КОНСПЕКТ ЛЕКЦИИ О НАРОДНОМ И ГОСУДАРСТВЕННОМ ХОЗЯЙСТВЕ - Витте Сергей Юльевич - Страница 76

В основание преобразования Коммерческого банка положено то общее положение, что, сообразно своему прямому назначению, банк должен употреблять доверенные ему суммы не иначе как в оборотах краткосрочных, которые одни могут соответствовать принимаемым им на себя обязательствам по вкладам. Поэтому ему может быть предоставлено производство ссуд исключительно под торговые ценности сроком не далее 9 месяцев; что же касается ссуд под недвижимые залоги, то эти операции были устранены как несвойственные кредитному учреждению, имеющему целью содействовать облегчению и оживлению собственно торговых сделок.

Высочайшее утверждение устава Государственного банка последовало 31 мая 1860 года. Тем же высочайшим повелением было определено упразднить Государственный заемный банк, передать в непосредственное ведение министра финансов сохранные казны, а также приказы общественного призрения в отношении возложенных на них кредитных операций, все вклады государственных кредитных установлений передать в Государственный банк с возложением на него платежа процентов и возврата капиталов, а ссуды из этих установлений, выданные Государственному казначейству и казенным местам, соединить в один общий долг Государственного казначейства Государственному банку.

Таким образом, Государственный банк получил тяжелое наследие — ликвидацию прежних кредитных установлений. С одной стороны, к нему поступали платежи по ссудам, выданным из этих установлений; с другой — он производил возврат вкладов, и обороты по этим операциям достигали весьма крупных размеров.

Затем следует отметить то положение, в котором оказался Государственный банк в отношении к Государственному казначейству по произведенным этим последним позаимствованиям из прежних кредитных установлений. Позаимствования эти пополнялись посредством выпуска бумажных денег (государственных кредитных билетов), которые ко времени учреждения Государственного банка не были разменны на звонкую монету. К 1861 году находилось в обращении кредитных билетов на 713 млн рублей, обеспеченных разными ценностями всего на 93 млн рублей; разность между этими суммами (620 млн руб.) была зачислена беспроцентным долгом Государственного казначейства за кредитные билеты.

В 1894 году устав Государственного банка 1860 года был видоизменен. Главные изменения коснулись организации высшего надзора за деятельностью банка, устройства управления банком, с преобразованием бывшего правления в совет, облегчения нескольких ранее допущенных операций (особенно учетной и подтоварной), с введением нескольких новых, увеличения основного капитала и т. д.

В 1897 году, в связи с исправлением денежного обращения, последовал знаменательный для Государственного банка высочайший указ 29 августа, которым установлены твердые основания для выпуска государственных кредитных билетов, причем на Государственный банк возложены обязанности, свойственные эмиссионным банкам Западной Европы. На этом указе необходимо остановиться.

При своем учреждении Государственный банк не получил эмиссионного права. Хотя государственные кредитные билеты выпускались банком, снабжались подписью его управляющего, а надпись на них делала их разменными в кассах банка, но выпуски эти производились по требованиям правительства исключительно для казенных надобностей, причем правил для этих выпусков не существовало, и в действительности размен был приостановлен. Банк фактически не нес никаких обязательств по этим билетам. Все выпуски значились в особом отделе баланса банка, и там же показывался разменный фонд, причем сумма не обеспеченных фондом билетов числилась долгом казначейства. Восточная война вызвала новые выпуски кредитных билетов, сумма которых к 1879 году достигла 468 млн рублей. Но все эти выпуски, обращавшиеся на надобности казны, отнюдь не усиливали средств банка для ведения его коммерческих операций, как то бывает в банках эмиссионных.

