Возвращение в Чарлстон - Риплей Александра - Страница 78

Лори повесила переговорную трубку на крючок, повернулась на сиденье и пристально поглядела Гарден в лицо.

– Тебе страшно, так ведь? Можешь не отвечать, я сама понимаю, каково тебе сейчас. Нью-Йорк – это особый мир со своими законами. Я хочу сказать тебе кое-что, чисто между нами, Гарден, и надеюсь, ты не обидишься. Скай от тебя без ума; сейчас он полагает, что ты само совершенство. Но дело в том, что он не будет думать так вечно, если ты не приложишь усилий и слегка не изменишься. Он привык к определенному образу жизни и определенным людям, которые живут так же, как он. В один прекрасный день он заметит, что выглядишь ты иначе, чем его друзья, и ведешь себя не так, как они, и он уже не будет считать тебя совершенством. Ты станешь ему в тягость. Понимаешь, что я хочу сказать? Гарден стиснула руки:

– Да. Меня это тревожит с той самой минуты, как мы вчера сюда приехали. Я стараюсь, но меня пугает, что стольким вещам нужно научиться.

– Ты мне нравишься, Гарден; я бы хотела тебе помочь.

– Я тебе так благодарна, Лори.

– Не за что, детка. Вот, смотри, мы приехали. «Лорд и Тейлор». Иди за мной, я тут все знаю лучше, чем в собственной гостиной.

Лори усадила Гарден в удобное кресло в отделе обуви, сказала продавцу, что Гарден желает посмотреть все, что есть синего ее размера, затем прошептала ей на ухо:

– Мне нужно зайти в дамскую комнату, через минуту вернусь.

У ведущей в дамскую комнату двери Лори зашла в телефонную будку.

– Мисс Пиерс, говорит Лори Паттерсон. Могу ли я поговорить с принчипессой?.. Здравствуйте, княгиня. Да, я сейчас с ней… Да, это будет легко. Потребуется некоторое время, но в принципе нетрудно… Спасибо, принчипесса. До свидания.

Лори прижалась щекой к двери будки.

– Какого черта я так низко пала? – спросила она у молчавшего аппарата.

55

Подкрасившись в дамской комнате, Лори зашла в служебное помещение. Когда она вернулась в обувной отдел, ее сопровождал джентльмен в жемчужно-сером сюртуке и полосатых брюках.

На лице у Гарден она прочла, что та растерялась так же сильно, как при виде меню в ресторане.

– Лори, – сказала Гарден, – я и подумать не могла, что бывает столько разных туфель. Я не знаю, какие мне больше нравятся.

Лори окинула происходящее цепким взглядом. Щеки у Гарден горели. Она была так свежа и так хороша собой, что даже сотрудники магазина не могли отвести от нее глаз. К продавцу обувного отдела подошли двое других. Вид у них был такой, словно все трое охотно легли бы на пол, чтобы Гарден прошлась по ним в любой паре из раскиданных вокруг туфель или во всех парах по очереди. Ее непосредственность, ее наивный восторг и растерянность покорили сердца этих видавших виды жителей Нью-Йорка. Лори почувствовала, что и у нее к сердцу подкатила теплая волна. Как легко порадовать эту очаровательную девочку и как она за все благодарна!

– Послушай, Гарден, но ведь какие-нибудь три-четыре пары должны тебе нравиться больше всех, – сказала Лори. – Покажи мне их, пожалуйста. – Она обернулась к сопровождавшему ее джентльмену. – Пожалуйста, пошлите за чулками и сумочками, – негромко сказала она. Потом уселась возле Гарден. – Примерь их и отойди на середину ковра, чтобы я могла посмотреть.

Через час, когда Лори и Гарден уходили из магазина, их сопровождал мальчик с шестью связанными вместе коробками, а также джентльмен, открывший им счет. В главном зале, уже у самого выхода, Гарден резко остановилась.

– Прости меня, – сказала она налетевшей на нее Лори. – Я просто увидела то, что мне ужасно захотелось купить. – Гарден посмотрела на свой эскорт и застенчиво улыбнулась: – Простите, мистер Андерс, могу я попросить у вас еще одну вещь? Если хотите, я возьму ее взамен одной пары туфель.

Мистер Андерс уверил ее, что все в магазине к ее услугам. Гарден поблагодарила его очень пылко.

– Я имею в виду книгу, – объяснила она. – Вон ту книгу о Гималаях.

– Это для Ская? – спросила Лори. Гарден кивнула.

