Маска бога - Ходжилл Пэт - Страница 95

— Почему… ты набросилась на него?

— Я не владела собой. Он был слишком близко.

— Хм, — хмыкнула Кирен. — Напомни мне держаться поодаль. И тем не менее это дыхание двара.

Да, глубокое и медленное — шанир спал. Трое! Она же предупреждала Киндри, что в следующий раз может проломить им стену, что и произошло: она толкнула его в целительные объятия образа его души.

И тут девушка вспомнила:

— Кто-то звал Норф?

Ответа не было, но все вдруг осознали приближающийся снаружи шум явных беспорядков. В окне мелькали дерущиеся фигуры. Дверь распахнулась, и в кузню втолкнули человека с заткнутым кляпом ртом — он чуть не свалился всем на головы. Это была Железный Шип.

— Хвала предкам, — выдохнула Джейм.

Кендар, шатаясь, поднялась. Из-под кляпа рвались приглушенные звуки, но девушка не делала попыток вытащить тряпку, хотя руки ее были свободны. Из ноздрей выпархивали сказочными птичками белые, слабо светящиеся облачка дыхания. Глаза Шип остались плотно зажмуренными. Понятия не имея о вопросительных взглядах присутствующих, кендар, прихрамывая, пересекла комнату и привалилась к дальней стене. Скользнувшая следом Зола быстро извлекла кляп изо рта девушки.

— …Норф! — тут же закричала та. — Норф! — И так снова и снова.

Ее голос, казалось, приходит откуда-то издалека. Тон, однако, был столь же непреодолим, как и у того оклика, что настиг Джейм в глубине двара. В нем не было страха, одна лишь мрачная, непоколебимая целеустремленность во что бы то ни стало добиться ответа.

Старый шаман на площади сердито проорал что-то из своего угла.

— Если она не заткнется, — перевел Индекс, — они ее убьют.

Джейм схватила руку Шип, которой та пыталась что-то нащупать перед собой:

— Кадет, остановись. Я Норф!

Шип замолкла, по-петушиному вздернув голову, прислушиваясь.

— Леди? — сказала она все тем же далеким голосом. Ее светящееся дыхание щипало лицо Джейм. — Где ты?

— В Киторне. Как и ты. Ну же, посмотри на меня!

Кендар осторожно подняла веки. Глазницы наполнял мерцающий туман, он разлился по лицу, повторив очертаниями высокие крепкие скулы.

— Я вижу только предвестья, — напряженно произнесла девушка, на этот раз чуть громче. — Оттуда звал меня Верховный Лорд, но я потерялась. И он тоже.

Джейм глухо вскрикнула, невольно сжав руку. Пальцы Шип сомкнулись вокруг ее ладони.

— Я чувствую… что-то.

Она чуть не переломала Джейм все кости. Зато голос ее теперь исходил будто бы из соседней комнаты, а не летел через целое поле.

— Продолжай звать! — сказала Кирен.

— Нет. Если мой брат тоже заблудился в тумане, ему нужна помощь. Проводник. Железный Шип, ты помнишь, как твоя мать вернулась из-под песка, чтобы перевести Тори через Сухое Соленое море?

Темное лицо кендара застыло.

— Это сказка. Лихорадочный кошмар. Подачка сироте.

— Может, да, а может, и нет. Вчера, когда Соленое море вернулось, я чуть не утонула в нем, и… думаю, Роза спасла и меня. Я была не права, не рассказав тебе раньше, но я была напугана и неуверенна.

Лицо Шип никогда не предназначалось для демонстрации эмоций, что бы она ни чувствовала.

— Чего ты от меня хочешь? — грубо спросила она наконец почти своим обычным голосом.

— Ты не отправишься обратно в предвестья на поиски Тори! Нет, не двигайся. — Она удержала намеревавшуюся встать девушку там, где она сидела, — у западной стены, рядом с Киндри и все еще дремлющим Журом, и сама опустилась перед ней на колени. — Просто думай, что ты делаешь это. Сенета работает, если его прокрутить в мозгу, может, получится и тут. Попытайся, ладно?

Шип снова зажмурилась, как ребенок, страшащийся увидеть что-то. Да, она боялась, Джейм чувствовала это через пожатие. Никогда прежде кадета не просили совершить что-то столь тесно связанное с верой, и просила девчонка, о которой она наверняка думала как о наполовину безумной, из Дома, которому кендар только-только начала доверять. Но вот она коротко кивнула и снова начала звать: «Норф, Ноо-ррф!» — каждый крик тише предыдущего, словно Шип решительно уходила обратно в туман и тот окутывал ее.

