Любовь-целительница - Келли Джослин - Страница 40

– Большинство великанов ведут такой же образ жизни, как и люди, они работают днем и спят ночью. А вы слышали легенду иного рода? Я собираю всякие легенды и надеюсь в один прекрасный день издать их в виде книги.

Чайна следовала за идущими впереди мужчинами и остановилась, заметив, что свет сделался очень сильным. Она взглянула на небо, чтобы проверить, не пробило ли солнце пелену облаков, но тут же поняла, что свет идет из-за спины, а не сверху.

Обернувшись, она увидела Квинта.

– Ave.

– Ave, Чайна. – Он посмотрел мимо нее. – Ты уверена, что это разумно – приехать с моим потомком сюда?

– Я вверяю викарию свою жизнь. – Не желая объяснять, что ей сказал Александр у лесенки, она добавила: – Александр очень хотел увидеть старинные сооружения на пустоши. Ты пользовался этой дорогой?

– Я никогда не ходил севернее того лагеря. – Его орлиной формы нос сморщился. – Здесь бродили варвары, а я ничего не хотел иметь с ними общего. Я был цивилизованный человек, гражданин империи.

– Но ты должен знать, эту дорогу построили римляне?

– Не знаю. Я никогда не приходил сюда раньше, вплоть до нынешнего момента, когда мне понадобилось поговорить с тобой.

Чайна печально улыбнулась. Каким одиноким было его пребывание между небом и землей в многолетнем ожидании каждого следующего поколения потомков. И сколько раз его ожидания оказывались безрезультатными. И надо было опять терпеть и оставаться здесь – между небом и землей. Оставаться одному.

– Мне очень жаль, Квинт. Я думала, что ты знаешь что-нибудь про эту дорогу. Я могла бы тогда рассказать о ней Александру. Ему было бы интересно.

– Ты испытываешь искренние чувства к нему, да?

– Он очень хороший человек, но был очень несчастлив. – Ей не хотелось продолжать разговор в этом направлении, поэтому она спросила: – А почему ты пришел для разговора со мной?

– Ты должна остановить планы той женщины устроить вечеринку.

– Я пыталась.

– Ты должна постараться.

– Я попробую повторить попытку, раз ты настаиваешь.

Он откинул голову назад и выпрямился.

– Ты должна убедить ее, что это плохая идея.

Чайна нахмурилась:

– Ты знаешь нечто такое, о чем не говоришь мне? Про вечеринку и Александра – ему нельзя там появляться, ты это хочешь сказать?

Квинт вздохнул.

– По мере приближения пятого сентября я все больше боюсь за него. Тебе надо найти способ, чтобы он прислушивался к твоим советам. Пока еще есть возможность его спасти. – Он стиснул руки на щите, и в голосе его зазвучало отчаяние. – Если он умрет, с ним прервется в родословной моя прямая линия. Я терпел почти два тысячелетия и видел, что происходило с моими потомками. Как они гибли, а я оставался здесь. И это мой последний шанс.

– Если бы он только мог тебя увидеть…

– Ты же знаешь, что это невозможно. Ты единственный человек, который видит меня и может остановить проклятие. Если ты не сделаешь этого, оно будет со мной веки вечные.

– Я знаю. – Чайна не прибавила, что это знание висит на ней тяжким грузом, подобно тому, как на Александре висит его вина. Она посмотрела вперед, где Александр и викарий показывали на что-то руками. Сосредоточившись на разговоре, они не замечали, что Чайна занята беседой не менее, чем они. – Если бы в этом проклятии было что-то рациональное, я бы смогла убедить Александра, чтобы он послушался меня.

– Я собираюсь кое-что предпринять. – Он прищурил глаза и перевел взгляд на Александра. – Я постараюсь его убедить в необходимости прислушаться к тебе. Своим способом.

– Что ты задумал?

– Ты узнаешь об этом первой, Чайна. – Квинт постепенно растворился в воздухе.

– Что ты имеешь в виду? Что…

Но Квинт уже исчез. Странное выражение его лица взволновало ее. Оно было… Чайна поискала подходящее слово. Хитрое? Алчное? Или одновременно в нем было и то и другое?

– Спасибо, преподобный Уайлдер, – сказал Александр, когда мужчины приблизились к ней. – Это весьма интересно. Я покопаюсь в книгах своего деда и попробую найти упоминания об этой дороге.

