Пожар сердца - Блэйк Стефани - Страница 25

Все члены экипажа собрались на палубе, ожидая команды капитана Грешама, который делал повторные замеры на шканцах. Наконец он отложил секстант и обратился к собравшимся:

– Внимание, друзья мои! Свершилось. Мы пересекли демаркационную линию!

Матросы радостно заревели. К Деннису, Доун, Сильверу Джеку, Пигу и еще нескольким новичкам, которым впервые выпало такое приключение, потянулся лес рук. Одного за другим их бросили в парусиновый бассейн, дабы отпраздновать этот исторический момент.

Позже капитан Грешам предупредил Денниса:

– Учтите, миновав международную демаркационную линию суточного времени, мы потеряли целый календарный день жизни. Полчаса назад была среда, два часа дня, а сейчас уже четверг, половина третьего. Обязательно отметьте это в картах.

Ночи стали теплыми, тропическими. Деннису нравилось дежурить на вахте с полуночи до четырех утра. В эти часы работы не было. Он болтал с рулевым и следил за временем, чтобы разбудить следующего дежурного. Прохаживаясь по палубе, Деннис был вынужден пробираться между темными фигурами свернувшихся на полу людей, которые предпочитали спать на открытом воздухе под баюканье ласкового ветерка и мерное покачивание судна. Однажды ночью Деннис наткнулся на Сильвера Джека. Тот стоял, облокотившись на поручни, и зачарованно смотрел на светившийся кильватер быстроходного клипера.

– Похоже на россыпь звезд, – обратился он к Деннису.

– Да, как Млечный Путь. – Деннис взглянул на небо, ища подтверждения своим словам. – Что, не спится, Джек?

– Да нет, просто жаль пропускать такую великолепную ночь.

– Как боцман Пейтон? Он хорошо обращается с тобой и Пигом?

– Да, Майк – отличный парень, но однообразие утомляет. Каждый новый день кажется скучней предыдущего. Как думаешь, сколько нам еще плыть?

– Капитан говорит, от трех недель до месяца.

Джек вздохнул и бросил в море окурок сигары.

– Ну что ж, еще месяц я протяну.

На капитанском мостике рулевой отбил две склянки, с вахты донесся отклик большого корабельного колокола.

– Пойду продолжать обход, – сказал Деннис. – Увидимся утром, Джек.

Последующие недели тянулись томительно медленно для всех, кроме капитана Грешама.

– Не думайте об окончании плавания, – говорил он. – Если нетерпеливо стоять над чайником, то он никогда не закипит. Во всяком случае, так кажется.

Погода и ветра по-прежнему благоприятствовали, и «Золотое облако» стремительно поглощало морские мили. Каждое утро вычислялся путь, пройденный за вчерашний день, и на большой карте, висевшей на стене капитанской каюты, прибавлялось по булавке. Каждая булавка приближала корабль и его команду к берегам Японии.

Однажды вечером Тереза не вышла к обеду в кают-компанию. Грешам был спокоен, но серьезен.

– По всей видимости, у Терезы скоро начнутся роды, – объявил он.

Джек с Пигом сделали вид, что полностью поглощены едой. Роды были делом сугубо женским, и разговор на столь деликатную тему унизил бы их достоинство.

Доун отложила нож с вилкой и начала вставать из-за стола.

– Я отнесу ей чай.

– Нет-нет, не беспокойтесь, дорогая моя. Сначала поешьте. Когда я уходил из каюты, она сладко спала, – заверил ее капитан.

Но Доун все же отказалась от кофе с десертом и попросила стюарда принести чай и сладкое печенье в капитанскую каюту. Тереза сидела в постели, опершись на подушки, и читала книгу при ярком свете большой керосиновой лампы, висевшей на цепочке. Увидев Доун, она явно обрадовалась.

Доун присела на край кровати и легонько похлопала подругу по большому животу.

– Думаю, тебе осталось ходить не больше одного дня, ну от силы двух.

– Надеюсь, ты права. Ребенок становится крайне нетерпеливым. Ему хочется поскорей вырваться на белый свет. Я не могу спать ночью – так он брыкается.

– Потерпи еще немножко, дорогая. – Доун взяла книгу из рук Терезы. – «Штормовая судьба», – прочитала она название. – О чем это?

Тереза улыбнулась.

