КОНСПЕКТ ЛЕКЦИИ О НАРОДНОМ И ГОСУДАРСТВЕННОМ ХОЗЯЙСТВЕ - Витте Сергей Юльевич - Страница 74

По роду своей деятельности ипотечные банки разделяются на две группы: 1) банки поземельные, выдающие ссуды преимущественно под сельскохозяйственные имения, причем выпускаемые ими обязательства носят название закладных листов, и 2) кредитные общества — для выдачи ссуд под городскую недвижимость, обязательства которых по большей части именуются облигациями.

Большинство ипотечных банков учреждается на акционерном начале и имеет основной капитал, образуемый выпуском акций. Доходы банков составляются из поступлений от заемщиков, с которых сверх процентов по ссудам и погашения обыкновенно взыскиваются еще некоторые дополнительные взносы на расходы по управлению и образованию запасного капитала для покрытия могущих быть убытков. Из этих поступлений покрываются все расходы банков, и прежде всего платежи по облигациям, а затем остаток составляет дивиденд на акционерный капитал.

На случай неисправности заемщиков уставами ипотечных банков назначаются известные льготные сроки для уплаты недоимок, по истечении которых имения назначаются в продажу, причем покупщик или погашает долг сполна, или принимает его на себя, уплачивая банку всю недоимку.

Общества взаимного кредита отличаются от других коммерческих банков своим устройством, но не операциями. Они основаны на началах товарищества, причем личным кредитом в этих банках могут пользоваться лишь участники (а не посторонние лица), и те же участники несут ответственность за могущие быть убытки. Общества взаимного кредита не имеют, в отличие от акционерных банков, точно определенного капитала, но капитал их образуется из взносов участников и потому изменяется с изменением их числа. Новые члены принимаются по личному доверию, по поручительству или же по представлении обеспечения (недвижимым имуществом или ценными бумагами). Каждому участнику открывается кредит, в размере которого он, с одной стороны, может пользоваться ссудами в обществе, а с другой — должен отвечать по его долгам, в чем выдает обществу особое обязательство; при самом вступлении, он должен сделать взнос в известной доле открытого кредита (например, 10 %). Сумма обязательств участников составляет капитал обеспечения, а сумма взносов — оборотный капитал. Источником для выдачи ссуд являются как оборотный капитал, так и вклады членов и посторонних лиц, привлекаемых на общих основаниях.

Ссудные операции обществ взаимного кредита одинаковы с операциями, производимыми обыкновенными коммерческими банками, с тем лишь отличием, что большинство таких обществ выдают ссуды исключительно участникам (хотя некоторые допускают выдачу ссуд под залоги также сторонним лицам). Прибыль от операций распределяется между членами соразмерно их участию (обыкновенно пропорционально открытым кредитам). Так же распределяются и могущие произойти убытки, причем в случае неуплаты участником падающей на него по разверстке доли, взыскание обращается на представленное им обеспечение, а в случае недостаточности этого обеспечения — на прочее имущество. На началах взаимности учреждаются и поземельные банки долгосрочного кредита.

Лекция XXIV

В предыдущей лекции было объяснено, что свобода выпуска банковых билетов в европейских государствах постепенно ограничивалась с подчинением этих выпусков правительственной регламентации. Прежде эмиссионным правом пользовалось значительное число сравнительно мелких банков, действовавших наряду с крупными центральными банками. Мало-помалу дарованные этим последним банкам привилегии были расширены, и, наконец, за ними закреплено было монопольное право выпуска банкнот, за что банки, со своей стороны, оказывали правительствам существенные услуги (выдача ссуд государственному казначейству, уступка в пользу казны части прибылей и т. п.). Таким образом, явились привилегированные центральные банки с исключительным правом выпуска банковых билетов.

Центральные банки называются государственными банками в обширном смысле этого слова. Но, в сущности, они являются банками смешанного типа, так как капитал их принадлежит частным лицам — акционерам, которые принимают в большей или меньшей степени участие в управлении делами банков. В чистом виде государственными банками следует признавать такие, которые не имеют формы акционерных обществ и получают свои капиталы из казны. Таков наш Государственный банк.

Против чисто государственных банков приводятся два соображения. Во-первых, этим банкам в особенности присущ общий недостаток центральных банков, именно чрезмерное подчинение правительству, в руках которого они делаются послушными орудиями для разного рода финансовых операций; во-вторых, государственные банки в чистом виде построены на бюрократическом начале, их служебный персонал склонен проявлять формализм и начальственное отношение к клиентам, вследствие чего такие банки мало приспособляются к живому банковому делу.

Соображения эти не могут быть, однако же, признаны безусловно основательными. Что касается второго довода, то указанный недостаток устраним надлежащим подбором служащих и установлением возможно простых правил для делопроизводства и банковых операций. Серьезнее представляется первое возражение. Но следует заметить, что и акционерные центральные банки также не свободны от правительственного вмешательства; они также легко подчиняются предъявляемым к ним требованиям финансового ведомства, с одной стороны, рассчитывая получить этим путем различные выгоды, например, расширение или продление эмиссионной привилегии, а с другой стороны, просто уступая силе. История всех центральных банков на Западе испещрена страницами правительственного вмешательства в их дела, приводившего нередко к роковым для банков последствиям. Возникновение самого независимого из этих банков — Английского банка — обусловлено было необходимостью для правительства получить ресурсы на ведение войн. Вся история Английского банка, особенно в течение XVIII столетия, тесно связана с финансовыми затруднениями правительства, которому банк вынужден был приходить на помощь в ущерб своим коммерческим операциям. Только ценой согласия на ссуды казначейству банк получал разрешения на продление своих привилегий. Вследствие этих постоянных позаимствований банк неоднократно испытывал стеснения в денежных средствах и вынужден был прибегать к выпуску процентных обязательств, а в конце прошлого столетия те же обстоятельства заставили банк приостановить размен. Во Франции в эпохи политических затруднений правительство постоянно обращалось к помощи Французского банка, и значительные позаимствования, достигнувшие, например, в войну 1860–1871 годов колоссальной цифры 1,5 миллиарда франков, вынуждали банк приостанавливать размен банкнот, получавших принудительный курс. Особенно поучительна в рассматриваемом отношении история Австро-Венгерского банка. Правительство не только постоянно черпало свои ресурсы у банка, но даже было вынуждено прямо нарушать его привилегии. События 1848 года довели цифру позаимствований государственного казначейства у банка до 189 миллионов гульденов, причем размен банкнот был приостановлен, и правительство само стало выпускать процентные кредитные билеты в нарушение эмиссионной привилегии банка. В 1866 году привилегия эта была подтверждена, количество банкнот точно ограничено, но в том же году новые политические затруднения заставили правительство прибегнуть, несмотря на формальные протесты банка, к выпускам государственных бумажных денег, количество которых быстро возросло до 400 миллионов гульденов.

Изложенное показывает, какое значение может иметь независимая организация эмиссионного банка, когда дело идет о насущнейших интересах государства. Вообще вопрос о том, какая форма организации лучше — государственная в чистом виде или смешанная, — не может получить безусловного разрешения. Ответ зависит от обстоятельств данного случая и прежде всего от строя государства. У нас, при самодержавной форме правления, центральный банк должен быть непременно государственным. При самодержавии не может быть опасности, что банк будет служить интересам той или другой политической партии, но есть полная гарантия, что на первый план будут поставлены интересы общегосударственные; с другой стороны, обусловленное вмешательством частных акционеров ограничение свободы действий банка, направленных под руководством облеченного высочайшим доверием лица, к удовлетворению общегосударственных интересов, совершенно не соответствует принципу самодержавия.