Леди-судьба - Грейс Сьюзен - Страница 71

– Да, кстати, сегодня, пока вы с Джастином гуляли, заходил старый Майк, принес твой кулон. Он сделал новую цепочку. Говорит, что она прочнее прежней и теперь уж не порвется. – Шон вытащил из кармана новенькую золотую цепочку с подвешенным на ней золотым кулоном и протянул дочери: – Майк, конечно, долго возился с этим, но все сделал на славу. Ведь он неплохой ювелир.

– Не отвлекай, не отвлекай меня, па. Давай кулон, я его потом посмотрю, когда выиграю эту партию.

Не отрывая глаз от доски, Виктория протянула Шону раскрытую левую ладонь. Внезапно Шон схватил руку дочери и всмотрелся в нее.

– Где он? – зарычал Шон. – Где этот проклятый шрам?

Виктория испуганно отдернула руку, поднесла свою ладонь к глазам, а затем уставилась на золотую цепочку с кулоном. Спустя секунду негромко сказала:

– Это не мой кулон.

– Это не твой кулон, а ты – не моя дочь! – прогремел Шон. – Но тогда кто ты и где в таком случае моя дочь Кэтрин?

Джастин бросился к ним.

– Перестаньте кричать на нее, О'Бэньон, – воскликнул он, опускаясь на колени перед Викторией и с тревогой вглядываясь в ее побледневшее лицо. – О, боже, у нее шок! Что вы сделали с моей женой?

– Это не Кэтрин, – пояснил Шон, указывая пальцем на Викторию. – У моей Кэт всегда был шрам на левой ладони, где он? И потом, когда я отдал ей кулон, она сказала, что это не ее вещь. Где моя дочь? Где моя дочь, я вас спрашиваю?!

– Криком делу не поможешь, – сказал Джастин. – Успокойтесь. А еще лучше, выйдите из комнаты.

Подошедшая Эрин взяла мужа под руку и хотела увести его из гостиной, но Шон яростно сопротивлялся.

– Я не уйду отсюда, пока не получу ответ! – продолжал шуметь он.

– Хорошо, – сдалась Эрин. – Тогда сядь на диван и замолчи. До смерти напугал бедную девочку своим ревом.

Шон, продолжая ворчать, уселся.

Джастин подвинул стул, сел напротив Виктории и спокойным, тихим голосом спросил:

– К тебе вернулась память, верно? – и, увидев, что Виктория утвердительно кивнула, добавил: – Скажи, ты – Кэтрин О'Бэньон?

Она отрицательно покачала головой, продолжая смотреть на кулон, и ответила:

– Нет. Я – леди Виктория Роксанна Карлайл. Мой отец, Джеффри Карлайл, – герцог Четэм.

– Четэм находится очень далеко от того места, где я тебя подобрал. Как ты могла очутиться так далеко от дома?

– Мой отец смертельно рассорился со своим братом, Эдвардом. Дядя совершил что-то ужасное, и отец разоблачил его. Но прежде чем я успела узнать, что именно натворил Эдвард, отца хватил удар, и он едва не умер.

Она замолчала. Джастин схватил ее правую руку и спросил:

– Что было дальше?

– Я обнаружила, что Эдвард продолжает кружить возле отца, и приняла меры к тому, чтобы защитить его. Тогда мне и в голову не приходило, что дядя может поднять руку и на меня.

Виктория закрыла глаза, и слезы покатились по ее лицу.

– Однажды ночью на карету, в которой я ехала, напали двое. Они убили кучера и схватили меня. Они сорвали мой кулон, чтобы предъявить его Эдварду как доказательство моей смерти. Но на самом деле у них были свои планы. Они хотели продать меня в рабство, на Восток, и получить таким образом двойную плату. – Она сильно сжала пальцами руку Джастина. – Они держали меня в какой-то развалюхе неподалеку от Бристоля. Главным был Клайв, грубая и неотесанная скотина. Он мучил меня, бил и морил голодом. Второй, Энди, был гораздо мягче, и мне удалось убедить его, что выгоднее будет вернуть меня отцу и получить от него щедрое вознаграждение. Мы собирались бежать вдвоем с Энди, но Клайв раскрыл наш замысел и едва не убил Энди, а потом прогнал его прочь.

Она сглотнула, и Джастин понял, как трудно ей говорить. Он нежно погладил Викторию по руке и попросил:.

– Рассказывай дальше. Я слушаю. Что было потом?

