Леди-судьба - Грейс Сьюзен - Страница 89

Пока Виктория отвлекала Эдварда разговором, Тереза осторожно прокралась к выходу. Виктория сказала, продолжая держать под прицелом своего дядю:

– Не волнуйся, Тереза, очень скоро прибудет подмога. Иди во двор и встречай. Скажешь им, где меня искать.

Тереза проскользнула в коридор и бегом бросилась к парадному входу.

– Прошлой ночью мне приснилось, будто ты стоишь у моей постели и говоришь со мной, – сказал Эдвард своей племяннице. – Не помню твоих слов, но помню голос – теплый, заботливый. Ты называла меня «дорогой дядюшка» и о чем-то расспрашивала меня, да с таким участием! Сон был настолько ярким, что, казалось, стоит мне только протянуть руку, и я смогу дотронуться до тебя.

– Это я с вами говорила, – ответил с постели слабый голос.

Эдвард обернулся и увидел, что Кэтрин проснулась.

– Но почему ты это говорила, ангел мой? Роль, в которой тебе пришлось выдавать себя за мою племянницу, давно доиграна. Зачем же ты разрываешь мое сердце, продолжая называть меня своим дядей?

– Потому что вы и есть ее дядя, – пояснила Виктория. – Позвольте представить вам мою сестру, Кэтрин Элизабет Карлайл. Мы с ней близнецы.

Эдвард недоверчиво покачал головой и двинулся к кровати.

– Не может быть. Ты лжешь, Виктория. Твоя сестра сгорела во время пожара. А это – мой ангел, моя любовь, моя…

– Эдвард, советую вам держаться подальше от Кэтрин, иначе я размозжу вам голову. Без предупреждения.

Эдвард проследил безумным взглядом, как Виктория проделала путь от двери до кровати. Она ни разу не свела с Эдварда глаз, пистолетный ствол не дрогнул. Наконец она смогла подойти к Кэтрин совсем близко и протянуть ей руку. Та в ответ протянула свою, и сестры наконец прикоснулись друг к другу – впервые за восемнадцать долгих лет.

– Жаль, что нам пришлось встретиться при таких обстоятельствах, – слабым голосом сказала Кэтрин.

– Не волнуйся, сестра. Обстоятельства скоро изменятся, а впереди у нас с тобой – вся жизнь.

Эдвард все видел, все слышал – и не верил ничему.

«Это, должно быть, новая игра, – думал он. – Они задумали снова разлучить меня с моей возлюбленной, снова хотят отобрать ее у меня. Но что бы они там ни говорили, я-то знаю, что это Евангелина. Моя дорогая Евангелина. Только моя».

Майлс и Шон направлялись уже к третьему дому на выбранном ими участке, когда из перелеска выскочил Колин верхом на Черном Маге. Майлс сразу понял, что если Виктория отдала Колину своего любимого жеребца, значит, она нашла Кэтрин и у нее не хватило сил расстаться с сестрой.

В последнее время Виктория с каждым днем становилась все больше похожа на Кэтрин, и это озадачивало Майлса. Он начал бояться, что перенятая от сестры храбрость и решительность могут однажды сослужить плохую службу Виктории и ввергнуть ее в серьезную опасность. Ведь Кэтрин, в отличие от Виктории, обладала не только смелостью, но и умением постоять за себя, чего, к сожалению, была лишена ее сестра.

Держа все это в уме, он поспешил к белому дому.

Сестры продолжали разговаривать, а Эдвард, все сильнее возбуждаясь, соображал, как ему обезоружить Викторию. Он заметил валяющуюся на полу голубую ночную рубашку Кэтрин. Эдвард осторожно наклонился и поднял ее. Рука Виктории, уставшая держать оружие, с каждой минутой дрожала все заметнее и заметнее. Эдвард резко швырнул ночную рубашку прямо в лицо Виктории.

Не ожидавшая этого Виктория вздрогнула и непроизвольно нажала на курок. Грохот выстрела прозвучал в ушах Эдварда небесной музыкой. Он не мешкая бросился к кровати и оттолкнул Викторию прочь.

Виктория устояла на ногах и яростно накинулась на Эдварда. Ей пыталась помочь и Кэтрин, но у нее было слишком мало сил. Обхватив Викторию за талию, Эдвард свободной рукой сильно ударил Кэтрин по лицу, и она откинулась на подушки. И тут Эдвард испугался, ему показалось, что он если не убил Кэтрин, то сильно ее ранил.

– Это ты виновата! – яростно закричал Эдвард на Викторию. – Ты заставила меня ударить ее! Зачем ты явилась? Что тебе здесь нужно?

И он стал выталкивать Викторию из спальни.

