Приключения Дук-ду - Путилина Валентина Васильевна - Страница 4

Дукдуша-пловец

Добежал Дук-ду до озера и остановился. Широко озеро Синь. Не перепрыгнешь его, не перелетишь. На том берегу мама. На том берегу доктор Ух Ухич и Школа маленьких бельчат. А Дук-ду на этом берегу. Свернулся калачиком, не дышит. Как от Куницы спастись?

«Надо что-то придумать», — решил Дук-ду. И обеими лапками взялся за голову, чтобы лучше думалось. Но про Куницу не забывал. Прислушивался, не подкрадывается ли она к нему. Нет, не видно её пока, не слышно.

— Знаю, что мне делать! — сказал Дук-ду. Он отыскал кусок берёзовой коры, подтащил к берегу и спустил на воду. Вот и лодка готова. Можно плыть, да страшно…

— А я не боюсь! И всё тут! — крикнул Дук-ду. Прыгнул в лодку и поплыл. А чтобы не замочить хвост, поднял его повыше над водой.

И сразу лодка пошла быстрее.

Мигом Дук-ду причалил к другому берегу. И вовремя. Куница подбежала к озеру. Увидела бельчонка на другом берегу, прыгнула за ним. Потом опомнилась, вернулась на берег.

Дук-ду помахал ей лапкой, крикнул:

— Прощай, Куница! Меня мама ждёт! — и весело рассмеялся.

Возвращение Дук-ду

Тем временем Бельчиха очень горевала о сыне и плакала от горя.

— Бедный мой Дукдуша, — приговаривала она. — Где ты, сынок? Жив ли ты?

Вокруг собрались белки, утешали её и причитали сами:

— Бедный наш Дукдуша. Такой он был хороший. Такой славный. Жалко нам его. Жалко. — Они громко всхлипывали и вытирали слёзы хвостами.

— Жалко Дукдушу, жалко, — слышалось кругом.

— А вот и я! Здравствуйте! — раздался вдруг весёлый голос.

— Ой, это же наш Дукдуша! — обрадовались белки. — Дук-ду нашёлся!

— Сыночек мой! — воскликнула счастливая Бельчиха. — Я так за тебя волновалась!

— А я за тебя, — сказал Дук-ду и прижался к маме. Самой доброй, самой пушистой, самой рыженькой на свете.

Все окружили Дук-ду, стали расспрашивать, где он был, что видел.

Ведь ещё никому из белок не доводилось ездить на машине. И никто из них никогда не бывал там, где живут люди.

— Расскажи нам всё, всё! — просили белки.

И Дук-ду начал рассказывать. Он рассказал, как страшно ему было ехать на машине. Как всё грохотало, звенело и падало на него.

А когда Дук-ду рассказал про Куницу и про то, как он спасался от неё, белки от страха за Дук-ду закрывали глаза лапками и вскрикивали:

— Ой, ой! Чуть-чуть его не схватила Куница!

Дук-ду, слыша, как пугаются белки, даже улыбнулся. Сейчас путешествие уже не казалось ему таким страшным. Ведь он так много увидел!

Дук-ду рассказывал и рассказывал, пока мама не всполошилась. Надо поесть Дукдуше, ведь он голодный. Она дала ему большую еловую шишку и горсточку сухих грибов. Но поесть Дукдуше не удалось.

На поляне появился Дятел, который тоже стал расспрашивать Дук-ду, где он был и что видел. Дятел сказал:

— Я знаю, ты побывал у людей. Ты многое увидел. Ответь мне на такой вопрос: в каких деревьях люди долбят свои дома? И как располагают их: лицом к солнцу или не к солнцу? Нам, дятлам-строителям, очень интересно это знать.

Дук-ду сразу отложил еловую шишку и сухие грибы и объяснил Дятлу, что люди не умеют долбить себе дома в деревьях. Они их ставят прямо на земле. Сверху над домом они строят чердак. Там хорошо, сухо. Можно орехи там складывать и грибы. И лес оттуда виден. Непонятно, отчего только люди не живут на чердаках?

Дук-ду немного подумал, потом воскликнул:

— Догадался, почему они не живут на чердаках! Потому что они не умеют высоко прыгать, как мы. И карабкаться по стенкам не умеют. Вот и живут на земле.

Все слушали и восхищались Дукдушей.

— Какой наблюдательный бельчонок! — не удержался от похвалы Дятел. — Просто поразительно!

— К тому же он храбрый. Ну, просто храбрейший во всём ближнем и дальнем лесу, — вторили ему белки. И в один голос назвали Дук-ду Великим Путешественником.

Проголодавшийся Дук-ду схватился лапками за голову.

— Ой, мамочка, ой! — прошептал он. — У меня голова закружилась.

— Перестаньте хвалить Дукдушу, — попросила умная Бельчиха гостей. — У него голова кружится от ваших похвал. Это опасно очень.

Но Бельчиха зря волновалась. Не от похвал закружилась голова у Дук-ду. Просто ему очень хотелось есть. И когда он сгрыз шишку и поел грибов, ему сразу стало хорошо.

Белки тоже развеселились. Они грызли орехи, пили брусничный сок и снова слушали Дук-ду. Он рассказывал, будто не про себя, а про другого, незнакомого трусливого бельчонка, который перестал бояться.

— Хорошо не бояться! — признался Дук-ду.

— Замечательно! — поддакивали ему белки хором. И на всякий случай осторожно оглядывались: не затаилась ли где в кустах злая Куница. И, не увидев её, ещё радостней заговорили: — Да, да! Хорошо не бояться!

— По себе это знаю, — сказал доктор Ух Ухич, который только что пришёл навестить Дук-ду.

Все почтительно расступились. Пропустили вперёд любимого доктора. А бельчата подкатили к нему самый удобный пенёк. Ух Ухич сел, достал из берестяной сумки свою докторскую трубочку и подозвал Дук-ду.

— Ой, боюсь, — зашептал Дук-ду. — Нет, ой, не боюсь!

И спрятался за маму. Он подумал, что доктор сейчас забарабанит в барабан. А Дук-ду просто не выносил, когда барабанили над самым его ухом.

— Не прячься за маму! — строго сказал Ух Ухич. — Подойди ко мне.

Дук-ду с опаской подошёл к доктору и зажмурился. И хотя он сильно волновался, доктор Ух Ухич остался им доволен.

— Молодец! — похвалил он Дук-ду. — Вот теперь твоё сердце на месте. Там, где ему полагается быть. А не в левой передней лапке.

И доктор пригласил белок послушать, как хорошо бьётся Дукдушино сердце. Оно билось сильно, радостно: тук-тук, тук-тук, тук-тук. Будто выговаривало: «Не боюсь! И всё тут!»

— Постарайся, — сказал доктор Ух Ухич Дукдуше, — чтобы твоё сердце всегда оставалось на месте. И не выскакивало больше в левую лапку. Постараешься? — И он подмигнул ему на этот раз так смешно, будто он сам был каким-нибудь маленьким озорником бельчонком, а не знаменитым лесным доктором Ух Ухичем.

— Постараюсь! Постараюсь, — пообещал Дук-ду. — Я теперь всё время стараюсь.

И он убежал со своими друзьями бельчатами. Ведь он был обыкновенным маленьким бельчонком и прославился нечаянно. Больше всего ему хотелось прыгать и рисовать одуванчики. И совсем не хотелось рассказывать одну и ту же историю о том, где он был и что видел.

Дук-ду и его друзья

Дук-ду проснулся и вспомнил, что они с мамой живут теперь в новом домике. В новом домике было так же уютно, как и в старом. Постелька мягкая, мшистая. Одеяльце тёплое. Кладовушка полна грибов и орехов. Никуда не хотелось Дукдуше выходить из такого хорошенького дома.

Но мама сказала так, как она говорила обычно до Дукдушиного путешествия:

— Пора тебе в школу собираться, сынок. Сбегай умойся свежей водой. Да гимнастику не забудь сделать. А я завтрак приготовлю.

Дукдуша распахнул дверцу домика, крикнул что-то радостное и скатился по дереву прямо к озеру Синь. Он вернулся умытый, весёлый и стал собираться в школу.

Мама ему сказала:

— Все бельчата ходят одни, без своих мам. Ты тоже иди один.

— Ой, — всполошился Дук-ду, — как же без тебя? Боюсь.

Сказал и даже лапкой закрылся. Стыдно стало. Ведь он совсем уже не боялся. Просто ему не хотелось расставаться с мамой. Бельчиха укоризненно посмотрела на сына и переспросила, будто не расслышав: