела мистера Сент-Клера к дивану. Тот, учтиво подождав, пока она сядет, сел сам – пожалуй, чуть ближе, чем требовало приличие. Однако молодая женщина не смогла заставить себя отодвинуться.

– Каким будет ваш первый вопрос, мистер Сент-Клер?

Его чувственные губы изогнулись в улыбке, и сердце Лили замерло. Интересно, что чувствуешь, когда тебя целуют эти губы?

– Где мистер Калхейн?

Ей следовало бы догадаться, что он обязательно спросит про ее несуществующего мужа. Что ж, мистер Сент-Клер заслужил искренний ответ, но Лили боялась доверить ему свою тайну.

– Вас это не должно волновать.

– Не должно, – с готовностью согласился он. – Но поскольку сегодня я вынужден был выполнять его обязанности, защищая вас, мне любопытно, почему он оставляет такую очаровательную женщину одну и без защиты.

В Лили проснулись все ее страхи по поводу того, что мистеру Сент-Клеру придется дорого заплатить за взбучку, устроенную сыну лорда Олена, – какой бы заслуженной она ни была. Она встревоженно прикусила губу.

– Я очень боюсь, как бы отец Брума не попытался свести с вами счеты. Это очень могущественный человек, и он может причинить вам массу неприятностей. Почему вы так странно смотрите на меня?

– Просто я не привык к тому, что кто-то обо мне беспокоится. – Однако, похоже, забота Лили его тронула. – Не тревожьтесь напрасно. Как вы уже имели возможность убедиться сегодня вечером, я могу за себя постоять.

– Да, – согласилась Лили, вспомнив, с какой легкостью мистер Сент-Клер разделался с Хьюго Брумом.

– Вы так и не ответили на мой вопрос, – напомнил он. – Где мистер Калхейн?

Лили сдалась:

– Я перед вами в долгу и обязана отвечать искренне, но могу ли я доверить вам тайну?

Деймон накрыл ее руку ладонью.

– Да, – просто сказал он. – Даю вам слово сохранить ее. Итак, где он?

– Его нет.

– Что? В каком смысле? – удивленно переспросил Деймон.

– Мистера Калхейна не существует.

Ошарашенный Деймон указал на тонкое потертое кольцо на безымянном пальце Лили.

– Тогда что это?

– Кольцо моей матери, – призналась молодая женщина.

– Гром и молния, для чего вам понадобилось придумывать несуществующего супруга?

Восхитительный подбородок Лили гордо взмыл вверх.

– Для того, чтобы мне не делали бесчестных предложений.

– И как, помогает?

– О да! – В ее изумрудно-зеленых глазах неожиданно вспыхнули задорные огоньки.

Молодая женщина выглядела так очаровательно, что Деймон, внезапно застигнутый страстью, вынужден был стиснуть подлокотник дивана, чтобы не заключить ее в объятия.

– Видите ли, мистер Калхейн известен своим мастерским обращением со всевозможными видами оружия, да и в кулачном бою ему трудно найти равных, – призналась Лили, и ее глаза зажглись еще ярче. – Я срисовала его портрет со знаменитого лорда Хокхерста.

Деймон расхохотался. Подумать только, он ревновал к самому себе!

Молодая женщина смутилась.

– Будь вы женщиной, – с укором произнесла она, – вам было бы не до смеха.

Ее слова мгновенно его отрезвили. Деймон не мог объяснить причину своего безудержного веселья, не раскрыв, что он и есть лорд Хокхерст, а его уже захватила мысль завоевать сердце Лили, сохранив в тайне свое состояние и титул. В противном случае, он никогда не узнает точно, искренни ли ее чувства.

– Да, полагаю, вы правы, – задумчиво подтвердил Деймон.

Хотя завсегдатаи театральных гримерных ведут себя обычно как подобает джентльменам, лишь очень немногие из них считают актрис заслуживающими уважительного обращения. Чаще они относятся к ним с насмешливой надменной снисходительностью, порой бывают просто грубы.

То, что сам он был исключением из этого правила, являлось одной из причин его успеха среди актрис. Учтивыми манерами и вежливостью Деймон выделялся среди прочих театральных завсегдатаев не меньше, чем своими строгими неброскими нарядами.

И также нельзя забывать, как это верно подметила Лили, что жалованье актрисы зависит от ее популярности. Призывая на помощь вымышленного мужа, ревнивца и дуэлянта, Лили сохраняла со своими поклонниками хорошие отношения, что едва ли удалось бы ей, если бы она отвечала на двусмысленные предложения резким прямым отказом. Придумано отлично!

Лили с любопытством наблюдала за ним из-под полуприкрытых длинных ресниц. Деймону очень нравился этот загадочный взгляд. Ему неудержимо хотелось ее поцеловать, но он понимал, что лучше от этого воздержаться – пока.

Он ограничился лишь тем, что прикоснулся кончиками пальцев к щеке Лили, нежной, словно розовый шелк.

– Не беспокойтесь. Тайне мистера Калхейна ничто не угрожает.

Какое-то мгновение она молча смотрела на него, и в ее глазах он неожиданно увидел отражение своего страстного влечения.

Затем, резко отстранив от своего лица его руку, Лили положила ее ему на колени. Деймон не сопротивлялся, но, когда молодая женщина попыталась отнять свою руку, он решительно накрыл ее ладонью.

– Я еще не задал свой второй вопрос, – напомнил он. – Какого рода ваш интерес к моему кузену?

Деймон почувствовал, что Лили попробовала отдернуть руку, и стиснул ее еще крепче.

– Вы все перепутали, – язвительно заметила она. – Это ваш кузен испытывает ко мне интерес.

Деймон заглянул ей в глаза.

– Вы хотите сказать, что он вам безразличен?

Лили замялась.

– Знаете, Лили, я убежден, что вы не испытываете романтических чувств к моему кузену. Я ошибаюсь?

– Нет, – призналась она.

– В таком случае я снова повторяю, почему вы решительно не дадите ему от ворот поворот? Я ломаю голову, пытаясь понять, какую игру вы ведете.

Лили резко выдернула свою руку.

– Никакую! – с жаром воскликнула она. – Что бы вы обо мне ни думали, мистер Сент-Клер, но у меня нет ни малейшего желания заманивать Эдварда в брачную ловушку. Просто я убедилась, что ваш кузен ужасно упрям.