Ночь ошибок - Сьюзон Марлен - Страница 13

Лили мысленно молила бога, чтобы мистер Сент-Клер прекратил выводить из себя Хьюго, опасаясь, что впоследствии ему придется дорого за это заплатить.

Брум, побагровев от злости, пообещал:

– Когда я расскажу о тебе своему отцу, ты проклянешь этот день!

Глаза Деймона недобро блеснули.

– Передайте своему отцу, что, вместо того чтобы позволять вам свободно разгуливать по Бату, ему следовало бы поместить вас в зверинец в Олен-Холле.

Хьюго поперхнулся от ярости.

– Отец отомстит за мою честь!

– Как он может отомстить за то, чего не существует в природе? – спокойно ответил Деймон.

– Обещаю, что он вызовет тебя на дуэль за нанесенные мне оскорбления и убьет!

– Отлично, если вы настолько глупы, что так в этом уверены, передайте своему отцу, что Деймон Сент-Клер всегда к его услугам. Если ему, как вы в этом уверены, вздумается продолжить этот разговор, я счастлив встретиться с ним, где и когда ему будет угодно. Однако предупреждаю, что прежде я с огромной радостью избавлю мир от такого никчемного негодяя!

С этими словами мистер Сент-Клер удостоил Брума таким убийственным взглядом, что у Лили в жилах застыла кровь. По-видимому, на молодого негодяя этот взгляд произвел такое же действие, ибо тот начал потихоньку отползать к выходу. Деймон выставил ногу, преграждая ему дорогу.

– Сначала, щенок, извинись перед дамой.

– Будь я проклят, если сделаю это! – сверкнул глазами Брум.

– А если ты этого не сделаешь, тебе придется чертовски об этом пожалеть, – тихо заверил его Деймон. – И поторопись. Мое терпение на исходе.

– Прошу прощения, – торопливо пробормотал Брум, избегая встречаться с Лили взглядом.

Схватив Хьюго за галстук, Деймон приподнял его и встряхнул.

– Говори: «Покорнейше прошу вашего прощения, мэм», – наставительно произнес он, отпуская закашлявшего от удушья Хьюго. – И при этом смотри ей в глаза.

Брум, как только к нему вернулась способность говорить, поспешно повторил все, что было ему сказано.

– Хорошо, – удовлетворенно заметил Деймон. – Если я услышу, что ты посмел еще раз приблизиться к этой даме, можешь читать отходную молитву. А теперь, мерзавец, убирайся с глаз моих, пока я не вытер тобою пол.

Брум, с трудом поднявшись на ноги, поторопился ретироваться.

5

Как только молодой негодяй скрылся из виду, Лили обратилась было к мистеру Сент-Клеру со словами благодарности за столь своевременно оказанную помощь, но тот остановил ее, заявив не допускающим возражений тоном:

– Я провожу вас домой.

Лили широко раскрыла глаза от изумления и тотчас же негодующе прищурилась:

– Как бы ни была велика моя признательность, вы сильно ошибаетесь, полагая, что я…

Она умолкла, не докончив фразы.

Сурово сжатые губы мистера Сент-Клера чуть смягчила улыбка.

– Что вы?..

– Вам прекрасно известно, что я имела в виду. Так вот, я на это не соглашусь.

– Просто уму непостижимо, как в наши дни стали выражать свою признательность женщины! – Скорбный тон мистера Сент-Клера никак не соответствовал сверкавшим в его черных глазах озорным искоркам. – Я все же, несмотря ни на что, провожу вас домой, потому что искренне беспокоюсь за вашу безопасность. Сегодня вечером вам следует остерегаться не меня, а Брума. Этот тупоголовый грубиян может, не вняв моим предостережениям, выследить вас. Я же в отличие от него не настаиваю, услышав от женщины ответ «нет».

Лили вынуждена была признать, что он, вероятно, прав. Поскольку у нее не было ни малейшего желания дважды за вечер встречаться с Брумом, предложение мистера Сент-Клера оказалось как нельзя кстати. И вообще было бы просто невежливо отказать ему после того, что он для нее сделал – возможно, ценой крайне опасных для себя последствий. Хотя Брум сполна заслужил доставшуюся ему взбучку, могущественный отец молодого грубияна может доставить благородно вступившемуся за нее мистеру Сент-Клеру массу неприятностей.