– Клайв стал избивать меня. Разорвал мое платье… Было так больно… Потом он повалил меня на стол и хотел… – Она опустила голову и тихо продолжила: – Я должна была остановить его. Под собой я нащупала нож и ударила им Клайва в грудь. Потом еще и еще раз, пока тот не свалился на пол. Там все было залито кровью. И я тоже…

Джастин обнял Викторию и прижал к себе. Поверх ее головы он увидел, как Шон утешает свою рыдающую жену.

– Теперь тебе некого бояться, дорогая, – сказал Джастин. – Я с тобой, и никто больше тебя не тронет. Никогда.

– Но я же убила человека, – покачала головой Виктория. – Я за всю свою жизнь никого ни разу не ударила, а тут – убила.

– Мерзавец заслуживал смерти. Очень жаль, что не я сам свернул ему шею. – Джастин повернул к себе голову Виктории и нежно поцеловал ее дрожащие губы. – После того как мы вернемся в Уинделл, нам нужно будет отправиться к твоему отцу. Но первое, что мы сделаем, – это напишем ему письмо. Скажи, может быть, нам нужно еще кого-нибудь известить?

Внезапно Виктория ахнула и отпрянула от Джастина.

– Майлс наверняка тревожится обо мне!

– Майлс? Кто такой этот Майлс? – спросил Джастин. – Твой брат?

– Нет, – ответила Виктория, опустив голову в пол. – Майлс Трелен Грейсон, виконт Райленд, – это мой жених. Вскоре мы должны были пожениться.

– Пожениться? – обомлел Джастин.

– Трелен? – возопил Пэдрик. – Да ведь это владелец «Фоксфайра»! Уж он-то знает, где нам искать Кэтрин и Рори!

Шон, Пэдрик и Колин окружили Викторию и наперебой принялись засыпать ее вопросами. Она рассказала им все, что знала.

– Мы с Майлсом – совладельцы судоходной компании. Наша контора находится в Лондоне. Несколько месяцев тому назад Рори напал на одно из наших судов. Майлс снарядил «Фоксфайр» и отправился в Ирландию на поиски Рори. Больше я об этом ничего не знаю и не смогу вам помочь отыскать Кэтрин и Рори прежде, чем вернусь в Четэм.

– Завтра мы выходим в море, как и договаривались, – решительно сказал Шон, – но меняем курс на Четэм. Пэдрик, отправляйся на судно и займись прокладкой курса. Колин, отправляйся вместе с ним и готовься к отплытию. Я займусь экипажем.

Трое мужчин дружно поднялись и направились к выходу.

Проводив мужа долгим взглядом, Эрин участливо погладила Викторию по плечу и сказала:

– Я чувствовала, что господь неспроста послал тебя в наш дом. Знай, что тебя здесь всегда встретят с радостью и любовью.

– Не похоже, чтобы ваш муж думал так же. По-моему, он очень зол на меня, – грустно заметила Виктория.

– Зол? – улыбнулась Эрин и покачала головой. – Нет, что ты. Шон сердит не на тебя, а на то, что не знает, где ему искать нашу дочь. Впрочем, твои па и ма наверняка сейчас так же сердиты и озабочены.

– Моя мать умерла пять лет тому назад, а жив ли мой отец – неизвестно. Может, вернувшись домой, я узнаю, что осталась круглой сиротой.

Эрин обняла Викторию за плечи и сказала:

– Ты не останешься сиротой, пока мы живы, дорогая. И в пути я тебя одну не оставлю. Я отправлюсь в Англию вместе с вами. Мне кажется, что такова воля божья. Когда пропала наша дочь, он послал нам тебя. Теперь я тебя одну не оставлю.

– А где Джастин? – спросила Виктория, обводя взглядом пустую гостиную. – Не сошел ли он теперь с ума?

– С ума, я думаю, он не сошел. Просто у него шок. И то сказать, не каждый день обнаруживается, что твоя жена, оказывается, помолвлена с другим.

– Или что твоя жена оказалась совсем не той женщиной, за которую ты ее принимал, – вздохнула Виктория.

Спустя несколько минут Виктория вошла в спальню и застала Джастина сидящим в кресле перед камином. Она тихо подошла и встала рядом с мужем.

– Нам нужно поговорить, Джастин.

– Я знаю. Вот видишь, сижу здесь и пытаюсь найти нужные слова. Не представляю, как нам выбраться из создавшегося положения. Ведь я привык всегда держать свое слово.

Виктория вздрогнула и сказала, стараясь сохранять спокойствие:

– Прости, Джастин. Когда ты найдешь свою Кэтрин, я не буду становиться вам поперек дороги. Поскольку я была в беспамятстве, наш брак легко может быть расторгнут. Тогда ты женишься на ней.