Любовь-целительница - Келли Джослин - Страница 19

Он быстро поцеловал ее, встал, подошел к люку и опустился на корточки. Взявшись за железное кольцо, он потянул его на себя.

Люк не шевельнулся.

– Может быть, я слабее, чем думал, – сказал он с полуулыбкой. Он снова дернул за кольцо. Дверца люка, словно протестуя, скрипнула.

Не говоря более ни слова, Чайна поправила свое растерзанное платье, пододвинулась к Александру и продела в кольцо также и свою руку.

– На счет три. Раз, два, три. – Она потянула, ощутила боль в руке и плече, однако дверца не поддалась.

– Она не заперта?

– В нижней части есть болт, но зачем кому-то запирать дверь, если мы здесь? Определенно, тот, кто закрывал дверь, видел… – Она отвернулась, внезапно зардевшись.

Он дотронулся пальцем до ее щеки и повернул ее лицо к себе.

– Если бы нас увидели, дверь бы не закрыли. Твои слуги прислали бы дуэнью для тебя, вместо того чтобы запирать нас вместе. Нет оснований беспокоиться по этой причине.

– Ты прав. – Она села на корточки. – Похоже, мы оказались взаперти.

– Ты не выглядишь слишком обеспокоенной этим.

– Шиан часто приходит ко мне перед обедом. Даже если она не придет, то когда мы не явимся на обед, она вынуждена будет обыскать все закоулки дома. Тебе не нужно беспокоиться о том, что пропустишь еду.

– Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду не это.

Она улыбнулась:

– Я знаю.

– Ты сегодня беззаботная.

Она обвила его плечи руками.

– Я всегда такая, когда меня целует красивый мужчина.

– Всегда? – Он засмеялся и приложил свой лоб к ее лбу, так что их глаза оказались удивительно близко. – Я подозреваю, что под внешностью мисс Прунес кроется весьма бойкая девица.

– Мисс Прунес?

– Чопорная женщина. Похоже, ты узнала не слишком много жаргонных выражений в городе.

– Я узнала достаточно, чтобы назвать тебя самоуверенным щенком за такое обращение со мной!

Хмыкнув, он притянул ее к себе и прижал к полу.

– А я назову тебя несравненной, дорогая!

Она не могла решить, впасть ли в шок от его слов или расплавиться от нежности, но он не дал ей время для раздумий и принялся целовать. И хотя она понимала, что должна прислушиваться к тому, не откроется ли люк, она полностью отдалась его ласкам. Его язык погрузился в ее рот настолько, что она уже не могла дать отчет, где начинался ее рот и заканчивался его. Да это и не имело значения, поскольку они оба пребывали в экстазе.

Он поднял голову и улыбнулся ей, когда она прошептала:

– Почему никто не сказал мне, что поцелуи могут быть такими?

– Это то, что человек должен обнаружить самостоятельно. А я хочу обнаружить в тебе гораздо большее.

– Процесс обнаружения наиболее приятен тогда, когда он происходит взаимно. – Она провела пальцем по его челюсти и почувствовала, как ее пронизала трепетная дрожь.

– Ты быстро учишься, дорогая. – Его рот скользнул к шее, затем снова поднялся к уху, чтобы прошептать: – Что касается этого момента… – Он посмотрел ей за спину и чертыхнулся.

Чайна в шоке смотрела на то, как он встал и пошел от нее. Она поднялась на колени и увидела серый завиток, который пробивался сквозь щель в деревянной двери в полу.

Дым!

Чайна вскочила на ноги и крикнула:

– Пожар! – Подбежав к открытому окну, она снова закричала: – Пожар! В северной башне!

– Ты видишь кого-нибудь внизу?

Она высунулась в окно, насколько у нее хватило смелости, затем вернулась назад и покачала головой:

– В это время конюхи ужинают в своем помещении за амбарами.

Дым, который становился все более густым и черным, просачивался через щели в двери. Чайна бросилась открывать другие окна, но затем подумала, уж не усугубит ли она ситуацию, поскольку дыма становилось еще больше.

– Нет! – воскликнул Александр, когда она стала закрывать окно. – Дым как-никак идет вверх. Открытые окна дадут нам доступ свежего воздуха. Отойди-ка!

Он изо всех сил ударил ногой по двери. Но дверь не поддалась. Он повторил свое действие. Результат был тот же.

