Тёмный день - Сербжинская Ирина - Страница 85

— Господин, — почтительно окликнул он Кёртиса, идущего впереди. — А я много слышал о тебе, господин!

Тот оглянулся на него через плечо.

— И что?

Басиянда тотчас прибавил ходу и оказался рядом с ним.

— Господин, мы тут затеяли одно необыкновенно выгодное дело, — заговорищицки сообщил он, потирая руки. — Господин демон, как ты уже знаешь, повелитель Волшебных земель. У него там и дворец имеется битком набитый всякими чудовинами! Плененные духи, призраки, тролли-оборотни… прочая нечисть. Лабиринт, опять же…

Раб сделал паузу, Кёртис молчал.

— И вот, господин демон, как человек… э… как существо, — поправился Басиянда. — Как существо предприимчивое, подумал — а нельзя ли извлечь из всего этого пользу и заработать немного денег? И он обратился ко мне с просьбой… почему именно ко мне? Ну, я же много лет был рабом у купца, так что знаю, что к чему! — скромно добавил он. — Обратился с просьбой и я не мог отказать столь высокому лицу! И я подумал: хорошо бы пригласить туда паломников, желающих поглазеть на редкости, что хранятся во дворце короля-демона! А? Как тебе? Разумеется, господин Кехелус пришел в восторг от моей идеи! — продолжал Басиянда, поглядывая в сторону «господина Кехелуса», который шагал поодаль, не прислушиваясь к разговору. — Мигом понял, что мое предложение сулит ему горы серебряных лемпиров!

Кёртис с сомнением покосился на владыку Волшебных земель, но снова промолчал.

Басиянда принял молчание за хороший знак и продолжил, приободрившись:

— И вот я подумал, господин. Почему бы тебе тоже… — он кашлянул. — Словом, у меня появился прекрасный план! Ты, господин, бываешь всюду, почему бы тебе не рассказывать о нашем маленьком предприятии? Тогда слухи о паломничестве быстро бы разнеслись, и желающих поглазеть на дворец короля-демона прибавилось бы! Тебе ведь это нетрудно, а нам — лишние паломники! А каждый паломник — это серебряный лемпир! Кстати, когда станешь рассказывать, можешь немного преувеличить… приукрасить, так сказать. Кроме того, ты должен будешь…

— Я?! — переспросил Кёртис, глядя на раба, как на диковинное насекомое. — Должен буду… что?!

— Вижу, ты согласен! — радостно воскликнул Басиняда. — Это прекрасно! В самом деле, тебе это нетрудно: ходи себе да рассказывай! Мы готовы тебе заплатить, — многозначительно добавил он. — Но поскольку работа у тебя, господин, ожидается непыльная, так и вознаграждение будет небольшим. Три-четыре серебряных лемпира, — тут Басиянда задумался. — Лучше три. Или два.

Контрабандист остановился так резко, что семенивший за ним овражный гном едва не налетел на него и от ужаса зажмурил глаза.

— Вот что, — сдержанно сказал Кёртис, глядя на Дарина. — Давай так: или ты его успокоишь или я!

— Басиянда, — начал было Дарин, но раб только рукой махнул, чтоб хозяин не мешал.

— Отличная плата: целых два серебряных лемпира! — он подпрыгнул, пытаясь заглянуть в глаза Кёртису. — Как господину мое выгодное предложение?

«Господин» ответил коротко, но так выразительно и Басиянде мгновенно расхотелось обсуждать с ним какие бы то ни было дела.

Он вернулся к Дарину и некоторое время семенил рядом, испуганно поглядывая на Кёртиса. Потом снова осмелел и приободрился.

— Временная неудача, с каждым бывает! Вот посмотришь, господин, благодаря мне, мы все-таки наживем кучу денег! — Басиняда многозначительно поднял брови. — Ты, господин, пока подумай, как бы получше распорядиться нашими будущими капиталами, а я посмотрю, что там, за поворотом! — бодро объявил он, прибавляя ходу.

— Давай, — согласился Дарин. — Хоть какая-то польза от тебя будет…

Басиянда резво пробежал вперед и скрылся за стеной высокого кустарника.

— Сдается мне, — сказал Кёртис, — Грот этот уже совсем близко. Если конечно, сюрпризов никаких не будет, — пробормотал он.

Дарин посмотрел на дорожку. Басиянда все не возвращался.

— Про сюрприз — это ты к чему?