– Об одном капитане корабля. Дело происходило в 1812 году. Он взял в море свою молодую жену. Ты знаешь, что до недавнего времени считалось плохой приметой брать женщину на борт торгового судна? Нас приравнивают к черным кошкам и крысам.

Доун засмеялась.

– Какую только чепуху не придумают мужчины-самцы, чтобы укрепить свое так называемое превосходство над женщинами! Не волнуйся, нас с тобой экипаж обязан поблагодарить за отличную погоду, которая сопутствовала клиперу на протяжении всего плавания. Мы, женщины, приносим удачу.

– Аминь! – заключила Тереза, и обе женщины с серьезной торжественностью пожали друг другу руки.

Тереза еще не начала рожать, когда «Золотое облако» вошло в воды Китайского моря и на всех парусах понеслось к Кантону. Однажды, сидя на палубе знойным летним полднем, Доун с Терезой услышали крик вахтенного:

– Прямо по курсу Кантонская бухта!

– Всех на палубу! Всех на палубу!

Приказ Делано, первого помощника капитана, пошел вниз по команде. Его передали морякам, отдыхавшим в трюме. Капитан Грешам занял свое место на шканцах и приложил к глазам подзорную трубу. Время от времени он оборачивался ко второму помощнику и отдавал распоряжения.

Джек и Пиг первыми поднялись на палубу и по-обезьяньи ловко вскарабкались на снасти. Длинный узкий клипер грациозно вошел в гавань Кантона, преодолевая слабеющую отливную волну. Матросы убрали легкие паруса, и лисели один за другим обвисли. «Золотое облако» медленно пробиралось к причалу, осторожно лавируя в переполненной бухте. Их окружали парусники всех государств, конструкций и размеров. Военные суда представляли флоты всех великих держав мира. Среди больших кораблей, как водяные жуки, сновали китайские джонки, сампаны и плавучие домики.

– Ты знаешь, что на таких суденышках есть дети, которые никогда не ступали на сушу? – спросила Тереза у Доун.

– Какой ужас! Тереза, а почему на носах некоторых китайских лодок нарисованы глаза?

– Это чтобы экипаж не сбился с курса и не нарвался на морских дьяволов.

Маленькие лодки с бамбуковыми палубами, украшенные цветами, подплыли к борту клипера. Сидевшие в них женщины махали руками, кричали наперебой:

– Покупайте свежие цветы! Не желаете постирать одежду?

Доун встала и, прикрыв руками глаза, посмотрела на берег. На рисовых полях работали люди, в основном женщины. Зеленые долины тянулись к окутанным туманом холмистым предгорьям. Впадавшая в бухту Жемчужная река петляющим руслом уходила к городу Кантону.

Клипер поравнялся с узким островком Линтин, и в этот момент Тереза согнулась, схватившись за живот.

– Начинается, Доун! У меня только что отошли воды.

– Пойдем! Я помогу тебе спуститься в каюту, а потом вызову доктора Стоуна.

Капитан Грешам сосредоточенно выводил судно к причалу и не обращал внимания на происходящее внизу. К «Золотому облаку» подплыла буксирная шлюпка, и на борт клипера поднялся лоцман в роскошном парчовом халате, расшитом драконами, и черной шапочке. У него были аккуратная седая редкая бородка и щеголеватая косичка до середины спины. Отдав честь капитану, он встал за спиной у рулевого и начал отдавать команды – тихим, но властным голосом, на вполне сносном английском.

Грешам следил за каждым движением рулевого. Наконец «Золотое облако» скользнуло на якорное место с легкостью входящего в ножны кинжала. Шкипер гордо расправил плечи, улыбнулся во весь рот и, сложив ладони рупором, крикнул первому помощнику:

– Спустить якорь, мистер Делано!

Послышался грохот тяжелой железной цепи, подаваемой шпигатом, и огромный якорь ухнул в воду, обдав палубу фонтаном морских брызг.

Чуть позже капитан Грешам влетел в свою каюту, и то, что он там увидел, повергло его в шок. Его жена корчилась и стонала на большой кровати, а доктор Стоун и Доун Прайс хлопотали над ней. Доктор что-то тихо сказал Доун, и она подошла к бледному растерянному шкиперу.

– Как… как она? – выдавил он.

Доун улыбнулась.

– У нее все в полном порядке, Грант. Мне кажется, будет лучше, если вы подождете на палубе.