Когда горит вода - Кулаков Сергей Федорович - Страница 46

– Нет? – удивился Роман. – Почему?

– Мы будем идти так.

Чой ударил ребром правой руки наискось раскрытой ладони левой.

– Наперерез? – догадался Роман.

– Да, – кивнул Чой. – Так.

– Но как ты знаешь, куда они пойдут?

– Я знать. Там один дорога.

– Ты уверен?

– Да.

Чой коротким тычком подтянул пояс, махнул рукой и направился в гущу леса.

– Идем, Роман.

Сопровождаемый по пятам Ти, как верным псом, Роман двинулся вслед за стариком.

19 июня, Южный Вьетнам, 7.30

Когда в отдалении зазвучали автоматные очереди, все замерли. И только руки машинально схватились за оружие.

– Что за хрень? – пробормотал Маркес, водя головой.

Стрельба велась из многих автоматов. Казалось, там завязался настоящий бой.

– «Калашниковы», – сказал Холмс.

– Тихо, – шикнул на него Том.

Через минуту стрельба прекратилась. И как все четверо ни вслушивались, не раздалось больше ни единого выстрела.

– Что это там могло быть, а, командир? – спросил Том майора.

– Много «калашниковых», – задумчиво ответил тот. – Значит, это парашютисты. Но на кого они наткнулись?

– На тех, кто идет за нами, – торжествующе выпалил Холмс.

– Похоже, – кивнул Олден.

– Значит, это не был один недобитый охранник? – задал самый неприятный вопрос Том.

Олден тяжело посмотрел на него.

– Спроси что-нибудь полегче.

– Ничего не понимаю, – сказал нервно Маркес. – Если не охранники сбили вертолет, то кто? А если охранники, то почему по ним стреляют свои?

Все замолчали, пытаясь разгадать этот ребус. Том думал так натужно, что его вздохи разносились по всей округе.

– Ни хрена не понимаю, – наконец выдал он.

– Я тоже, – признался Олден.

– Я же вам говорил, что вас все равно найдут, – сказал, улыбаясь, Брэксмар. – И лучше вам, молодые люди, не продолжать эту бессмысленную гонку. Я говорю это, жалея вас…

Четверка бойцов хмуро уставилась на него. И на этот раз их желание пристрелить старого ренегата было единодушным.

– Послушайте, профессор, – сказал, играя желваками, Олден. – Вы не похожи на человека, который во что бы то ни стало желает умереть.

– Не буду с вами спорить, – усмехнулся Брэксмар.

– Тогда зачем вы лезете на рожон? Вы не так глупы, чтобы не понимать, в каких обстоятельствах мы находимся. И я не стану рисковать жизнями моих людей из-за того, что каким-то мудакам в Вашингтоне захотелось с вами потрепаться. Вы меня понимаете?

– Угрозами меня не напугаешь, я вам уже говорил.

– Тогда просто не мешайте нам работать, – попросил Олден, едва сдерживая дрожащую в голосе ненависть.

– Это другое дело, – кивнул Брэксмар. – Чужой труд надо уважать. Даже такой, как ваш.

Он не скрывал своего издевательского отношения к спецназовцам, и Олден, преодолевая искушение, отвернулся.

– Маркес, заткни ему рот, – приказал он.

– С великим удовольствием, сэр, – откликнулся Маркес.

Он подскочил к профессору и, невзирая на слабые протесты, вогнал ему в рот резиновую грушу.

– Так-то лучше.

19 июня, Вьетнам, Ханой, 8.00

Нгок осторожно заглянул в гостевую комнату, где на широкой деревянной кровати лежал Фыонг.

– Я не сплю, – громко сказал тот.

Кряхтя, он поднялся, поискал взглядом бутылку с виски, которую прихватил с собой.

«Он стал много пить», – с грустью подумал Нгок.

– Есть какие-то новости? – спросил Фыонг.

– Есть, – подтвердил Нгок.

– Их нашли?

– Нашли. Но не их.

– То есть?

Фыонг добрался наконец до бутылки и сделал большой глоток прямо из горлышка.

– Только и хорошего, что придумали западные люди, так это виски, – сообщил он. – Благодаря ему, я часок поспал, и теперь могу работать хоть целый день. Так кого там нашли?