— Это к тому, что твоего раба что-то долго нет, — лениво пояснил Кёртис. — Надоел он мне, хуже голодной пикси. Чтоб его дракон сожрал…

Тут тропинка сделала поворот, и Дарин с изумлением убедился, что иногда слова Кёртиса имеют обыкновение сбываться прямо-таки немедленно.

Грот, действительно, был рядом, рукой подать, но возле входа лежало громадное чудовище, покрытое зеленоватой чешуей с металлическим отливом. С его могучей шеи свисала бурая грива, похожая на охапку спутанных водорослей, на усеянной шипами спине покоились большие черные сложенные крылья. В траве змеился длинный хвост, тоже усаженный костяными острыми шипами. Взгляд круглых желтых глаз чудовища был прикован к Басиянде. Несчастный раб, совершенно неожиданно для себя, наскочивший на такое страшилище, замер, оцепенев от ужаса.

— Дракон! — воскликнул Дарин.

Видеть драконов ему еще не доводилось, но это существо, закованное в чешую, как в панцирь, конечно же, не могло быть никем иным.

Чудовище медленно поднялось на лапы, толстые и короткие, снабженные острыми кривыми когтями, и повернуло бугристую голову, рассматривая незваных гостей.

— Кто осмелился нарушить покой дракона? Ты? Что ж, взгляни на меня, и узреешь такое, что приведет тебя в ужас, а может, и лишит рассудка!

Услыхав низкий рокочущий голос чудища, Басиянда окончательно растерялся и что-то пискнул, стараясь выдавить хоть пару слов. Дарину показалось, что раб вот-вот грохнется в обморок.

— Э… я… я всего лишь путный бедник… э… бедный путник… — залепетал Басиянда, дрожа. — А это мои…

— Знаешь ли ты, что я обладаю таким могуществом, что тебе и не снилось?! Я внушаю ужас и трепет, оттого-то путники остерегаются заходить сюда! Давненько я никого не видел, — многозначительно заметило чудовище. Оно переступило с лапы на лапу, клацнув изогнутыми когтями. — Даже поговорить не с кем. Так, раз в сто лет занесет кого-нибудь… то купца, то разбойника… да какие-то они все неразговорчивые! В собеседники не годятся… спросишь их о чем-нибудь, а они только мычат в ответ да трясутся. Совсем, как ты! Боятся и правильно делают! Так что не искушай меня продемонстрировать тебе, смертный, на что я способен! Эй, человек, — обратился он к Басиняде. — А ты-то умеешь говорить?

Раб поспешно закивал, но от страха не смог вымолвить и слова.

— Понятно, — с явным разочарованием произнесло чудовище. — Вряд ли ты подойдешь мне для беседы. Я хотел было оказать тебе великую честь, снизойти до разговора… кстати, я — старейший дракон из своего племени, и сильнейший, к тому же! Твоя жизнь твоя для меня все равно, что трава, которая вырастает по весне и вянет с осенью…

Дракон зевнул во всю пасть, оскалив желтые клыки.

— Погодите! — отчаянно крикнул Дарин. — Не ешьте его!

Чудовище окинуло тощего взъерошенного Басиянду пренебрежительным взглядом.

— Да кто собирается его есть? — с отвращением спросило оно. — Вы вообще хоть что-то о драконах знаете? Мы питаемся исключительно девственницами!

Басиняда, улучив момент, отскочил и проворно метнулся в сторону, так, что едва не сбил с ног Дарина.

— Господин, ужасное происшествие! — возбужденно затараторил он, вцепившись в хозяйскую рубаху. — Ты только что едва не лишился своего лучшего раба! Ты как хочешь, господин, а я больше от тебя ни на шаг. В конце концов, защищать и охранять своего раба — это твоя первейшая обязанность!

Тут в разговор вмешался Кехелус.

— Эй, ты! — повелительно крикнул он дракону. — Я с тобой говорю, жалкая ничтожная ящерица! Почему ты называешь себя…

— Заткнись! — перебил его Дарин. — Сейчас опять все испортишь!

— Я — ужас и кошмар этой рощи, — громовым голосом продолжал дракон. — Страх и трепет всего живого! Я — ваша смерть, неумолимая, как рок и неотвратимая, как… как… — он задумался на мгновение. — Ну, неважно. Придумайте сами. Многие странники пытались пройти мимо, но еще никому это не удавалось. Я — страж грота и бесполезно молить меня о пощаде! — Он расправил черные кожистые крылья и принял величественную позу.