Круг Девятирога - Городов Владимир - Страница 19

– Да хранят вас Оба… – пробормотал я приветствие и, гремя железом, без сил опустился на пол. Тотчас двое мужчин бросились ко мне и помогли добраться до топчана. Лишь только моя голова коснулась его жёсткой поверхности, я тут же провалился в глубокое беспамятство.

Тюрьма в Суонаре, 20 кумината 8855 года

Очнувшись, я ещё некоторое время продолжал неподвижно лежать с закрытыми глазами: действие наркотика кончилось, но ощущения после него остались самые пакостные.

– Всё ещё спит, – раздался женский голос. – Уже двое суток…

– Пускай поспит, – произнёс один из мужчин. – Видимо, ему здорово досталось, якорь им под ребро.

– Так ведь времени почти не осталось! Представляешь, что будет, если его разбудят перед самой охотой? Надо его хоть немного подготовить.

Я с трудом пошевелился и попросил: «Пить!» С губ сорвалось только «п-ть!», но меня поняли и поднесли деревянную кружку. Я сел, с жадностью выпил почти всю отдающую затхлостью воду. Немного оставшейся в кружке воды я плеснул на ладонь и протёр лицо. Чуть-чуть, самую малость, но всё же полегчало.

Пятеро обитателей камеры стояли, глядя на меня. Шестой, мужчина лет тридцати пяти, смуглый, похожий на цыгана из-за чёрных с проседью кудрявых волос, сидел рядом.

– Ты меня слышишь? Понимаешь? – спросил он. Я что-то промычал, кивнул головой, и он продолжил. – Соберись и постарайся вникнуть в то, что я тебе скажу.

– Мне… немного тяжело, – произнёс я, – но понимать… я понимаю… всё.

– Вот и чудно! – оживился тот. – Клянусь всеми рифами Полуночного моря, ты должен хоть немного представлять, что нас ожидает. Но сначала давай познакомимся. Меня зовут Рани из Отонара. – Он выставил перед собой ладонь, и я вяло хлопнул по ней в знак знакомства. Потом Рани представил мне остальных: – Авер из Нитуга, Марк из Амиса, Ил из Мойилета, Ос из Тонида и А-Ту.

– Ланс… из Икорики…

Авер – невысокий крепыш лет тридцати, несколько сутуловатый, как боксёр на ринге, с подозрительным прищуром оглядывал меня исподлобья. Марк выглядел моложе и напоминал мне аристократа-спортсмена: высокий, подтянутый, с гордой осанкой. Обе девушки выглядели лет на двадцать пять, не больше. На этом их сходство заканчивалось. Ос – высокая и, как я для себя определяю, «тугая» – плотная, но не толстая фигура, кровь с молоком. Её волосы отливали всеми цветами меди. Ил же, напротив, – невысокая, тоненькая и гибкая брюнетка. А-Ту – коренастое, широкоплечее и, как все бепо, абсолютно лысое – несмотря на то что обстоятельства поставили его в равное со всеми положение, предпочитало скромно держаться в стороне и очень смутилось, когда ему пришлось так же, как и другим, выставить ладонь для знакомства.

– А тот?.. – Я не договорил вопроса.

– Которого тобой заменили? – понял Рани. – Его звали Илло. Жаль его, две дюжины морских тарков! Старый, измученный жизнью человек, попавший сюда по недоразумению. Думаю, что Оба уже указали ему Светлый Путь. Впрочем, он был обречён, потому что умер задолго до смерти: в тот момент, когда узнал об императорской охоте и своей роли в ней.

– Говоришь, он попал сюда по недоразумению? Значит, все остальные…

– О да, клянусь усами Морского Владыки! У каждого из нас своя любопытная история, на каждого из нас император обижен. Вот например, я – капитан Рани Буря Мала. Что, не слышал? И про мой капер «Летящая Рыбина» не слышал? Странно… Я думал, все знают.

– Слишком уж ты высоко о себе думаешь! Расскажешь о своих похождениях после охоты, если жив останешься, – встрял Авер.

Рани сверкнул на него глазами, но ничего не ответил и продолжил:

– Так вот: скоро за нами придут эти киты-недомерки, охранники, и поведут на охоту, где дичью будем мы, а охотниками – семь императорских атак-редеров, это его главные военачальники, по гнилой медузе им в оба глаза. Они должны подтвердить свою «доблесть»: принести к подножию трона по голове одного из нас. Разумеется, буря мала, все они Мечпредержащие. А кроме Меча у них будут дальнобои. Нам же для защиты дадут скорострелы (мы потом по быстренькому научим тебя, как с ними обращаться), но заряды в них не боевые, они стреляют краской. Если обляпать ею атак-редера, он, по правилам, выбывает из охоты. Кроме этого, есть ещё две возможности выжить: либо добраться до Башни Спасения, либо продержаться в живых более семи дней. Так что, киши морская нечисть, шансы есть. Правда, у тебя их меньше, чем у нас. Нас, по крайней мере, целый месяц обучали владению скорострелом и приёмам ведения боя в условиях пересечённой местности…

– А потом?.. – Я хотел спросить об этом чуть пораньше, но заторможенность ещё не прошла.

