Тёмный день - Сербжинская Ирина - Страница 93

Завороженный увиденным, Дарин шагнул вперед, но король-демон остановил его.

— Стой, где стоишь.

После этого владыка Волшебных земель соизволил вспомнить о существовании овражных гномов. Он повернулся, отыскал глазами овражника Дюфа — лохматого, грязного, с холщовой сумкой через плечо и кивнул ему.

Дюф поспешно снял заплатанную сумку и протянул своему повелителю.

…Стоя под каменной низкой аркой, Дарин рассматривал волшебного меча: черную, словно выточенную из льда рукоять, мерцающую бриллиантовой росой, узкое длинное лезвие с вырезанными на стали замысловатыми письменами. И чем дольше он смотрел на него, тем больше ему казалось, что меч и король-демон Кехелус созданы друг для друга и представить клинок в чьих-то других руках было просто невозможно. Дарин тряхнул головой, отгоняя мысли.

Волшебный меч короля-демона был совсем рядом, рукой подать, однако, Кехелус по каким-то причинам не торопился пересечь зал, взять клинок и обрести долгожданное могущество. Вместо этого он занимался странным на взгляд его, Дарина, делами.

— Не хочу рисковать, — обронил повелитель Волшебных земель в ответ на невысказанный вопрос и бросил взгляд в сторону своего меча. — Может статься так, что и дойти не успеем.

— Почему?

Не отвлекаясь от своего занятия, Кехелус пожал плечами.

— Помешают.

— Кто?

И, словно, в ответ на его слова, посреди грота возник огненный столб, загудело пламя, рассыпалось искрами. Потом языки пламени медленно опали, явив взглядам высокую женскую фигуру: длинные светлые волосы, по которым все еще пробегали огненные искры, черные непроницаемые глаза, скрещенные на груди руки. С плеч женщины ниспадал длинный плаш, черный с серебром, скрепленный у горла пряжкой с мерцающим лунным камнем, голову украшал гладкий блестящий обруч, словно сделанный из черного льда и усыпанный голубыми бриллиантами.

— Маурбай! — воскликнул король-демон. — Вижу, Карсех не терял даром времени! Что ж, я предполагал, что он сразу же помчится к тебе, чтобы сообщить кое-какие-новости!

Демон-«новобранец» робко выглянул из стены и тотчас скрылся.

— Кехелус, — спокойным голосом отозвалась женщина.

Повелитель Волшебных земель устремил на сестру яростный взгляд.

— Не ожидала увидеть меня здесь?

— Скажу по правде — нет, — промолвила она. — Я была уверена, что, став смертным, ты давным-давно погиб. Жить в мире людей не так-то просто, а уж с твоим-то нравом — тем более! — Маурбай слегка улыбнулась. — Я рассчитывала, что ты протянешь больше двух-трех дней.

— Ты ошиблась! — сверкнул глазами Кехелус.

— Досадно, — отозвалась она. Голос ее был полон спокойной иронии. — Терпеть не могу, когда мои планы рушатся. Взять, к примеру, этот: я так тщательно его продумала! Хитростью лишила тебя магической силы, превратила в смертного и вышвырнула из Волшебных земель! Потом заключила твою силу и могущество в твой меч, перенесла его в зачарованный грот, посадила на цепь драконида…

Она наклонила голову, глядя на брата.

— Согласись, план безупречен, но, тем не менее, ты жив и ты здесь. Досадно, — повторила Маурбай и окинула его взглядом с головы до ног.

— Так кто же помогал тебе? Кто дал знать, где находится меч, кто помог добраться до Лутаки? Какой-нибудь чародей, которого я не знаю? Карсех утверждал, что ты заручился хорошей поддержкой могущественного мага, который в мгновение ока уничтожил Танароха и едва не стер с земли его самого?

— Так и есть, — не моргнув глазом, ответил Кехелус. — Что же касается тебя, то, как только я верну свое могущество, ты пожалеешь о том, что сделала!

Во взгляде демоницы появилась насмешка.

— Ты все-таки собираешься его вернуть?

— Конечно, собираюсь! Ты лишила меня магической силы! Вышвырнула из Волшебных земель! Строила против меня козни! Обманывала! И ответишь за это!

Маурбай пожала плечами.

— Я — демон, братец. Строить козни и обманывать — это мое основное занятие!

— Я тоже демон! — с негодованием вскричал Кехелус.

