Когда горит вода - Кулаков Сергей Федорович - Страница 40

Зажигалка в кулаке Нгока сухо треснула, и Фыонг вспомнил, что его друг имел черный пояс по вьет-во-дао и в молодости ударом руки ломал камни.

– Что будем делать, Нгок? – спросил он спокойнее.

– Ты знаешь, в каком мы положении. Добровольно возложив на себя эту миссию, мы решили хранить ее в тайне, даже от нашего руководства. Теперь, если все это выйдет на свет, нам несдобровать. Поэтому надо срочно восстановить статус-кво. Я уже распорядился послать людей на поиски нарушителей. Утром в том районе начнется масштабное прочесывание местности. Далеко они уйти не могли.

– А если их эвакуировали вертолетом?

– Тогда – это катастрофа, – сказал Нгок, с силой раздавливая окурок в пепельнице.

– По моим сведениям, в Южно-Китайском море сейчас находятся только корабли Соединенных Штатов, – помолчав, сказал Фыонг.

– Думаешь, это американцы заслали группу? – спросил Нгок, закуривая вторую сигарету.

– Возможно.

– А почему не русские? Не китайцы, в конце концов? Не кто-нибудь еще? Заброс группы можно было осуществить не только с корабля. Существует подводный путь, воздушный. Пеший, наконец…

– Этот почерк, – блеснул глазами Фыонг. – Уж больно он напоминает почерк янки. К тому же Ву, насколько я помню, сотрудничал с американцами.

– Спецслужбы всего мира работают одинаково, – заметил Нгок. – А господин Ву действительно сотрудничал с американской компанией. Но это еще ни о чем не говорит…

– Еще как говорит! – перебил его Фыонг. – Я руку даю на отсечение, что Ву продал нас Америке. Почему ты не видишь очевидного? Едва видеозапись испытаний синтезатора и акванона оказалась в руках Ву, на пещеру тут же совершили нападение. Надо брать его немедленно и подвергнуть самым суровым пыткам. Впрочем, я уверен, что эта заячья душа все выложит и без пыток.

– Не будем торопиться, Фыонг, – примирительно сказал Нгок, хотя ровный тон давался ему сейчас с трудом. – Предателя мы в любом случае найдем. А пока надо вернуть профессора. Сейчас это наша основная задача. Вернем Брэксмара – сможем все начать сначала. Не вернем – нам с тобой останется пустить себе пулю в лоб.

Друзья невесело переглянулись.

– Я сам отправлюсь на место и возьму на себя руководство поисками, – сказал Фыонг.

– Мне кажется, ни тебе, ни мне лучше там не показываться. Чем меньше наши имена будут связаны с пещерой, тем лучше. Я послал толкового офицера, полковника Чана, и этого достаточно. Если диверсанты еще не эвакуированы, они будут схвачены.

– Какие были грандиозные планы! – внезапно воскликнул Фыонг. – Наш маленький Вьетнам в одночасье становился супердержавой. Весь мир пошел бы к нам на поклон. А америкашки приползли бы на брюхе. О, мы бы заставили их пресмыкаться. И весь мир смотрел бы на них и видел, какие они жалкие. И никто более не считался бы с ними. Да они и сами развалились бы на части. Это страна бандитов и проходимцев. Года не прошло бы, как началась бы война между неграми и латиносами, между бандами гангстеров и армией. И мы, великие азиатские народы, приехали бы делить ее между собой.

Глаза Фыонга были мечтательно устремлены вверх, рука в такт словам пристукивала по подлокотнику.

– Избыток воображения вредит делу, мой друг, – сказал несколько раздраженно Нгок. – Сейчас мы должны думать о том, как исправить положение.

– Да, – отозвался Фыонг, и глаза его потухли. – Ты, как всегда, прав. Пора браться за дело.

19 июня, Южный Вьетнам, 3.20

Открыв глаза, Роман вдруг увидел, что перед его носом медленно волочится по земле какая-то палка. Палка была в пятнах, и в занимающемся сероватом рассвете отблескивала лакированной поверхностью.

Змея! Здоровенный питон полз по своим делам мимо спящего без задних ног русского шпиона.

Роман замер, подавляя желание вскочить и отбежать подальше от мерзкой твари.

– Он тебя не трогать, – послышался голос Чой. – Давай кушать, Роман. Надо идти.