Та сумела извернуться и изо всех сил ударить Эдварда кулаком по носу. Эдвард покачнулся и, пытаясь сохранить равновесие, опрокинул стол вместе с зажженной свечой, которая откатилась под тяжелые оконные шторы.

Эдвард все-таки выволок Викторию в коридор и выскочил вслед за ней, захлопнув за собою дверь. Он как безумный тащил на себе сопротивлявшуюся Викторию, захлебываясь кровью, хлеставшей из разбитого носа. Добравшись до гостиной, он повалил Викторию на диван и сильно ударил кулаком в челюсть.

– Ты решила погубить меня на пару с моим проклятым братцем, но я не дам тебе этого сделать! Теперь-то я от тебя избавлюсь навсегда! – прорычал он, вцепившись в шею Виктории. Он намеревался задушить ее.

В это время в дом ворвался Майлс и крикнул:

– Отпусти ее, мерзавец! Если хочешь свести счеты, сведи их со мной!

Эдвард отпустил Викторию, обернулся, и тогда Майлс бросился на него. А у Виктории не осталось сил даже на то, чтобы подняться с дивана.

Вскоре вся мебель в гостиной оказалась перевернутой, а лицо Эдварда – совершенно разбитым. Левый глаз совершенно заплыл, было видно, что выбиты зубы, но Майлс, не останавливаясь, продолжал наносить удары – один за другим, и каждый последующий – тяжелее предыдущего. Кулаки его были в крови, но это была кровь Эдварда.

– Предатель! Змея! Подлец! – выкрикивал Майлс, не переставая наносить удары. – Ты убил свою жену и пытался убить Викторию. Ты похитил Кэтрин! Что ты заслужил за это? Только смерть!

Эдвард присел, прикрывая голову руками, и хрипло выкрикнул:

– Ведь ты помолвлен с Викторией, Грейсон! Какое тебе может быть дело до Кэт?

– Мы с Кэтрин любим друг друга, а ты подвергал опасности ее жизнь и жизнь нашего будущего ребенка!

– Ребенка? – ахнул Эдвард, невольно опуская руки. – О каком ребенке ты говоришь, Грейсон?

Прежде чем Майлс успел ответить, в гостиную ворвался клуб дыма и донесся женский крик.

– Боже мой, это Кэтрин!

Майлс ринулся вон из гостиной, но Эдвард схватил стул, ударил им Майлса, сбил его с ног и яростно крикнул:

– Ты не получишь ее, Грейсон! Она моя! Не подходи к ней!

И, забыв про свои увечья, Эдвард бросился спасать Кэтрин.

Виктория попыталась встать, но, едва приподнявшись, рухнула на пол. Теперь и она почувствовала едкий запах дыма.

К дому подскакали остальные. Тереза сказала им, что Майлс, Эдвард и сестры Карлайл находятся в доме. Не теряя ни секунды, Шон, Пэдрик и Джастин ринулись в горящий дом. Джеффри и Колин остались держать лошадей.

В густых клубах дыма Шону удалось рассмотреть высокую фигуру Майлса. Шон подбежал к Майлсу, чтобы помочь выбраться, но тот оттолкнул Шона с криком:

– Оставь меня! Там Эдвард и Кэтрин!

– Давай попробуем снаружи, через окно или заднюю дверь, – сказал Шон.

Пока Шон и Майлс пробирались сквозь дым к выходу, Пэдрик отыскал Викторию, лежащую на полу гостиной. Он подхватил ее на руки, вынес наружу и передал ожидавшему возле дверей Джастину.

Пробившись сквозь дым и языки пламени, заполнившие коридор, Эдвард ворвался в комнату Кэтрин. Она стояла, прижавшись спиной к стене, с ужасом глядя на языки пламени. Увидев Эдварда, Кэтрин сползла на пол и сказала дрожащим голосом:

– Я боюсь огня. Помогите.

Эдвард упал перед ней на колени, обнял руками за плечи.

– Все будет хорошо. Все будет хорошо, ангел мой, клянусь.

– Там все пылает, – сказала Кэтрин, указывая за спину Эдварда. – Нам отсюда не выбраться.

Эдвард сорвал с постели покрывало и погрузил его в ведро с остатками воды. Потом обернул им Кэтрин и отнес к окну. Усадив ее здесь на пол, он сорвал шторы и отбросил их в сторону, схватил туалетный столик и швырнул его в окно.

Звон разбитого стекла заставил Майлса и Шона ринуться к окну спальни. Путь к бегству оставался отрезанным – ведь снаружи окно было оковано прочной железной решеткой. Было ясно, что им не справиться с толстыми прутьями.