Она подняла брови, рассматривая стоящего перед ней брата с подчеркнутым вниманием.

— В самом деле? Гм… не хотелось бы тебя огорчать, но… ты — человек. Самый обыкновенный человек! И твой чародей… или кто там тебе помогает? Он не поможет тебе снова стать тем, кем ты был.

Кехелус фыркнул.

— Я… — начал он и вдруг умолк, в изумлении уставившись на сестру. — Погоди-ка… ты что, носишь мою корону?! Корону повелителя Волшебных земель, короля демонов?! Как ты посмела?!

Маурбай прикоснулась пальчиком к черному обручу. От ее прикосновения бриллианты, казалось, ожили и радужный отсвет упал на бледное лицо демоницы.

— Да, — с удовольствием сказала она. — Ношу. В конце концов, кто-то же должен править Волшебными землями, раз уж ты бесследно исчез! А поскольку я — твоя сестра, то, стало быть, власть переходит ко мне. Все законно!

— Я не исчезал! — взревел Кехелус и топнул ногой. — Верней, я исчез, но…

Маурбай пожала плечами.

— Противоречишь сам себе, братец, — невозмутимо заметила она. — Логика никогда не была твоей сильной стороной.

— И ты… ты надела мой волшебный пояс? — не веря своим глазам, продолжал король-демон. — Да как ты посме… а что еще ты прибрала к рукам, пока меня не было?!

Королева Маурбай поправила пояс: мерцающий жгут, словно сплетенный из лунного света. К поясу было прицеплено несколько вырезанных их драгоценных камней фигурок: птицы, единорога, рыбы и странного существа, похожего на геральдического льва с крыльями. Фигурки жили своей собственной жизнью: рыба внимала разговору Маурбай и Кехелуса, то и дело разевая рот и поводя плавниками, птица и единорог что-то бурно обсуждали, не обращая внимания на остальных, а крылатый лев рассматривал людей и сердито скалил зубы.

— Знаешь, Кехелус, в твоем гардеробе не так уж много приличных вещей, — небрежно сообщила Маурбай, поигрывая концами пояса. — Совершенно нечего прибрать к рукам! Плащи, затканные серебряными скелетами, диадемы из костей, ожерелья из черепов — все это отдает дешевой некромантией.

— Дешевой?!

— А твой дворец? — не слушая его, продолжала Маурбай. — Он наводит на мысли о ярмарочном балагане: черные ледяные залы, потайные комнаты, мрачные подземелья и глупые призраки, которые шляются повсюду и заливаются зловещим смехом по каждому поводу!

— Повелитель демонов должен внушать ужас! — бросил уязвленный король-демон. — Устрашать!

— Кехелус, единственное, что всех устрашает — это твой вкус. Вот это по-настоящему ужасно.

— У меня прекрасный вкус! — раздосадовано буркнул он.

— Теперь, став королевой Волшебных земель, я, наконец-то, могу устроить все иначе и кое-что изменить.

Кехелус замер.

— Изменить? — переспросил он. — В моем дворце?!

Маурбай искренне рассмеялась.

— Это теперь мой дворец, — с удовольствием сказала она. — И я не намерена жить среди этого кошмара. Я уже распорядилась снести галерею Ледяного Ужаса, с замурованными в глыбы льда непокорными демонами…

— Что?! Моя галерея! Это же мое любимое место во дворце!

— Лабиринт Шепчущих Призраков я велела сровнять с землей. Несносные привидения порядком надоели мне своими стонами и мольбами. Мой новый дворецкий-огр пытался убедить их стонать хоть немного помузыкальней, по нотам, но ничего не вышло. У призраков совершенно нет слуха!

— Этими прекрасными звуками я услаждал слух! — в бешенстве вскричал он. — Стоны и мольбы — для демонов — самая лучшая музыка!

— Кехелус, ты неисправим, — небрежно обронила Моурбай. Вырезанный из кроваво-красного рубина лев покачал головой, протянул лапу и осторожно коснулся волшебного пояса, словно проверяя его на прочность.

— Дальше. Сторожевые мантикоры и тролли-оборотни в качестве охраны — это никуда не годится…

— Но почему?!

— Старомодно, — пояснила Моурбай. — Кто же сейчас охраняет свои владения таким образом? Разве что наши дальние родственники — джинны Горячих пустынь, но они ужасные ретрограды. До сих пор считают лучшим жилищем для демонов медные лампы и кувшины. Словом, мантикор я…