– Что потом? – не понял Рани.

– Ну дойдёшь ты… до башни… или продержишься. А потом? Тебя отпустят?

– Э-э… Разбери меня морская болезнь! Как-то я… Думаю…

– Отпустят, – спокойно сказала Ос. – Слово императора нерушимо – на то он и император. У нас в Тониде живёт старый Олио, бывший привольный. Он уже надоел всем посетителям отцовского кабака рассказами о том, как добрался до Башни Спасения и был помилован.

В этот момент загремели засовы. Все настороженно оглянулись на дверь, ожидая увидеть конвой, который поведёт нас на охоту. Но пока это только лишь принесли еду, невкусную, но сытную: каша из какого-то местного злака с большими кусками варёного мяса. Все разобрали миски и расселись по нарам. Видимо, до этого здесь кормили не так обильно, потому что арестанты поглощали варево с повышенной скоростью.

– Ты ешь, ешь! – пододвинул мне миску Марк. – Когда ещё перекусить удастся?

Но я, хотя и понимал, что подкрепиться необходимо, всё же не мог заставить себя это сделать – до того мне было плохо.

– Не могу, – покачал я головой. – Поделите это между собой.

– Думаю, нам стоит договориться, как мы будем действовать, – проговорил Рани сквозь набитый рот.

– А чего тут договариваться! Каждый сам за себя, – пробурчал Авер, косясь на женщин и бепо. – В одиночку и спрятаться, и до Башни Спасения дойти легче, и в обузу никто не будет.

– Чушь! – возразил Рани. – Вместе и действовать легче, и стрельбой из нескольких скорострелов проще поразить атак-редера.

– Ага! – со злой иронией сказал Авер. – И ты думаешь, что он сразу же ляжет на земельку, сложит ручки на груди и скажет: «Ах, ах, я убит, я больше не играю!»? Он же, измазанный, своей должности лишится! Он от злости тут же всех перестреляет! Нет уж, вы как хотите, а я – один.

Плато Синих Псов, 20 кумината 8855 года

Клеть большого грузового лифта долго и нехотя поднималась вверх по высеченной внутри скалы шахте. Наконец она остановилась, и нас, всех закованных в ручные кандалы, вывели на высотную площадку, с которой на многие километры открывался вид на обширнейшее плато Синих Псов, которому вскоре предстояло стать кровавой ареной императорской охоты. Вся его поверхность пересекалась многочисленными щелями-траншеями, будто на ровную поверхность упал и рассыпался гигантский пласт штукатурки, самый маленький «кусочек» которого достигал высоты не менее четырёх метров. Вся эта россыпь, образуя неимоверно запутанный лабиринт, тянулась до самого горизонта, туда, где еле просматривался горный хребет, чуть видимый сквозь красноватую дымку: близился час заката, и лучи солнца, пробивающиеся сквозь облака, окрашивали всё окружающее в багровые тона. За нашими спинами раскинулся огромный каньон, своею формой похожий на след от гигантского, километров десяти в диаметре, копыта. Долина каньона зеленела аккуратными полями и фруктовыми рощами, среди которых местами располагались какие-то строения. Сам Суонар виднелся в центре, но из-за дальности расстояния рассмотреть что-либо не представлялось возможным. Красоту пейзажа портили только дюжина автоматчиков да здоровенный бугай в мелком чине полудюженника, который, заложив руки за спину, прогуливался перед нашим строем, надменно выцеживая из себя последние инструкции:

– Сейчас мы покажем вас, вонючих козлов, великому императору и его славным атак-редерам. Потом вы получите защитные кирасы, сухой паёк на семь суток, фляжки с водой и карты местности, на которых отмечены место складирования скорострелов и маршрут до Башни Спасения. В последний раз повторяю: спасти свои трусливые шкуры вы, вонючие козлы, можете тремя способами: первый – добраться до Башни Спасения, второй – продержаться в живых более семи суток, и третий, самый маловероятный для таких вонючих козлов, способ – обстрелять краской всех атак-редеров. Охота начинается завтра на рассвете, к тому времени постарайтесь унести свои задницы как можно дальше. Вопросы? Нет и быть не может! Налев-во!