Тёмный день - Сербжинская Ирина - Страница 88

— Конечно, господин дракон, обратил!

Дарин тоже обратил внимание, что Басиняда смело повысил драконида в чине, но чудовище с удовольствием проглотило грубую лесть.

— «Господин дракон», — со вкусом повторило чудовище, опускаясь на траву. — По-моему, прекрасно звучит! В конце концов, мы, дракониды, ничем не хуже драконов! Не понимаю, почему вся слава всегда достается им. И песни о них слагают, и легенды рассказывают, а о нас, драконидах — ни слова! Несправедливо… это все завистники да клеветники! Замалчивают о наших подвигах! «Господин дракон» — да, это мне нравится.

— И это лишь самые скромные слова, которые достойны тебя, о, могущественный повелитель, да будет прибыльна твоя торговля!

Драконид приоткрыл один глаз.

— Что? — недовольно спросил он. — Какая еще торговля? Что ты мелешь?

Басиянда спохватился.

— О, прошу прощения, господин дракон, я оговорился!

Я много лет был рабом у купца, — подобострастно доложил он. — Восхвалял его… понятное дело, нет-нет да и оговоришься! Привычка…

— Басиянда, — подхватил Дарин. — Ты уж будь осторожней в выражениях, когда говоришь с таким знатным и величественным… э… э…

Он замялся, подыскивая выражение поцветастей. Басиянда сурово сдвинул брови.

— Господин! В вопросах восхваления и прославления мне нет равных!

— А я тоже…

— А ты, господин неправильно восхваляешь и прославляешь! — строго заметил раб. — Лучше тебе помолчать!

Дарин озадаченно пожал плечами и умолк.

— Этот могущественный дракон, этот повелитель всего живого снисходит до разговора с нами! — продолжал Басиянда. — Только взгляни, какой у него хвост, какие могучие крылья!

— Мои крылья не уступают драконьим, — самодовольно заметил драконид. — Мы умеем парить в воздухе ничуть не хуже драконо! Не понимаю, почему все твердят, что именно они — повелители небес… я тоже далеко летаю на своих крыльях! Однажды даже достиг Волшебных земель!

Кехелус, на беду, оказавшийся неподалеку, остановился, как вкопанный, затем повернулся к дракониду.

— Что?! — грозно вопросил король-демон, прожигая драконида взглядом черных глаз и начисто забывая о данном слове. — Ты, летающая ящерица, бахвалишься тем, что дерзнула залететь в мои владения?! Ты, жалкое порождение змеи и летучей мыши, осмелилось сунуться в Волшебные земли?!

— О, боги, — простонал Кёртис: идея душеспасительной беседы с драконидом провалилась с треском. — Если б у меня было могущество, которое я мог вернуть, уж я б знал, кого уничтожить в самую первую очередь!

Желтые глаза драконида сузились, костяные пластины встали дыбом.

— Жалкое порождение? — прорычал он. — Сейчас ты пожалеешь об этих словах! Дракониды не терпят оскорблений! — он поднялся на лапы и встряхнулся, тонкая цепь звякнула.

— Что ж, спасибо, что поболтали со мной, — чудовище ухмыльнулось. — Мне было скучновато, а вы немного развеселили меня. А сейчас мы повеселимся еще больше!

Басиянда благоразумно отступил к кустам, возле которых толпились встревоженные овражные гномы.

— Мы почти друзья, — вкрадчиво сказал драконид. — Поэтому, я, пожалуй, поступлю, как дракон: предоставлю вам возможность самим решить, кого из вас мне убить первым. Благородные драконы всегда…

— Тебе далеко до дракона, презренная тварь! Ты…

И король-демон, не стесняясь в выражениях, коротко сообщил чудовищу все, что он думает по поводу ничтожных ящериц, выдающих себя за драконов. Речь получилась яркой и запоминающейся.

— Господин, может, лучше уйдем? — приложив ладони ко рту наподобие рупора, крикнул Дарину осторожный Басиянда. — Уйдем, а еще лучше — убежим!

— Прекрасно, — заметил драконид, выслушав оскорбления Кехелуса. — Теперь я знаю, с кого начать!

Он протянул лапу, нашаривая в траве какой-то предмет. Только сейчас Дарин заметил, что рядом с драконидом лежал меч — длинный, черный с тусклым зазубренным лезвием.

