Эльф и вампир - Картур Елена Викторовна - Страница 70

Хороший получился пикничок, семейный. Уютный даже.

Сделав несколько набросков величественно возлежащего на валуне барса, я уже подумывала, как бы уговорить его вернуться в человеческий облик и раздеться. Навязчивая идея меня не оставила. В принципе больших проблем с этим возникнуть не должно было. Я уже поняла, что в этой семье таких вещей, как отсутствие одежды, стесняться не принято, это у них что-то звериное, видимо. Но не могу же я просто подойти и сказать: «Слушай, разденься, хочу нарисовать тебя нагишом». И уже практически придумала, как бы все это сказать этак деликатно, но вдруг барс резко поднялся, насторожив уши и беззвучно оскалившись. А оба спорщика разом заткнулись, насторожившись. Спустя несколько мгновений я и сама почувствовала, как странный холодок пробежал по спине. Что-то опасное появилось поблизости. Сердце тревожно сжалось.

Барс стремительно спрыгнул с валуна и исчез между деревьев, остальные собрались вместе, настороженно прислушиваясь к своим ощущениям.

— Нечисть, — спустя какое-то время уверенно сказал Антон.

— Нежить, — уточнил Лис, вынимая из ножен и кладя на колени необычной формы короткий волнистый меч. Мне казалось, он в любой момент готов сорваться с места — в бой или на поиски родных. Ведь где-то там еще и Дила, которая пока не вернулась. — Нежить, и очень опасная, — повторил князь. — Кажется, Холос в который раз пытается избавиться от основных противников, до того как начнется вторжение.

Меня передернуло от неприятного, зябкого чувства. Что бы к нам не приближалось, оно распространяло вокруг стылую ауру смерти. Становилось тревожно и немного страшно. Я поспешно отложила папку с эскизами, потому что непроизвольно начала принимать боевую форму. Антон последовал моему примеру, да и князь уже не очень был похож на эльфа, в глубине его расширившихся зрачков мерцали багровые угольки, делая взгляд совершенно безумным, а острые уши увеличились и, обрастая песочного цвета мехом, поползли на макушку.

Наконец вернулись рысь и барс, выглядели они взбудораженными, со вставшей дыбом шерстью и оскаленными клыками. Тут же перекинулись в человеческий облик. Ну, относительно человеческий.

— Ну? — кажется, этот нетерпеливый вопрос вырвался у всех одновременно.

— Вагры, — коротко сказал герцог. И все, кроме меня, поняли. Даже Мэй, судя по разом побледневшему лицу. Остальные подобрались и посуровели, готовые прямо сейчас ринуться в бой.

— Сколько? — это князь.

Дила с герцогом переглянулись, словно не решаясь сообщить неприятную новость. Но вопрос требовал ответа.

— Восемь. Слишком много для нас.

— Слишком, — эхом согласился Лис.

От повисшей паузы мне стало страшновато. Что же это за вагры такие, что от известия о них все разом хватаются за оружие и напряженно бледнеют? Я бы сказала, что это больше всего похоже на страх, если такие сильные люди вообще способны испытывать подобные чувства.

— У нас еще достаточно времени, можно попробовать уйти, — сказал герцог, но никто не сдвинулся с места. — Они идут прямо на нас и определенно чуют цель.

— Каким образом? — спросил князь. — Твари Холоса не способны чуять нас, щит богини надежен. Их кто-то должен был направить.

— Например, братец мой, — сказал Антон, — он, как выяснилось, способен по-родственному находить меня в любой точке мира.

— Откуда такие сведения? — заинтересовался герцог.

— От его человека, — коротко ответил Антон. Это он, наверное, колобка имеет в виду. Который однажды ночью бесследно исчез с «Надежды». Подозреваю за борт, предварительно став жертвой вампирьих клыков.

— Нет никаких доказательств, что твой брат вступил в сговор с Холосом, да и не до того сейчас. Надо решать, как поступить с ваграми. Убить всех мы не сможем, если уйдем, они последуют за нами, уничтожая все живое на своем пути.

— Можно уйти через портал, — Дила неопределенно кивнула в сторону озера, но ее поняли.

— Тогда вагры пойдут в город, — покачал головой Антон, — и уничтожат все, что подвернется, пока маги смогут с ними справиться. От Нашона ничего не останется.