– Поисковая группа наткнулась на каких-то людей в лесу, – сказал Нгок. – Солдат увидел старика, приказал ему остановиться. Но тот бросился бежать.

– Какого старика? – перебил его Фыонг. – Профессора Брэксмара?

– Нет. Это был вьетнамец.

– Вьетнамец? Но почему он побежал?

– Неизвестно. Вторая группа вышла на перехват старика и обнаружила, что он не один. Вместе с ним была девушка-вьетнамка и мужчина-европеец.

– Ничего не понимаю, – признался Фыонг.

Он покосился на бутылку, но сдержался, заметив, как неодобрительно посмотрел на него старый друг.

– Понять в самом деле нелегко, – согласился Нгок. – Как эти люди оказались в зоне поисков диверсантов? Почему бросились бежать? Сплошные вопросы.

– Может, это и были диверсанты?

– Сомнительно. Их силы слишком малы, чтобы справиться с охраной. К тому же у европейца был при себе автомат Калашникова, а охранники перебиты из другого оружия.

– Так их все-таки взяли? – оживился Фыонг.

– К сожалению, упустили.

– Двумя группами не смогли поймать трех человек? – с негодованием воскликнул Фыонг.

– Там был бункер. Тот, что остался еще с войны. Неизвестные скрылись в нем. Солдаты их преследовали, но тем удалось взорвать тоннель. После этого их потеряли.

– Говорил же: мне надо было туда лететь!

Фыонг снова покосился на бутылку. Нгок перехватил его взгляд и поспешил отвернуться. Не хотел видеть столь явное проявление слабости у человека, которого долгие годы привык считать твердым, как кремень.

– Но как они узнали о существовании бункера? – уже спокойнее спросил Фыонг.

– Наверное, этот старик когда-то воевал в тех местах.

– Приметы старика запомнили? Надо разостлать его данные повсюду. Может, найдется какой-то след.

– Мы это уже делаем. Но, по сути, это лишь уводит нас от основных поисков. Диверсанты, захватившие профессора, до сих пор не обнаружены. Время в данном случае работает против нас. Если они успели уйти достаточно далеко, то существует опасность, что мы их уже не настигнем.

– А может, они уже улетели? – спросил Фыонг. – Мы ведь не знаем. Может, был второй вертолет, и все это бессмысленно?

Он, уже не таясь, взял бутылку, еще раз глотнул, и сел, по-стариковски сгорбясь.

«Он стал совсем жалким», – подумал Нгок.

– Второго вертолета не было, – твердо сказал он. – Были тщательно проверены показатели радарных станций. Обнаружено, что ночью действительно на нашу территорию проникло одно летательное средство. Но второго не было! И это лишний раз говорит о том, что диверсанты еще здесь.

– Быть может, – сказал Фыонг, – эти трое были лишь отвлекающей группой? Старик знает тамошние места, ему ничего не стоило поиграть в кошки-мышки с солдатами. При нем – один американец для затравки. Ну и какая-то девушка, возможно, связная.

– Хорошая мысль, – кивнул Нгок, светлея лицом. – Во всяком случае, это очень похоже на правду. Чтобы сбить облаву с толку, диверсанты могли пустить ее по ложном следу…

– Я о том и говорю, – кивнул Фыонг.

Все-таки зря его старый друг смотрит на него с такой укоризной, когда он прикладывается к бутылке. Пара глотков не делают его пьяным, но придают ясность уму и бодрость телу. По крайней мере, Ми-Ле на него, как на мужчину, не жалуется.

Вспомнив Ми-Ле, Фыонг почувствовал, как потеплело в груди.

– Надо срочно передать полковнику Чану, чтобы поиски этих троих не продолжали, – энергично сказал Нгок. – Или пускай стреляют на поражение, как только они снова объявятся. Они нам не нужны, и не стоит распылять на них силы. А то солдаты будут гоняться за ними целый день, а основную группу упустят.

– А если эти трое сейчас двигаются на встречу с основной группой? – возразил Фыонг. – Не следует ли предварительно с ними поговорить, чтобы узнать, где находится место встречи? Пускай солдаты стреляют по ногам, раненые быстрее раскалываются.

– Да, это вероятно, – спохватился Нгок. – Значит, их все-таки следует захватить в плен и допросить.

– Хотя бы одного из них. А он расскажет, где должна состояться встреча с группой.