Лили приняла предложенную руку, и суровые черты лица Деймона тотчас же смягчились. Он улыбнулся, и молодая женщина, испытав легкое головокружение, на время забыла все невзгоды.

Выходя из театра на Бофор-сквер, Лили с удивлением поймала себя на том, что с нетерпением ждет поездки домой в обществе мистера Сент-Клера.

Его кучер ждал на площади у экипажа. Слуга был без ливреи, и Лили приняла это как еще одно свидетельство того, что мистер Сент-Клер, чего бы ни говорил про него Эдвард, человек с весьма скромными доходами.

Деймон, взяв вожжи, устроился рядом с ней, а кучер вскочил на запятки. Подчиняясь умелому вознице, пара гнедых быстро понесла легкий экипаж прочь от театра.

– Вы поступили очень мужественно, одернув этого наглеца Брума, – сказала Лили. – Молю бога, чтобы его отец не сделал вам за это ничего плохого.

Пытливо заглянув ей в лицо, Деймон беззаботно ответил:

– Олен не такой болван, как его сын.

Лили хотелось в это верить, и все же тревога не оставляла ее:

– Должна предупредить вас, что у Хьюго есть друг по фамилии Ярпол, который тоже очень опасен.

– Ирвин Ярпол?

– Вы с ним знакомы? – удивилась Лили.

– Нам доводилось встречаться. – Губы мистера Сент-Клера тронула загадочная улыбка.

– Я боюсь, как бы эта парочка не вздумала напасть на вас.

– Пусть попробуют, меня это особенно не тревожит. Сказать по правде, мне даже хотелось бы еще раз встретиться с Ярполом.

Лили, восхищенная его бесстрашием, все же не могла отделаться от чувства беспокойства.

Отъехав от Бофор-сквер, мистер Сент-Клер вдруг направил экипаж в темный узкий переулок, уводящий в противоположную сторону от дома, где жила актриса.

– Куда вы меня везете? – встревоженно встрепенулась Лили.

– Как куда – разумеется, я вас похищаю!

– Что? – изумленно вскрикнула она.

Деймон громко рассмеялся.

– Не пугайтесь, я пошутил! Я выбрал эту дорогу для того, чтобы убедиться в том, что Бруму не вздумалось нас преследовать.

Некоторое время ночная тишина нарушалась лишь цоканьем копыт да стуком колес по булыжной мостовой. Лили чувствовала тонкий аромат сандалового дерева, исходивший от мистера Сент-Клера, ощущала силу его мощного тела, находящегося совсем близко на тесной скамейке.

Экипаж сделал крутой поворот. Лили, не удержавшись, подалась на мистера Сент-Клера, а он, не задумываясь, обхватил ее рукой за плечи, и Лили с удивлением почувствовала, как по всему телу медленно разлилась приятная теплота.

Лили давно уже научилась быстро распознавать мужчин, однако в отношении Деймона Сент-Клера она не переставала теряться в догадках. Несомненно одно – он опасен, никогда прежде она не испытывала такого волнения от присутствия мужчины; но больше ничего определенного она сказать не могла.

Все смешалось у нее в голове. Этот человек был для нее загадкой.

– После того что произошло утром, – прямо заявила она, – я никак не ожидала увидеть вас в театре.

– Вы полагаете, я пришел ради вас? – насмешливо спросил он.

Лили сразу же ощетинилась, услышав прозвучавшую в его голосе издевку.

– Я изумлена тем, что вы заставили Брума принести мне извинения, в то время как сами обо мне такого невысокого мнения.

– Честно говоря, я и сам несколько удивлен, – признался мистер Сент-Клер.

И это была истинная правда. Деймон не мог вспомнить, когда в последний раз испытывал ярость, подобную той, что захлестнула его, когда он увидел руки Хьюго Брума на теле Лили. Хотя Хокхерст презирал пьяных мерзавцев, неспособных завоевать женщину умом и вынужденных прибегать к грубой физической силе, гнев, с которым он обрушился на негодяя, выходил далеко за рамки его обычной реакции на подобные вещи.

Молодой распутник с куриными мозгами должен быть рад тому, что еще дышит.

Еще Деймон был приятно удивлен сдержанностью Лили. В данных обстоятельствах было бы простительно, если бы она разрыдалась, впала бы в истерику. Но нет, молодая женщина не проронила ни слезинки.