Огонь желания - Джордан Николь - Страница 38

Предложение выйти замуж совсем не было жертвой, подумал Торн, нахмурившись. Если на то пошло, ему нравилась ее интеллигентность, ее духовность. С ней не было скучно. Наоборот, она страшно интересовала его в отличие от остальных женщин его круга. Она была независима. Значит, не будет контролировать его, значит, он сможет вести жизнь такую, какая ему нравится. Более того, женитьба избавит от отцовских нотаций, что само по себе уже что-то. Торн криво усмехнулся.

В любом случае жениться все равно придется. Придется произвести на свет наследника, чтобы передать титул, о чем так печется отец. А по сравнению со всеми остальными кандидатками, которых выставлял герцог, Диана подходила больше всего.

Разумеется, у Дианы есть свои доводы против замужества. Вспомнив о них, Торн нахмурился.

Ее решительный отказ ошеломил его. Он рассчитывал, что она уступит обстоятельствам, если не поблагодарит его за предлагаемое решение. Ее главным доводом, как она и сказала, было то, что они не любят друг друга, хотя для брака любовь отнюдь не главное условие.

Приведя в порядок одежду, Торн повернулся и пошел к выходу из оранжереи.

Отказ можно не брать в расчет. Он решил жениться на Диане Шеридан. Ей придется принять это как данность.

Когда Диана вернулась в бальный зал, она с радостью увидела, что принц-регент почтил их своим присутствием. Прежде всего, потому, что все с любопытством глазели на его высочество, а не на нее. И кроме того, это означало, что Для Эми и Сесили бал превратился в настоящий триумф.

Какое-то время Диана выжидала и не разыскивала кузину. Ей не хотелось портить ей торжественный момент. Но потом поняла, что время уходит и отсрочка заканчивается. Весь следующий час она была как на иголках в ожидании, что скандал вот-вот разразится.

Увидев, как мисс Марлинг, ликуя, что-то стрекочет своим хохочущим подружкам, и, перехватив злобную улыбочку, которую эта девица адресовала ей с противоположного конца, заполненного толпой зала, Диана поняла – момент ее падения настал.

Как только принц вместе со своей лебезящей свитой покинул бал, Диана забрала Эми из кружка восхищенных поклонников и повела ее вниз, в библиотеку, где можно было остаться одним. Там Диана призналась, что ее застали с Торном в компрометирующей ситуации и она ждет, что вот-вот разразится скандал.

Сначала Эми выслушала рассказ, не проронив ни слова, потом побледнела, а потом пришла в ужас.

– Ох, Диана, – горячо зашептала она, – это ведь ставит крест на нас с Сесили. Ты ведь знала, как нам важен бал для успешного дебюта. И что теперь… – Ее голубые глаза наполнились слезами. – Теперь это навлечет позор на наши головы.

Чувствуя свою ответственность за стыд и разочарование, Диана все равно постаралась остаться спокойной.

– Прости меня, Эми. Мне нужно было предвидеть последствия, когда Торн уводил меня с собой.

Подбородок у Эми задрожал, и круглые слезы покатились по щекам.

– Это звучит немного лицемерно. Ты так часто ругала меня за несоблюдение приличий, а сама ведешь себя как распутница.

В Эми говорили горечь и отчаяние, Диана это знала. И возразить было нечего. Она сделала глубокий вздох. Оберегать и руководить своей молоденькой, легко уязвимой кузиной было ее обязанностью, так что Диане не в чем было упрекать себя за строгость к ней.

– Мое поведение, лицемерное оно или нет, здесь ни при чем, – не повышая голоса, произнесла она. – Для меня главным было, чтобы ты, Эми, не сделала такую же непоправимую ошибку, как я. Чтобы не связалась с охотником за твоими деньгами. И если я держала тебя в ежовых рукавицах, так это только ради твоего блага.

К ее удивлению, эти слова только подхлестнули Эми. Проглотив рыдания, она резким движением смахнула слезы и вздернула подбородок:

– Чудесно, теперь можешь ничего не бояться. Я сообщила Реджинальду Нили, что между нами все кончено. Слишком часто он пренебрегал мной.

Когда до Дианы дошло, что этот жалкий роман между Эми и Нили потерпел фиаско, она почувствовала немыслимое облегчение, которое полностью окупило все муки совести, которые она испытывала.