– Проклятие! – зарычал он, продолжая бить ногой в дверь. – Выпусти нас! Мы не позволим тебе зажарить нас здесь заживо!

Чайна смотрела на него, пораженная переменой, которая в нем произошла.

– Отойди подальше от дыма! Подойди к окну, где ты сможешь дышать!.. Не командуй, что мне делать, Рексли! Заткнись и помоги мне. Мы должны выбраться отсюда. Будь я проклят, если я доставлю удовольствие лягушатникам и умру из-за их подлых проделок!

– О чем ты говоришь?

Он повернулся к ней лицом. Глаза у него были дикие, он сжал челюсти с такой силой, что было непонятно, как он вообще мог говорить.

– Я сказал тебе, чтобы ты перестал молоть чепуху, Рексли! Еще одно слово… – Он закашлялся, поскольку из щелей пыхнула новая порция дыма.

Чайна схватила его за руку и оттащила подальше от дыма. Он отбросил ее руку и оттолкнул ее. Она ударилась о скамью и упала на нее.

– Нет! – воскликнула она, вскакивая на ноги и снова хватая его за рукав. – Отойди оттуда! Что с тобой случилось?

– Я сказал тебе… – Он снова дернулся, пытаясь вырвать свою руку. Однако она крепко вцепилась в нее, и тогда он поднял кулак.

Чайна ахнула. Он собирался ударить ее?

– Александр, прекрати!

Его рука замерла в нескольких дюймах от ее лица. Он перевел взгляд с кулака на ее лицо.

– Чайна? – с недоумением спросил он. – А ты что здесь делаешь?

– Разве ты не знаешь, где мы находимся? В замке Недеркотт. – Она ухватилась за его кулак, который все еще находился совсем близко от нее. Медленно опуская его, она видела, что дикий блеск в его глазах пропадает.

– Замок Недеркотт? – повторил он. Неистовый блеск в его глазах погас окончательно. Он со стоном притянул ее к себе.

Она отпрянула, когда оба закашлялись. Клуб черного дыма ворвался в комнату, словно кто-то за дверью раздувал мехи.

В густеющем облаке дыма Александр шагнул к двери. Он дотронулся до кольца и с криком отдернул пальцы. Сорвав с себя китель, он обмотал рукавом руку.

Чайна ахнула, поняв, что он собирается делать.

– Не открывай! Если кольцо настолько горячее, значит, совсем рядом пламя.

Он встал, взял ее за плечи и отвел подальше от люка.

– А отсюда есть другой выход?

Чайна попыталась ответить, но дым проник ей в легкие, и она закашлялась. Она уткнула лицо в его рубашку, вдыхая запах его тела. Он погладил ей спину и спрятал лицо в ее волосах.

– Окна, – смогла прошептать она, испытывая облегчение от того, что он снова стал самим собой. – По крыше и вниз по горгулье на водосточной трубе. Мы сможем добраться до парапета.

– Это возможно?

– Мы говорили в детстве о том, что можно попробовать этот способ.

– Но никогда не пробовали?

– Нет.

Он хотел сделать глубокий вдох, но задохнулся. Отступив, он взял ее за руку.

– Покажи мне, какое окно.

Дым валил из окон, не позволяя ей что-либо видеть. Из глаз ее лились слезы, когда она пыталась что-либо рассмотреть. Раньше Чайна считала, что знает комнату настолько хорошо, что может найти там все с закрытыми глазами. Она ошибалась. Стукнувшись о скамейку под окном, она отступила назад и с трудом нашла ее снова. Вытянув вперед руку и растопырив пальцы, Чайна наконец отыскала нужное окно.

– Вот оно. Крыша примерно в пяти футах под нами. Нам нужно свеситься с одной из горгулий, зацепившись пальцами, и нащупать спуск пальцами ног. – Она содрогнулась. – Недавно прошел дождь. Крыша мокрая и скользкая.

Клуб дыма окутал Чайну. Она отчаянно закашлялась, согнувшись едва не вдвое. Голова наполнилась звуками. Пламя прорвалось сквозь дверь? Она не могла сказать.

– Ладно, Чайна. Мы должны решиться. Мы не можем больше здесь оставаться.

Или же ей просто показалось, что она слышала слова Александра? Гул в ушах от удушья и приступы кашля не позволяли ей слышать ничего, кроме этого шума.

Затем она вдруг услышала другой мужской голос:

– Подожди. Помощь внизу.