Что нужно женщине - Линден Кэролайн - Страница 14

– А если я выну из ящиков все эти вещи, то дом станет похожим на музей.

«Он будет похож на дом, в котором я жила в Италии», – подумала Шарлотта, а ей хотелось оставить Италию и все, что с ней связано, в прошлом.

Как ей объяснить, что ничего из вещей, которые находились в этих ящиках, ей не нужно? Более того, Шарлотта не могла сообразить, что со всем этим делать. Прежде всего она не ожидала, что после своей смерти Пьетро оставит ей все эти вещи. Однако в его завещании целый параграф был посвящен тому, что она обязана все это хранить в память о покойном муже и о его любви к ней. Когда адвокат предложил переправить все это на корабле, Шарлотта не посмела воспротивиться. Но если бы с ней рядом не было Лючии, которой пришлось бы давать объяснения, то во время переезда Шарлотта выбросила бы ящики за борт. И она не возражала бы, если бы воры забрали все ящики и коробки до единой. Но они, как выяснилось, приходили только затем, чтобы перевернуть все вверх дном и переполошить весь дом.

– Ну ладно, раз здесь больше нечего делать, я пойду спать, – со вздохом сказала она. – Увидимся завтра утром.

– Просто в голове не укладывается, как ты можешь сейчас спать? – недоумевала Лючия, выходя вместе с Шарлоттой из разоренной комнаты.

Шарлотта поднялась на верхний этаж, чтобы проверить, все ли в порядке у Сьюзен. Девушка спала, свернувшись в клубочек, как делала, когда была маленькой. И сейчас, глядя на спавшую племянницу, Шарлотта не могла избавиться от тягостного ощущения, что из нее вышла плохая опекунша. Да, плохая, раз допустила, что Сьюзен влюбилась в бессовестного охотника за богатым приданым, а их дом подвергся нападению грабителя. Впервые за все время Шарлотта всерьез задумалась: а не набраться ли храбрости и не вернуться ли обратно в Лондон? Ради Сьюзен она готова была даже на это. До сих пор Шарлотта откладывала эту поездку, говоря себе, что нужно подождать, пока Сьюзен не станет постарше, чтобы начать вывозить ее в свет. Но возможно, она ошибалась, откладывая поездку в Лондон. Поправив одеяло на спавшей племяннице, она направилась и свою спальню.

Огонь в камине едва теплился, потому что служанки сейчас боялись ходить по дому и не выполняли своих обязанностей, Шарлотта вздохнула, и, взяв кочергу, разгребла угли. Затем зажгла свечу. Поставив свечу на туалетный столик, она начала снимать с себя драгоценности. Внезапно взгляд ее упал на кровать, и она в ужасе замерла.

Кто-то побывал на ее кровати! Постель была смята – это было заметно. А горничная никогда бы не оставила постель в таком виде. У Шарлотты по спине мурашки пробежали, когда она представила в своей спальне незнакомца, да еще – в ее собственной постели. Дрожа, она подошла к кровати и сдернула одеяла. Проверила подушки и подняла перину.

У нее подкосились ноги, и она со стоном рухнула на постель. Шарлотта впервые обнаружила неоспоримые свидетельства того, что взломщик побывал и на втором этаже, нарушив уединение ее личной обители. Это открытие потрясло женщину до глубины души. Она осознала, что относилась слишком легкомысленно к этим тайным проникновениям в свой дом, потому что при этом ничего не пропадало, а зачастую почти ничто не свидетельствовало о том, что вторжение действительно имело место, а не являлось плодом воображения. Шарлотта привыкла относиться к этому как к досадным, но пустяковым неприятностям.

Она поднялась на ноги и начала методично осматривать спальню, внимательно приглядываясь, нет ли вокруг чего-нибудь странного. Скоро Шарлотта поняла, что вор рылся в ворохе ее одежды, хотя на первый взгляд ничего не пропало. Перед суматохой горничная не успела убрать белье после стирки и починки, и все нижнее белье Шарлотты лежало на кресле и на стульях вместе с другой одеждой. Шарлотта твердо решила на следующее утро первым делом выбросить все белье и купить себе новое. Она представить не могла, как можно надевать эти вещи после того, как к ним прикасался какой-то ужасный субъект.