Кирен содрогнулась:

— Я бы не решилась на такое, даже зная, что меня держит якорь. Ради бога, не отпускай ее! — Она все время украдкой пристально поглядывала на Джейм и вдруг сказала: — Прости мою невежливость, но я должна знать: не соблаговолишь ли ты снять маску? Пожалуйста.

Но Кири же только что видела ее лицо, когда этим пришлось пресечь приступ берсерка в летописице. Не слишком приятное зрелище, чтобы любоваться им повторно…

И тут Джейм вспомнила. Киндри был в убежище ее души.

Не смея думать, а тем более надеяться, она нащупала маску свободной рукой. Ткань легко подалась. Джейм вдохнула поглубже и повернулась к Кирен.

Яран критически осмотрела ее:

— Еще пара минут не помешала бы. Но и так неплохо. Нет, совсем неплохо!

Джейм прикоснулась к своей щеке. Ученичество у лучшего вора Тай-Тестигона подарило ее пальцам сверхъестественную чувствительность — даже невзирая на перчатки. Как сказала Кирен, еще бы несколько секунд, зов Шип оборвал сон. Шрам остался. Но он был так тонок, что и Джейм едва ощущала его. Киндри отлично проделал свою работу: она больше не изуродована.

Снаружи кто-то тревожно закричал, Индекс вторил ему. Кирен поспешно присоединилась к старику, приплясывающему у переднего окна, Зола отстала всего на шаг. По их ошеломленным лицам запрыгали красные отсветы.

— Ох! — только и выдавила Кирен.

Джейм попыталась подняться, но не смогла разорвать хватки Шип.

— Что там? — окликнула она наблюдающих.

— Вспыхнули сорняки, пробивавшиеся между камней внутреннего двора. Осторожней! — Кирен отдернула Индекса — пламя, взобравшееся на стену по мху и плющу, лизнуло оконную раму. Сухая трава мгновенно превратилась в пепел — огонь не успел проникнуть внутрь помещения.

Снаружи снова загремел голос Сынка.

— Ух! — воскликнул Индекс. — Этот идиот ведет себя так, будто никогда прежде не видел церемонии очищения. Он заявляет, что огонь показывает неодобрение Сгоревшего Человека. Вождь не пришел, говорит он, а кто-то должен представлять сегодня Сгоревшего, или все Заречье разлетится на куски. Догадайтесь, кто доброволец.

— Может, у него и есть основания, — заметила Кирен. — Они слишком много взяли на себя, потревожив скрытые силы. Интересно, где же этот их ненаглядный вождь?

— Четыре дня назад, — медленно произнесла Джейм, — он был возле Фалькира, раскладывал ритуальный костер. А потом отправился на юг.

— Не будь дурой, — фыркнул Индекс. — Я же тебе говорил: тупой фигляр ушел размечать границы мерикитов к Кануну Лета…

— Вниз по Серебряной, — закончила за него Джейм, разум ее наконец-то полностью проснулся. — Он готовится потребовать назад все Заречье.

Индекс и Кирен уставились на нее.

— Невозможно! — хором выпалили они. — Лорды… жрецы!.. Они никогда бы не позволили…

— Лорды отсутствовали всю зиму, — ответила Джейм. — Не было почти никого из Кенцирата. Вы и не представляете, насколько пустой и неестественной стала долина. И жрецы были заняты… кое-чем другим. Сейчас они едва тянут энергию, которая требуется для поддержки контакта с храмами. План мерикитов всего лишь еще один логический шаг вперед. У них наверняка не было такой удобной возможности стой поры, как они закрыли северные холмы восемьдесят лет назад. Как они это сделали, Индекс?

— О бог, — старик не отрывал от нее глаз. — Кострами с костями.

«Надо было тщательнее подходить к задаче», — подумала Джейм. В конце концов, она же здесь, и остальные тоже. Во время путешествий по Заречью она не раз натыкалась на территории, в которых, как в Безвластиях, природные силы были так сильны, что могли бы буквально проглотить неосмотрительного кенцира заживо. Эти холмы вряд ли столь же ненасытны, но девушка сомневалась, будет ли еще когда-либо ее народ снова жить здесь. А сейчас то же самое может случиться и с остальным Заречьем. Какая ирония — целый Кенцират так близок к тому, чтобы лишиться крыши и корней, а ведь ее саму заставили почувствовать себя именно такой.