— Да нет, портал — это не самая плохая мысль, — задумчиво сказал герцог.

— Дед, ты думай быстрей, — несколько нервно поторопила Дила, — вагры, конечно, твари медлительные, но еще немного — и они до нас доберутся.

Я слушала этот разговор, и меня колотило от жуткого мертвенного холода, окутавшего, казалось, уже всю рощу. Где-то рядом раздавалось тихое потрескивание и шуршание. Чтобы немного успокоиться, я взяла нервно подрагивающего Мэя за руку, к нашим ногам жался испуганно поскуливающий щенок.

— Вагров можно заманить в портал, — сказал герцог, — они нацелены на нас, потому будут преследовать до конца. Если успеть изменить настройку в момент перемещения, можно перебросить их в какой-нибудь необитаемый мир. В принципе я знаю пару таких.

— Для этого придется нырять, — Антон кивнул на озеро. — А если кто-то из них останется?

— В гроте пересижу, в воду они не полезут…

Не знаю, что еще собирался сказать Антонов Наставник, но сделать этого он не успел. Между деревьев заклубилась густая мгла. А потом эти самые деревья с едва слышным шорохом начали таять, как свечки. Мгла пожирала рощу, приближаясь медленно, как в кошмарном сне.

Больше обсуждений и разговоров не было. Герцог просто рявкнул, чтобы мы шли к порталу таким тоном, что ни у кого даже мысли не возникло возражать. Мы просто сообразить не успели, как похватали вещи и разом двинулись к двум мощным деревьям, сросшимся так, что напоминали арку. А сам герцог, даже не раздеваясь, прыгнул в озеро.

— А дальше что? — шепотом спросила я у Антона не в состоянии отвести взгляд от медленно приближающейся мглы, в которой с жутковатыми звуками таяли деревья, будто сосульки на солнце. Тихое невнятное похрустывание, шуршание доносилось оттуда непрерывно.

— Ждем, когда они приблизятся, затем уходим в портал, — тоже шепотом ответил Антон.

— Я остаюсь, — вдруг сказал князь решительно, посмотрел на Антона. — Попадете вы, скорее всего на Землю, из-за резкой перестройки портала вас может разбросать. Постарайтесь вернуться быстрей, не забывайте, что время на Земле идет медленней, чем у нас, — договорив, он тоже нырнул в озеро. Дернувшуюся было следом, Дилу мы с Антоном еле удержали.

А мгла между тем сожрала последние разделяющие нас деревья. Стало видно, что внутри нее двигаются странные, угловатые и непропорциональные фигуры. Никак не удавалось понять — что это такое на самом деле. Эти восемь фигур клубились и менялись, кажется вместе с мглой, то вытягиваясь вверх, то вдруг раздуваясь в ширину. Они навевали жуть, леденя запредельным ужасом кровь. От этого холода у меня начало неметь тело. Щелчки, потрескивание и шелест стали совсем нестерпимыми, хотелось треснуться обо что-то головой, взвыть в голос, только бы не слышать этих сводящих с ума звуков.

— Пожиратели жизни, — нервно прошептал рядом Мэй. Его колотило, пожалуй, сильней, чем меня, а в эмоциях намертво переплелись дикая ненависть пополам со страхом. Для него, наверное, ужасней всего было смотреть, как гибнет живая природа.

В какой-то момент меня захватила безумная мысль, что мы так и останемся тут навсегда, дожидаясь, пока эта прожорливая мгла наконец доползет до нас и растворит в себе, как деревья, траву и, кажется, даже камни, оказавшиеся на ее пути…

И в этот момент меня рвануло назад, под арку, словно в пылесос затягивая, закружило, лишая всякой ориентации в пространстве. Ощущения были до изумления знакомые, именно так я попала недавно в этот мир. Так и ухожу, хорошо хоть в этот раз вполне живой.

Приземление на твердый грязный асфальт оказалось весьма болезненным. С дикими воплями мимо пронеслись две кошки.

Я медленно встала, отряхиваясь, осмотрела пустой замусоренный переулок, вдохнула загазованный воздух, от которого, оказывается, успела отвыкнуть.

— Ну, здравствуй, родина, — сказала я задумчиво. — И что же дальше?