Огонь желания - Джордан Николь - Страница 10

Резкая отповедь тут же заставила Торна поменять тактику. Диана Шеридан, оказывается, обладает проницательным умом, подумал он, почувствовав, как против воли в нем поднимается волна восхищения. Ее не удастся обмануть какими-нибудь выдуманными историями. Надо будет, конечно, постараться развеять ее беспокойство. И при этом очень осторожно говорить с ней, чтобы невзначай не раскрыть тайну о существовании Общества. Но может, ей будет позволительно доверить часть правды…

Он печально улыбнулся:

– Я тоже любил Натаниеля как брата. И не собирался обижать вас, скрывая его тайну. Мало кто знал, что Натаниель время от времени работал по заданию британского министерства иностранных дел.

Диана пристально смотрела ему в глаза.

– Значит, я права, что его смерть не связана с ограблением.

– Да, возможно. Наверное, теперь вы поймете мое нежелание говорить об этом. Но можете поверить, я проведу полное расследование. И если Натаниель стал жертвой заговора, связанного с его деятельностью, я обещаю вам, что справедливость восторжествует.

Какое-то время Диана с тревогой смотрела на Торна.

– Вероятно, я должна быть удовлетворена вашими словами.

– Вероятно, да, – ответил он и переключил ее внимание. – Надеюсь, вы ничего не говорили о своих подозрениях Эми?

– Разумеется. Я даже не показала ей письмо, – продолжая хмуриться, сказала Диана. – Мне показалось, что сначала нужно переговорить с вами.

– Мне нравится ваша осторожность. А сейчас прошу прощения, – Торн поднялся и отвесил ей почтительный поклон, – нужно распорядиться, чтобы начать наводить кое-какие справки.

Он направился к выходу, не сомневаясь, что она с беспокойством провожает его глазами.

Глава 3

Некоторое время спустя, въезжая в ворота замка Олуэн-Кастл, Торн постарался выкинуть Диану Шеридан из головы. Нужно было сосредоточиться на главней цели, стоявшей перед ним, – хоть из-под земли достать убийцу Натаниеля и предателя, который раскрыл французам данные о членах Общества.

Торн знал, что его здесь ждут. Прочитав письмо, он сразу же отправил донесение сэру Гавейну и попросил о встрече.

Строго говоря, он не обманул Диану, когда сказал ей, что Натаниель работал на министерство иностранных дел. «Хранители» пользовались им как прикрытием, чтобы обеспечить инкогнито и объяснить тайную деятельность.

Для широкой публики сэр Гавейн Олуэн являлся главой небольшого специального отдела в министерстве. Только единицы осознавали, насколько велика их организация и как глубоко «хранители» проникли в общество Британии и других европейских стран. Или знали поразительную историю о том, как начиналась их деятельность.

Общество хранителей меча образовала горстка легендарных воинов Британии – изгнанников, которые нашли здесь прибежище более тысячи лет назад. Сейчас орденом, который действовал во многих странах Европы, руководили их потомки. Штаб-квартира располагалась на Кирене, потому что такое местоположение обеспечивало быстрый доступ к регионам континента, в которых кризисные ситуации развивались с тревожной постоянностью.

Под предводительством сэра Гавейна у «хранителей» была хорошая связь, хорошее финансовое обеспечение. Они действовали как своего рода современные наемники, но ради высоких целей: защищать слабых, беззащитных, нуждающихся в помощи. Бороться с тиранией. Работать на благо человечества. За тридцать прошедших лет Общество приложило немало усилий, чтобы противостоять серьезным вызовам, порожденным Французской революцией и последовавшей за ней попыткой Наполеона покорить весь мир. Общество выполняло миссию, которую в силу сложности и опасности не могло выполнять министерство иностранных дел. Время и опасности превратили Общество в союз близких друзей и любителей приключений, которые были готовы умереть друг за друга и свое благородное дело. Непоколебимо веря в высокие идеалы, Торн не сомневаясь отдал бы жизнь за Общество. «Хранители» стали его спасением. До того как вступить в орден, его необузданное, безответственное существование превратилось в бесконечную череду дебошей, ведущих к саморазрушению. Общество не только удовлетворило его тягу к опасности, но также определило достойную цель в жизни.