– Тогда она нам нужна в подарочной упаковке. Мистер Андерс, надеюсь, вы распорядитесь, чтобы ее отнесли в машину миссис Харрис? – И она легонько подтолкнула Гарден, чтобы та побыстрее шла через толпу любопытных из книжного отдела.

У выхода на Пятую авеню Лори схватила Гарден за руку.

– Улыбайся, – скомандовала Лори.

Гарден улыбнулась привратнику, который распахнул для них тяжелые входные двери. И тут ее ослепили магниевые вспышки.

– А теперь бегом, – резко сказала Лори, потащила Гарден за собой по тротуару, впихнула в «даймлер» и задернула внутри занавески.

«Я сделала доброе дело для „Лорда и Тейлора“, – подумала Лори. – Эта фотография завтра появится минимум в трех газетах. А мне здесь даже ничего не продают со скидкой». Но она подсчитала в уме, какое вознаграждение получит от всех трех газет, и поняла, что не так уж нуждается в скидке у «Лорда и Тейлора».

– В теннисный клуб, Мартин, – велела Лори, когда шофер включил зажигание.

– Какой чудесный магазин! – вздохнула Гарден. – И какие внимательные люди там работают. Мне бы хотелось туда еще вернуться и осмотреть все этажи.

– Дорогая, ты там непременно все осмотришь. И не только там. У нас впереди еще масса дел.

Скай, опустившись сперва на локти, потом на колени, залез в машину через заднюю дверцу.

– Лягни меня как следует, – завопил он, – я жуткий, недостойный тип.

Дэвид занес ногу для пинка.

– Да не ты, Паттерсон. Это я тебя должен лягнуть за твой последний удар ракеткой. Я не заметил мяча и чуть было не получил по голове. Нет, я говорю это своей прелестной молодой жене. Я забыл о нашей круглой дате. Вчера было ровно два месяца с тех пор, как мы поженились, а я для нее в этот день ничего не сделал. Не устроил фейерверка, не осыпал розами, не сделал даже скромных подарков – просто в знак внимания. Свинья я, и все тут. – И Скай, приняв вертикальное положение, оказался на откидном сиденье напротив Гарден. – Сможешь ли ты когда-нибудь меня простить? – с пафосом произнес он, прижав руку к сердцу.

Дэвид сел рядом со Скаем, и Мартин захлопнул дверцу машины.

– Пожалуйста, прости его, Гарден, – попросил Дэвид. – Весь последний час он вот такое выделывает. Мне было просто стыдно находиться с ним на людях.

Гарден сняла перчатку. Она легонько погладила мужа по виску: после игры Скай принял душ, и кожа у него была еще чуть влажной. Было ясно, что Гарден готова простить ему все, вплоть до удара ножом в сердце. Скай накрыл ее руку своей, поднес к губам.

– Я совсем потерял голову из-за этой леди, – сказал он, лаская губами ее пальцы.

Лори почувствовала, что ей больно на это смотреть. Она постаралась рассмеяться как можно естественнее:

– Было бы странно, если бы было иначе, мистер Харрис. И кстати, пока вы там играли в игры для мальчиков и думать не думали о вашем юбилее, Гарден обегала все этажи у «Лорда и Тейлора», выискивая вам подарок.

– Гарден! – Скай крепко обнял, вернее по-медвежьи облапил, свою молодую жену.

– Скай, мы тут не одни. – Гарден попыталась, хотя и не очень всерьез, высвободиться из его объятий.

– Дэвид, – громко сказала Лори, – тебе иногда не кажется, что ты бываешь лишним? Мне, например, сейчас кажется, что я тут занимаю слишком много места.

В переговорном рожке засвистело, и искаженный помехами голос Мартина произнес:

– Извините, мистер Харрис. У меня в графике записан адрес мистера Марка Стивенсона и время – пять часов. Желаете ехать туда сейчас?

Скай выпустил Гарден из объятий.

– Боже правый! – воскликнул он. – Я совершенно забыл про Марка. Сейчас уже больше пяти. Дэвид, Лори, вы едете?

– Предполагалось, что едем, но я тоже забыл. Пока мы будем переодеваться, там уже все разойдутся.

– Черт! Марк – человек обидчивый. Мне надо там быть. Вот что я вам скажу. Мы вас забросим домой, рванем к себе, быстренько переоденемся и заедем за вами минут через сорок. А потом двинем к Марку с хорошей бутылкой и тысячей извинений… Мартин, вы меня слышите? Полный вперед, к дому мистера Паттерсона. Сегодня вечером я хочу сводить Гарден в театр, пообедать мы не успеем. Придется съесть всю закуску у Марка, а после театра поужинать. Вы не составите нам компанию? Дэвид покачал головой: