КОНСПЕКТ ЛЕКЦИИ О НАРОДНОМ И ГОСУДАРСТВЕННОМ ХОЗЯЙСТВЕ - Витте Сергей Юльевич - Страница 69

Облигации государственные, гарантированные правительством, а также облигации разных солидных предприятий и банков являются очень верной и удобной формой помещения капиталов из процентов, вследствие чего они имеют огромное распространение. На первой ступени своего развития кредит не имеет определенной организации. В этом фазисе не существует лиц или учреждений, которых профессия и назначение заключались бы именно в оказании кредита, т. е. в ссуде денег. Ссуды даются в виде личного одолжения, а кредитные сделки ограничиваются кругом близких друг другу людей, вполне сохраняя домашний характер. Но затем мало-помалу являются лица, которые специально занимаются отдачей денег в заем, причем получаемый по ссудам процент составляет для них средство к существованию.

Такие лица именуются ростовщиками (от слова «рост», т. е. процент с капитала) и банкирами. Последнее наименование, происходящее от итальянского слова banco — скамья, имеет свою историю. В средние века при разнообразии монет и обращении в большом количестве монеты порченой бьшо очень важно получить возможность обменивать монеты на такие деньги, которые беспрепятственно обращались бы в данной местности. Вследствие этого возникла, прежде всего в Италии, особая профессия менял, которые являлись с мешками монет на рынки и площади и здесь располагали на скамьях {banco) эти мешки для производства размена; отсюда и название банкиры. Таким образом, первый банкир был менялой7. Имея для целей размена известный запас монеты, менялы эти к операции размена присоединяли и другую операцию — выдачу денежных ссуд из этого запаса.

В русском языке для слова «банкир» нет точного выражения, ибо понятие ростовщика с ним не совпадает. Под ростовщиками понимаются такие заимодавцы, которые эксплуатируют нуждающихся в кредите требованием крайне тяжелых условий займа и в особенности высокого роста.

Размер роста подчинен общему экономическому закону спроса и предложения и зависит от соотношения имеющихся свободных капиталов и спроса на них. Говоря о спросе на капиталы, надо иметь в виду такой спрос, который исходит от лиц, заслуживающих доверия или обладающих достаточным имущественным обеспечением, притом в пределах этого доверия или обеспечения. Если кредита ищут лица, благонадежность которых сомнительна или неизвестна, а имущественное обеспечение отсутствует или недостаточно, то очевидно, что общее количество свободных капиталов, ищущих помещения из процента, не имеет особого значения для таких лиц, ибо количество это может быть весьма велико, а число капиталистов, готовых дать деньги в ссуду такого рода заемщикам, крайне незначительно. Этим и объясняется возможность повышать процент по такого рода кредитным сделкам почти до произвольной величины при низком общем уровне рыночного процента. С одной стороны, при сильной нужде в деньгах и безвыходном иногда положении, ищущий ссуды готов заплатить какой угодно процент тому, кто согласится ссудить его деньгами, при невозможности найти деньги в другом месте; с другой стороны, ростовщик эксплуатирует такое положение заемщика и делает его источником наживы, назначая ростовщический процент, хотя должно заметить,

На базарах Востока такие менялы встречаются поныне. что в этом проценте значительную долю составляет страховая премия для покрытия убытков, весьма возможных по такого рода сделкам.

Эксплуатация неимущего класса ростовщиками встречала всегда сильное осуждение как в обществе, так и в научных сочинениях. Выше указано, что даже закономерность процента вообще вызывала сомнение; чрезмерный же процент, явно отяготительный для нуждающегося в кредите, признавался противным доброй нравственности и требующим репрессалий со стороны законодательной власти. Вследствие этого явились законы о ростовщиках и ростовщических действиях. Разрешение вопроса на практике казалось с первого взгляда очень простым: следует установить предельный процент, который дозволяется назначать по долговым обязательствам (так называемый указный рост), а взимание высшего процента воспретить; затем сделки, совершенные с нарушением этого правила, признавать недействительными и лиц, взимающих высший процент против указного (так называемые лихвенные проценты), привлекать к уголовной ответственности. В этом смысле изданы были законы во многих государствах, в том числе и в России. Но на практике скоро выяснилась их несостоятельность, так как они давали широкий простор к обходу. Вместо того чтобы выговорить в долговом обязательстве 50 %, заимодавец может потребовать от должника, получившего в ссуду 100 рублей, написание долгового обязательства на 150 рублей и достигнет своей цели. Таким образом, в этом виде закон не ограждает должника. Но мало того. Опасение уголовной ответственности уменьшает число ростовщиков, а остающиеся еще более возвышают процент, так как к страховой премии за риск потерять капитал присоединяют еще премию за риск подвергнуться уголовной ответственности. Наконец, установление указного процента представляет ту практическую трудность, что размер процента вообще не одинаков по разным местностям, и то, что можно признавать умеренным в одном пункте, представляется чрезмерным в другом.

Поэтому все культурные государства стали постепенно отменять законы об указном росте, с предоставлением права определять размер процента свободному соглашению сторон. Но отмена эта отнюдь не должна была иметь последствием свободу ростовщических действий. Напротив того, вслед за отменой указного процента, признано было необходимым издать законы, направленные к стеснению ростовщичества, причем отличие этих законов от прежде действовавших заключается в том, что признание сделки ростовщической обусловлено не столько размером роста, сколько особыми условиями сделки. Именно, если заимодавец, пользуясь стесненным положением заемщика, понудил его взять ссуду из чрезмерного процента на условиях, крайне для него обременительных, то за такие действия виновный подвергается уголовной ответственности, а самая сделка признается ничтожной. При такой постановке чрезмерный рост сам по себе не делает договора о займе ростовщическом, а заимодавца наказуемым по уголовным законам. Необходимо, чтобы сверх того сделка была действительно крайне стеснительна и тягостна для заемщика. В этом именно смысле изданы законы о ростовщичестве в Германии, в Австрии и в России. Наш закон (24 мая 1893 года) подвергает наказанию за ссуду капитала в чрезмерный рост или под обеспечение чрезмерной неустойки в случае, если заемщик был вынужден своими стесненными обстоятельствами, известными заимодавцу, принять условия ссуды, крайне обременительные или тягостные по своим последствиям, или если заимодавец скрыл чрезмерный рост каким-либо способом, как то: включением роста в капитальную сумму в виде платы за хранение, или неустойки и т. п. При этом ростовщическое обязательство признается не имеющим силы. Подобное же постановление издано и для ссуд сельским обывателям хлебом, или припасами, или же деньгами, под условием возврата хлебом, припасами или работой. Упомянутый в законе чрезмерный рост точно определен, а именно свыше 12 %. Норма эта определяет лишь тот предел процентов, до которого взимание их безусловно не наказуемо и превышение которого может влечь ответственность лишь при других указанных в законе признаках ростовщичества.