Его приводило в бешенство, что кто-то плетет заговор, чтобы уничтожить «хранителей». А еще больше его выводило из себя то, что Натаниель, судя по всему, стал жертвой такого вероломства. И если друг погиб от руки предателя, тогда Торн нанесет ответный удар и отомстит за его смерть. Но сначала необходимо выработать план нападения.

Въехав на конный двор, виконт увидел Алекса Райдера, собрата по Обществу. Высокий, сильный, черноволосый и черноглазый, Райдер был, пожалуй, самым опасным из всех его членов. Когда-то он предложил свои услуги в качестве наемника и с тех пор превратился в неимеющего себе равных специалиста по оружию и взрывчатке. В отличие от Торна Райдер вырос на Кирене.

– Это правда, что ты получил письмо от Ната, где он пишет о конспирации? – спросил Райдер, когда Торн спешился.

– Правда, – ответил Торн. – Он написал его больше года назад, как раз накануне своей гибели. Его сестра не смогла переправить его мне. Это сделала ее кузина, Диана Шеридан.

– Те, что прибыли сегодня?

– Да, и очень неожиданно.

Улыбка Райдера была полна иронии.

– Вокруг тебя, приятель, всегда много юбок. Точно у тебя есть какой-то особый магнит.

Торн поморщился:

– С радостью бы передохнул от своих успехов.

Передав лошадь конюху, они рука об руку двинулись через замковый двор к массивной входной двери, ведущей в громадный зал.

Семья сэра Гавейна владела замком уже несколько столетий. Возвышаясь над южной оконечностью острова, в том месте, где горы превращались в невысокие холмы и открывали путь для вражеского нападения, цитадель, поражающая своей мощью, была защищена массивными стенами и бойницами, ощетинившимися артиллерией.

Внутри все было гораздо миролюбивее. Зал украшали гобелены прекрасной работы, ковры, роскошная мебель, которые сглаживали неуютное впечатление от холодных камней. И повсюду огромное количество свидетельств минувших веков: доспехи, оружие, мечи, булавы и щиты, принадлежавшие по большей части рыцарям, которые первыми осели на острове более тысячи лет назад.

Быстро миновав это помещение, Торн и Райдер по выложенному камнем переходу вошли в просторный зал, который служил баронету кабинетом. Там за своим столом сидел пожилой господин.

При их появлении сэр Гавейн встал. Высокий, худой, с серьезным выражением на лице. От его жестких светло-голубых глаз, казалось, ничего не могло скрыться. Морщинистое лицо было напряжено, словно на него давил груз ответственности за «хранителей», которыми он командовал уже двадцать лет. Он слегка прихрамывал вследствие ранения, полученного в одной давней операции. Торн слышал о ней.

– Хорошо, что вы пришли, – сказал сэр Гавейн и нажал на кнопку звонка под столом. – Нам нужен Йейтс.

В ожидании они удобно устроились в креслах. Меньше чем через минуту в комнату, прихрамывая, вошел молодой человек. Джон Йейтс – бывший лейтенант кавалерии – потерял ногу в войне на полуострове и теперь ходил с протезом. Сейчас он выполнял обязанности секретаря и главного помощника сэра Гавейна.

Два года назад Йейтс чуть не умер от гангрены. Сейчас его лицо светилось отменным здоровьем. Карие глаза были серьезны. Поприветствовав Торна и Райдера, он занял свое место.

Торну потребовалось совсем немного времени, чтобы рассказать, как Диана Шеридан нашла письмо в вещах Эми, а потом изложить основные моменты из послания Натаниеля. В память о друге Торн решил не упоминать о позорном признании Ната, что красавица Венера перехитрила его и что он передал ей конфиденциальную информацию.

Когда доклад был закончен, первым заговорил Алекс Райдер:

– Исходя из изложенного, наш несчастный Натаниель мог и в самом деле натолкнуться на заговор против Общества.

Торн кивнул. После фиаско Наполеона прошлой весной, достигнутого с таким трудом, французам не терпелось покончить с тайным обществом, которое так методично противостояло всем их попыткам править миром.