Питон уже скрылся в зарослях. Роман поднялся, дрожа всем телом, принялся усиленно махать руками. Одежда его промокла до нитки, и хотя в этих изнурительно теплых местах воспаление легких ему не грозило, все же очень хотелось хотя бы на час попасть под солнечные лучи.

Чой сидел на корневище дерева, под которым они ночевали, и держал на коленях свою котомку, которая была так мала, что Роман ее не сразу и приметил.

– Мы идти и будет тепло, – сказал Чой, сочувственно глядя на вертящего всеми конечностями Романа. – Вот, возьми.

Он протянул кусок сухой рыбы, политый темным соусом. Завтрак трудно было назвать обильным, но все-таки это был завтрак.

Роман взял рыбу, поблагодарил и присел, чтобы не торопясь ее съесть. Из-за кустов вернулась Ти, свежая, как цветок. Забрала у деда свою долю, устроилась на корточках под деревом.

– Надо вернуться к вертолету, – сказал Роман, в одну минуту расправившись со своей порцией. – Ты сможешь найти дорогу, Чой?

– Да, – отозвался тот, старательно пережевывая каждый кусочек.

– Хорошо.

Роман покосился на Ти. Она уже поела, и теперь водила головкой, слушая гремящих наверху птиц и орущих обезьян. Девушка чувствовала себя так спокойно, будто была в турпоходе. Даже не верилось, что это она так лихо пальнула в вертолет. Вон, улыбается, слушая птиц. Блаженная, честное слово.

В Романе снова проснулись враждебные настроения, но он их быстренько подавил. И так понятно, что она пойдет вместе с ними. Да и дед не оставит ее одну. То, что им придется вступить в самый настоящий бой, причем с сильным, хорошо вооруженным противником, их, как видно, не беспокоило. Ну, тогда почему это должно беспокоить его?

– Идем, – сказал, доев, Чой.

Они двинулись через просыпающийся лес. Под ногами было скользко, с кустов, с деревьев, с лиан, змеящихся со всех сторон, текло, небо без устали сыпало то редким, то крупным дождем. Если солнце где-то и вставало, то разобрать, где, в этой мешанине зелени и воды было невозможно.

Чой тщательно выбирал маршрут, сверяясь по каким-то скрытым от его спутников приметам. Ландшафт был сложный: то подъем, то низина. Роман помнил, что они, удирая от американцев, бежали холмами и кочками. Но с какой стороны бежали, не знал хоть убей.

Зато Чой знал и вел их без спешки, но очень уверенно. Сжимая в руке свою пангу, он короткими, бесшумными взмахами перерубал то заградившую путь лиану, то ветку колючего кустарника. И не забывал все время замирать и прислушиваться.

Прислушивался и Роман. Американцы, которые вряд ли осмелились двинуться по ночным джунглям, могли устроить засаду. Или просто выставить пост, на который не хотелось нарваться. Поэтому следовало соблюдать осторожность.

Но пока все было тихо.

Вот Чой поднял руку со сжатым кулаком. Присел, доставая пистолет.

Присел и Роман, и идущая за ними Ти.

Чой поманил к себе Романа.

– Что? – прошептал тот, тихо подползая.

Чой указал вперед.

Сквозь переплетение листьев Роман, присмотревшись, увидел нечто черное и громоздкое. Оно лежало посреди поляны, испуская тонкие струйки дыма. Вертолет.

Роман похлопал Чоя по плечу и медленно двинулся в обход поляны, движением ладони направив Чоя в противоположную сторону.

Через пару минут они встретились на другой стороне поляны.

Американцы ушли.

– Посмотрим вертолет, – сказал Роман.

Чой кивнул и махнул рукой внучке, смирно сидевшей в укрытии. Приглашал малышку развлечься. Впрочем, Роман с похвальной стойкостью не реагировал на ее присутствие.

Они подошли к обгорелому остову, который, несмотря на дождь, все еще дымился.

В кабине сидело два обгорелых трупа. Пилоты.

Еще один скорчился за пулеметом – третий член экипажа.

Из-под обломков торчали обгорелые ноги. Это был тот неудачник, который попал под рухнувшую машину.

Но был и еще один труп. Его явно подбросили в салон уже после того, как вертолет упал.

– Этого убить ты, – сказал Чой.