Викарий посоветовал:

– Воспользуйтесь библиотекой покойного лорда Недеркотта, пока вы гость мисс Недеркотт. Он собрал материалы о здешних окрестностях, каких нет ни у кого в Англии.

Мужчины пожали друг другу руки, викарий попрощался с Чайной и перебрался по лесенке через изгородь.

Александр предложил ей руку, но она не взяла ее, продолжая смотреть на то место, где только что находился Квинт.

– Что случилось, Чайна?

– Квинт может совершить нечто отчаянное, чтобы разрушить проклятие, наложенное на вашу семью. – И туг же поспешила добавить: – Я забыла, ты ведь не можешь заставить себя поверить в то, что я действительно видела призрак.

– Ты просто веришь, что видела. Как я верю, будто нахожусь на поле боя. Такое бывает, увы. – Он поднял ее руку и положил на свою.

– Какие еще доказательства тебе требуются?

– Дело не в доказательствах. – Глаза его сделались грустными. – Если я поверю в существование призрака, тогда должен буду поверить и в проклятие. Это означает, что ты, как и я, обречена на смерть потому, что пытаешься спасти мне жизнь.

– Но мы вместе можем попытаться разрушить проклятие!

– Я постараюсь в это поверить, Чайна. Я ничего не могу обещать, но постараюсь.

– Спасибо. Я не знаю, что еще могла бы сказать.

– Скажи, что ты проведешь сегодняшнюю ночь со мной.

Ее обуяла радость.

– Проведу.

– И на этот раз ничто не удержит меня от обладания тобой.

– Ничто, – сказала она, мысленно добавив слово «надеюсь».

Глава 17

Чья-то рука потрясла Александра за плечо. Он пробормотал ругательство. После многих совместно проведенных лет неужели Рексли не усвоил, что Александр проснется лишь тогда, когда он будет для этого готов? Сегодня не предвидится баталии или марша. Он выругался еще крепче.

– Александр, проснитесь!

Этот голос принадлежал не Рексли: его голос был скрипучим, словно каменистая осыпь.

– Александр, проснитесь! Я не могу найти Чайну!

Сон мгновенно пропал. Открыв глаза, он увидел сидящую на его стуле Шиан с побелевшим от страха лицом.

– Что вы имеете в виду? – Он посмотрел на тени на полу и понял, что его сон после возвращения с пустоши длился гораздо дольше, чем он планировал.

– Я не могу найти ее! Ее нет ни в комнате, ни в тех местах, где она обычно бывает в это время.

Он посмотрел в окно и увидел в небе звезды.

– Который час?

– Почти полночь.

– Так поздно? – У него заворчал желудок, напоминая тем самым, что он пропустил ужин. – Где она обычно бывает в это время?

И почему она не пришла, чтобы разбудить его своими сладостными поцелуями?

– Иногда она любит почитать в отцовской библиотеке. Иногда выходит на парапет, чтобы полюбоваться ночным небом. Она пробирается в комнату на башне, но туда она не ходила после пожара.

– И вы проверили все эти места? – Он вскочил р кровати и сообразил, что ноги у него голые, а рубашка наполовину расстегнута. Но он пренебрег этим, хотя более утонченную женщину его полуголый вид довел бы до обморока.

– Проверила. Никто ее не видел со времени ужина. – Шиан стала ломать руки. – Я боюсь, что с ней случилось что-то ужасное.

Александр скрипнул зубами с такой силой, что у него заболела голова. Он словно слышал слова Чайны. Квинт может совершить нечто отчаянное, чтобы разрушить проклятие, нависшее над его семьей.

Он не придал значения этим словам. Еще бы, его ждала сладостная ночь, он думал только об этом. Да и вообще, с того момента, когда Чайна вытащила его из-под обрушившейся стены, она постоянно заботилась о нем. Она все время думала о благополучии всех окружающих ее людей. И никогда не ждала, что кто-то побеспокоится о ней самой.

Александр заправил рубашку в брюки и спросил:

– Вы не видите моих ботинок?

Шиан пересекла комнату и принесла ботинки, которые он оставил возле камина. Пока Александр заканчивал сборы, она снова перечислила те места, где искала, но так и не нашла свою сестру.