Эмиссионное право в собственном смысле предоставлено Государственному банку лишь упомянутым высочайшим указом 29 августа 1897 года, которым постановлено, что государственные кредитные билеты выпускаются Государственным банком в размере, строго ограниченном настоятельными потребностями денежного обращения, под обеспечение золотом. Сумма золота, обеспечивающая билеты, должна быть не менее половины общей суммы выпущенных в обращение кредитных билетов, когда последняя не превышает 600 миллионов рублей. Кредитные билеты, находящиеся в обращении свыше 600 миллионов рублей, должны быть обеспечены золотом по крайней мере рубль за рубль. Затем высочайшим указом 14 ноября 1897 года об изменении надписей на кредитных билетах подтверждена обязанность банка производить размен билетов на золото, по нарицательной цене.

Таким образом, ныне Государственному банку принадлежит эмиссионное право, причем максимальное количество непокрытых золотом билетов определено в 300 миллионов рублей, с обязанностью банка разменивать билеты на золото по предъявлении. Для предоставления банку фактической возможности размена в его распоряжение передан весь прежний разменный фонд и, сверх того, часть принадлежавшего Государственному казначейству золота; но, с другой стороны, кредитные билеты, которые банк обязан, в случае требования, разменивать на золото, введены в его обязательства, т. е. полной суммой включены в его пассив; разница между переданным золотом и выпущенными билетами составляет долг Государственного казначейства банку.

На этом основании Государственный банк в сентябре 1897 года принял на себя обязательство по размену кредитных билетов, находившихся в то время в обращении на 1068,8 млн рублей, получил от казны золота на 862,5 млн и записал за казною долгом остальные 206,3 млн. Последующими уплатами долг этот ныне уменьшился до 50 млн рублей.

По своему уставу Государственный банк имеет целью облегчение денежных оборотов, содействие посредством краткосрочного кредита отечественной торговле, промышленности и сельскому хозяйству, а также упрочение денежной кредитной системы.

В этой формулировке назначения банка особое значение имеет указание на краткосрочность его ссудных операций, что вытекает из основного правила банковой техники — соответствия банковых активов и пассивов. Что касается возложенного на него упрочения денежной кредитной системы, то с изданием указа 29 августа 1897 года главная, вытекающая отсюда обязанность банка заключается в обеспечении размена кредитных билетов на золото. Для этого банку надлежит, во-первых, иметь постоянно не менее указанного в законе запаса золота и, во-вторых, вести все свои операции, строго сообразуясь с правилами банковой техники, чтобы не последовало усиленного отлива золота. В действительности наличные запасы золота в банке значительно превышают требуемую законом норму.

Независимо от достаточной наличности золота в кассах банка, для прочности денежного обращения необходимо, чтобы в обороте находилось возможно большее количество золотой монеты, с соответствующим сокращением кредитных билетов. Эту цель банк настойчиво преследовал и достиг таких результатов, что со времени издания указа 29 августа 1897 года количество кредитных билетов, выпущенных в обращение, уменьшилось с вышеуказанной цифры 1068,8 млн до 630 млн рублей, а количество золотой монеты в обращении возросло с 65 млн до 639 млн рублей (на 1 января 1900 года).

Основной капитал банка увеличен до 50 млн, а запасной определен в 5 млн рублей, причем накопление его до этой нормы производится отчислениями из прибылей банка. Убытки банка подлежат отнесению сначала на запасной капитал, потом на основной и по исчерпании этого последнего — на средства Государственного казначейства, которое, таким образом, отвечает по операциям банка. С другой стороны, чистая прибыль банка по покрытии всех расходов и по производстве отчислений в запасной капитал и некоторых других поступает в доход казны. Чистая прибыль банка в некоторые годы достигала 12,5 млн рублей, причем отчисление в казну определялось в цифре 9 млн рублей.

Выше было указано, что в 1817 году учрежден Совет государственных кредитных установлений, надзору которого был подчинен бывший Коммерческий банк, а затем и Государственный банк. При преобразовании этого последнего в 1894 году было принято во внимание, что надзор за банком со стороны Совета был совершенно фиктивным и утверждение Советом отчетов банка сводилось к простой формальности.