— Прекрасно, — сквозь зубы проговорил повелитель Волшебных земель. — Давненько я подумывал о том, чтоб стереть все ваше племя с лица земли, отчего же тебе не быть первым?

Овражные гномы испуганно притихли.

— Не убивать драконида! — коротко приказал Кёртис.

Басиянда забеспокоился еще больше.

— Господин! — снова завопил он, обращаясь к Дарину. — Доставай же свой меч! И поторопись иначе нам смерть! Это чудовище сейчас окружит нас со всех сторон и…

«Господин» оглянулся.

— Басиянда, он один, как он нас окружит? — с досадой спросил Дарин: вопли раба ему порядком надоели. На всякий случай он вынул нож, снятый с убитого людоеда и подошел поближе к Кёртису. — Сиди с гномами и не ори, ясно? Если что — умрешь, как герой!

Басиянда запаниковал окончательно.

— Осторожность, вот залог героизма! Господин, нам надо героически отступить, а потом героически бежать… о, зачем мы пошли в эту рощу! Как хорошо было бы оказаться сейчас в доме с синими ставнями!

И поскольку Дарин не отвечал, раб продолжил:

— Господин дракон! — закричал он, заламывая руки. — Вы великодушны и добры! Пощадите нас! Мы же безоружны!

Драконид ухмыльнулся.

— Тем лучше, — ответил он и поднял меч. Из пасти чудовища высунулся длинный лиловый язык. Как завороженный, Дарин следил за тем, как язык драконида скользит по стали клинка, оставляя мокрую дорожку ядовитой липкой слюны. — А вы ведь жаждете проникнуть в грот? Что ж, попробуйте!

Он полюбовался отравленным клинком.

— Уничтожить меня вы не посмеете: вряд ли среди вас есть маг, — драконид окинул взглядом людей: набравшийся смелости Басиянда тянул своего хозяина за рукав, пытаясь оттащить в безопасное место, а Кёртис и Кехелус замерли неподалеку: король-демон нехотя обронил пару слов, а Кёртис, к удивлению Дарина, согласно кивнул.

— Ну да, нет, иначе бы я чувствовал это. А обычным людям опасно убивать драконида! Значит, я могу вас прикончить, а вы меня — нет! Занятно, не так ли?

Он сделал приглашающий жест лапой с зажатым в ней мечом.

— Ну, давайте же! Заходите в грот! Кстати, сразу хочу предупредить: второго входа нет, так что…

Басиянда посмотрел на драконида, приготовившегося к схватке, на внезапно ставшего очень спокойным короля-демона, и почесал в затылке, оценивая ситуацию.

— Лечшее, что может сделать сейчас отважный раб-воин — это отойти в сторону. Постою, посмотрю… а потом попраславляю победителя!

Он подумал и одобрил свое решение.

— Благоразумно и дальновидно!

И с этими словами Басиянда отступил к кустам, где стояли овражные гномы.

Кехелус, не сводя глаз с драконида, протянул руку.

Кёртис, поколебавшись, вложил в ладонь короля-демона меч, прихваченный с поляны людоедов.

— Отойди, — обронил повелитель Волшебных земель таким тоном, словно разговаривал с нерадивым оруженосцем.

Овражник Дюф решительно нахлобучил мятую шляпу.

— Мы должны быть рядом со своим господином, да! — решительно произнес он. Остальные гномы согласно кивнули. — Помогать ему и защищать!

Дарин сделал попытку удержать «защитников»:

— Как вы ему поможете? Только под ногами путаться будете!

Но овражники уже семенили к месту схватки.

— Чудесное развлечение! — довольно промурлыкал драконид.

Кехелус, держа меч в опущенной руке, взглянул на него, чуть прищурив глаза. Во взгляде короля-демона не было ни страха, ни сомнений: он рассматривал смертельно опасное чудовище, как досадную помеху, стоящую на пути к его могуществу. Помеху серьезную, но вполне устранимую.

Драконид же смотрел на владыку Волшебных земель со злорадством и нетерпением. Он не сомневался в том, что одержит победу: раньше в многочисленных схватках драконид всегда побеждал. Здесь, в Тисовой роше, возле входа в грот, он находился уже довольно долго и безделье мало-помалу начало ему надоедать.

Но наконец-то нашлись первые желающие проникнуть в грот, и драконид твердо решил не торопиться, убивая их, ведь неизвестно, когда такое развлечение выпадет во второй раз! Если бы только ему удалось хотя бы коснуться отравленным оружием кого-нибудь из людей!