Она винила себя за то, что поставила под удар репутацию кузины. Но сейчас по крайней мере появился выход из ситуации. Если не нужно больше так жестко контролировать Эми, тогда можно уйти в тень, что она и собиралась сделать еще до их фиктивной помолвки с Торном.

– Ты не можешь осуждать меня больше, чем я сама себя, – наконец добавила Диана. – Но я надеюсь, что у меня получится уберечь тебя от последствий скандала. Первое, что я сделаю завтра, – перееду от леди Хеннесси и буду жить у себя в студии.

– Наверное, это самое лучшее, – согласилась Эми. Было видно, как ей тяжело. – Такой неблагодарностью ответить на любезность ее светлости… Наверное, такое не прощают, но… – Покачав головой, Эми резко повернулась и заторопилась прочь из библиотеки.

Оставшись одна, Диана с горечью подумала, что кузина права.

Она и в самом деле сильно подвела виконтессу, уж не говоря об Эми с Сесили.

Диана проглотила комок в горле. Теперь ее уже ничего не отвлекало от собственного несчастья. И вслед за Эми она побрела в зал.

До конца бала Диана тщательно избегала Торна, чтобы никто не увидел их вместе. Но по многочисленным взглядам, которые следовали за ней, можно было понять, что удар нанесен. То, что она опять превратится в отверженную, становилось делом нескольких часов.

Одна высокомерная вдова просто повернулась к ней спиной. В выражении герцога Редклиффа появился пренебрежительный оттенок и намек на неудовольствие.

В четыре утра последние гости наконец разъехались, разместившись в своих экипажах. Диана намеренно оставалась в бальном зале, не прячась по углам и испивая горькую чашу до дна, чтобы успеть перекинуться парой слов с леди Хеннесси, пока та не отправилась в постель.

Оставив сонных слуг гасить в люстрах тысячи свечей, они стали вместе подниматься по лестнице.

– Я считаю, что бал прошел «лихо», как бы сказали девочки. – Они ступили на первую площадку. – Даже лучше, чем я ожидала. Присутствие принца это подтвердило. Как ты думаешь?

– Это был успех, – согласилась Диана. – Однако, Джудит, боюсь, появилась жуткая проблема.

Очевидно, леди Хеннесси уже что-то услышала о разговорах, потому что сочувственно улыбнулась Диане и похлопала ее по руке.

– Торн рассказал мне все, моя дорогая, и я знаю, что ты в отчаянии, но поверь, нужно лечь, выспаться как следует, а утром увидишь, что все не так уж плохо.

Не желая откладывать дело в дальний ящик, Диана попыталась еще раз:

– Джудит, вы ведь знаете, что я больше не могу оставаться здесь…

– Поговорим об этом утром. – Леди Хеннесси была непоколебима. – Я так устала, что рухну прямо здесь.

Досадуя на себя за невнимательность к пожилой даме, Диана передала виконтессу на руки служанки и отправилась в постель.

Несмотря на усталость, Диана провела остаток ночи без сна. Уже к десяти часам она сползла вниз к завтраку, чувствуя себя полным ничтожеством. К ее удивлению, почти сразу к ней присоединилась леди Хеннесси, которая объявила, что ее питомицы еще почивают.

Она подождала, пока лакей поставит перед ней кофе и яйца всмятку с тостами, а потом милостиво отпустила его.

– Ну вот, теперь, моя дорогая, – обратилась она, оставшись наедине с Дианой, – расскажи, из-за чего весь шум?

Снова Диана изложила урезанную версию событий, как ее вместе с Торном застали в оранжерее.

Леди Хеннесси сморщилась, словно проглотила лимон:

– Эту дерзкую девчонку Марлинг мать должна выпороть как следует. Она давно бегает за Торном. Смешно, но она рассчитывает женить на себе моего племянника. Дорогая, она просто зеленеет от ревности, потому и хочет тебя уничтожить.

– Я это понимаю, однако мое поведение тоже небезупречно.

– Ну, дело сделано. Теперь тебе нужно немедленно объявить о дне свадьбы. Чем скорее ты выйдешь за Торна, тем быстрее все уляжется.

Диана прикусила язык. Она не собиралась до конца доводить помолвку с Торном ни раньше, ни позже. Но сказать об этом леди Хеннесси язык не поворачивался. По-прежнему нужно было делать вид, что они любящая парочка.