В конце концов она обнаружила единственную вещицу, пропажу, но это даже немного успокоило ее. Из ее шкатулки с драгоценностями бесследно исчезло изумрудное колье, довольно дорогое, но только одно. Возможно, они имеют дело всего лишь с мелким воришкой. Только на этот раз он решил подняться на второй этаж. Шарлотта надеялась, что эти ее подозрения подтвердятся, потому что не могла свыкнуться с мыслью, что незваный гость постоянно бродил по всему дому. Как она ни любила свои драгоценности, с потерей одной лишь вещицы вполне можно было смириться, потому что взамен она купит новое колье. Возможно, грабитель получил то, чего хотел, и, следовательно, он больше не придет.

Шарлотта привела в порядок свою постель, встряхнув каждую постельную принадлежность по отдельности, чтобы избавиться от следов прикосновений грабителя. Она долго не могла заснуть, а когда наконец сон сомкнул ее усталые веки, ей приснилось, что она когда-нибудь отомстит человеку, нагло вторгшемуся в ее жилище.

Утром Шарлотта сочла разумным скрыть свои тревоги от Сьюзен. Когда ее племянница спустилась к завтраку, Шарлотта ласково ей улыбнулась. Она решила вести себя так, словно не было повода для беспокойства. Решила, что займется поисками наглого грабителя.

– Доброе утро, Сьюзен.

– Доброе утро, тетя Шарлотта. – Сьюзен неуверенно улыбнулась ей в ответ.

За последние несколько дней это было ее первое дружеское приветствие, и у Шарлотты отлегло от сердца. Когда ее брат Джордж доверил ей право быть опекуншей его дочери в случае его смерти, Шарлотта втайне лелеяла надежду, что найдет в Сьюзен дорогую подругу – нечто среднее между младшей сестренкой, о которой она всегда мечтала, и дочерью, которой у нее никогда не было. Когда она покинула Англию, Сьюзен была совсем малышкой, но Шарлотта всегда вспоминала о ней с огромной нежностью.

– Дорогая, давай отправимся сегодня за покупками. Мне нужно кое-что присмотреть для себя. – Сегодня утром Шарлотта дала горничной распоряжение избавиться от нижнего белья. Она оставила себе только те вещи, которые были на ней накануне. – Знаешь, Сьюзен, я думала насчет того желтого муслинового платья, которое тебе понравилось, – добавила она, стараясь говорить непринужденно. – Может быть, нам стоит еще раз на него взглянуть?

Сьюзен подняла на тетю глаза, полные удивления.

– Правда? Но ты… ты же сказала, что оно чересчур смелое для девушки моего возраста.

– Ну, я передумала. Так как же?

Сьюзен кивнула и просияла. У Шарлотты отлегло от сердца. Может быть, она и впрямь была слишком строга с девушкой? На ее собственный вкус желтое платье выглядело немного провинциальным, но Сьюзен уже была взрослой и имела право сама выбирать себе одежду и развивать свое собственное чувство стиля. Итак, ей нужно купить платье, разумеется, и туфли в тон, а также, возможно, новую шляпку и перчатки.

– Извините, миледи. – В комнату вошел дворецкий. – Том нашел в саду вот это. – Он протянул хозяйке какую-то флягу.

Шарлотта взяла флягу, и брови ее поползли вверх. Это была довольно дорогая серебряная фляга, какие обычно носят джентльмены.

– Где ее нашли, Данстан?

Тот деликатно откашлялся.

– В кустах жимолости, миледи. Возле комнаты для занятий музыкой.

Шарлотта с изумлением разглядывала флягу. Это была не ее вещь, и, следовательно, она скорее всего принадлежит грабителю. Что?.. Грабитель—джентльмен?

Сьюзен ахнула и уронила серебряную ложечку. Она побледнела и уставилась на флягу широко раскрытыми глазами.

– Она была… Она была там, где пробегал грабитель? – пролепетала девушка.

Шарлотта положила флягу себе на колени.

– Не волнуйся, дорогая. Он больше не вернется. – Она кивнула дворецкому, и тот молча удалился.

– Нет-нет, я о другом. – Сьюзен облизала пересохшие губы. – Можно мне взглянуть на нее?

Шарлотта замялась.

– Что ж, пожалуйста.

Сьюзен словно бы была не в себе. Тетя неохотно протянула ей флягу. Сьюзен тут же вырвала ее из рук Шарлотты, перевернула и еще раз тихонько ахнула. Затем обернула флягу салфеткой и вскочила на ноги.