Среди песчаных холмов - Ролофсон Кристина - Страница 6

Она пристально смотрела на него своими зелеными глазами и, поколебавшись, спросила:

– А миссис Томсон?

– Она умерла. Мне помогала с детьми моя тетка, Рут, но у нее хронический артрит, и теперь ухаживать за девочками для нее слишком тяжело.

– Примите мои соболезнования.

Он понял, что это касалось не хвори тетушки Рут.

– Да, вот такие дела.

Девочки вернулись в сопровождении официантки, которая несла поднос с их обедом.

– Не сердитесь на мои слова, – сказал он Эмме. – Было просто безумием предлагать вам все это.

Она промолчала и начала будить Макки, чтобы та проснулась и съела свой гамбургер. Мэтт стал деловито-оживлен: предлагал каждому кетчуп и горчицу, следил за тем, чтобы стаканы со взбитыми сливками не оказались слишком близко к краю стола и не опрокинулись кому-нибудь на колени. Он видел краем глаза, как Эмма раздала девочкам салфетки, и рассеянно слушал девичий щебет о том, кому нравятся помидоры, а кому нет.

Что ж, он сделал попытку, но она не ответила – ни согласием, ни отказом. Если б было чуть больше времени, может, удалось бы уговорить ее. Теперь же это безнадежно.

Марта сочла своим долгом сводить сестер в туалет, покуда папа расплачивается за еду. Ее обязанностью как старшей сестры было держать Макки за руку, чтобы та по дороге не потерялась. И еще она считала себя обязанной проследить, чтобы Мел и Макки вымыли руки после туалета.

Но сейчас, ожидая в зловонной уборной, пока сестры закончат свои дела, она мечтала об одном – быть среди них самой младшей и чтобы кто-то другой ждал ее.

– Давайте, – сказала она, – поторапливайтесь!

– Сейчас! – крикнула Макки. – Я запуталась в штанинах.

– Я уже все, – сказала Мелисса, открывая дверь.

– Вымой руки.

– Знаю. – Она протопала к раковине. – Не приказывай.

– Я старшая, – парировала Марта, хотя не испытывала от этого никакой радости. – Макки, скорее. Вся семья должна быть в сборе.

Мел вытерла мокрые руки о юбку и посмотрела на сестру с любопытством:

– Как это?

– Эмма должна поехать домой с нами.

– Я уже, – сказала Макки, распахнув дверь, и проследовала к умывальнику. Она весело оглядела вертушку с жидким мылом, подставила крохотные пальчики под струю розовой жидкости.

– О'кей, – сказала Мелисса.

– Скажи это папе.

– Что? – Макки приподняла руки, а Марта пустила воду и проверила, не слишком ли она горяча.

– Ополосни, – велела она младшей сестренке. – И поторапливайся.

– Я уже, – заладила маленькая копуша, играя с водой. – Мне нравится Эмма.

– Мне тоже, – заметила Мелисса. – Я думаю, она принцесса. Она купила нам розовые туфельки.

– Она не заставляла меня есть помидоры, – добавила Марта.

Их последняя нянька была с причудами. Предыдущая заставляла их есть булочки с мясом и, вместо того чтобы читать им сказки, болтала с их отцом. Тетушка Рут слишком уставала от игр, а тетушка Стеф не хотела, чтобы они жили на ферме, кроме того, у нее была аллергия на собак.

– Скажи папе, – повторила Мелисса. – Скажи папе: мы хотим, чтобы Эмма поехала домой с нами.

Марта всучила Макки бумажное полотенце, прежде чем та успела вытереть мокрые руки о тенниску.

– Эмма может сказать «нет».

– «Нет»? – переспросила Мел.

– «Нет»? – повторила за ней Макки.

– Да, – сказала Марта.

– Она плакала. Я думаю, у нее был плохой день.

– О-о… – У Макки затряслась нижняя губа.

– Не смей плакать, – велела ей Марта. – Побереги слезы на потом. Ты повиснешь на Эмме и не дашь ей уйти. Так, как ты сделала в магазине, помнишь? Малышка кивнула.

Мелисса выглядела озабоченной:

– А как насчет папы?

– Не волнуйся за папу, – сказала Марта, придав голосу побольше бодрости, чтобы успокоить Мелиссу. – О нем позабочусь я.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

– Почему вы предлагаете мне работу? Вы же ничего обо мне не знаете, – сказала Эмили.

Она аккуратно сложила салфетку, опустила ее на стол и лишь после этого подняла глаза на мужчину, который сидел рядом. С тех пор как три девочки убежали в туалет, в ресторанчике «Бабушкино угощение» стало во много раз тише, и Эмили удалось наконец задать тот вопрос, который не давал ей покоя во время еды. Казалось, он ждал этого вопроса.

– Вы уже прошли первое испытание.

– Какое?

– В магазине. – Мэтт Томсон слегка улыбнулся, что сделало его привлекательное лицо значительно моложе.

– Я подумала над вашими словами во время обеда, – начала Эмили, – и я…

– Вы способны размышлять во время обеда? Ну вот и еще одно испытание пройдено.

– Было весело. Шумно, конечно, я к такому не привыкла, – сказала она, вспоминая скучные официальные обеды с друзьями своего отца. – Но очень весело.

– Похоже, у вас нет детей?

– Нет.

Он посмотрел на ее руки, и Эмили обрадовалась, что давно спрятала в сумочку обручальное кольцо.

– И вы не замужем.

– Нет. Боже упаси. Послушайте, мистер Томсон. Я здесь… э… в отпуске. – Он удивленно поднял брови. Очевидно, городок Линкольн в Небраске чудно принять за курорт. – И пока не решила, чем заняться потом.

Фермер поднес к губам чашку и отпил немного кофе.

– Продолжайте.

– Собственно… – замялась Эмили.

Что же ей делать? Она могла бы позвонить Пауле и попросить перевести на ее имя деньги, но нельзя же занимать у подруги без конца. Снять деньги со счета в своем банке у нее нет возможности до вторника, поскольку из-за праздников и выходных банк работать не будет. А еще она может позвонить отцу и вернуться домой.

– Я заинтересована в вашем предложении, но не знаю, сколько времени смогу здесь пробыть.

– Время исчисляется в месяцах?

– В днях.

– В днях? – повторил он разочарованно. – Это меня мало устраивает.

– Вы даже не знаете, подхожу ли я вам. Пусть это будет испытательный срок.

Что она делает? Эмили с трудом подавила панику.

– Продолжайте.

– Нет, теперь вы расскажите мне, что за работу предлагаете.

В конце концов, именно он поднял вопрос о работе. Ему и продолжать разговор. Эмили подперла подбородок рукой и ждала объяснений, однако Мэтт Томсон вскочил со стула и стал поднимать с пола вещи. Он был человек действия.

– Мне нужен кто-то вроде матери, – сказал он прямо. – Вы забираете их из школы, отводите Макки в детский сад, печете кексы к чаю, готовите еду, стираете одежду и смотрите мыльные оперы или «Мелроуз-Плейс» – что угодно. Я ни во что не вмешиваюсь, пока девочки здоровы и счастливы.

Он назвал размер жалованья, медицинской страховки, сказал, что по воскресным дням она свободна и что может пользоваться его фургоном.

– Вы будете членом нашей семьи, – добавил он и бросил обеспокоенный взгляд в сторону туалета. – Это не слишком тяжелая работа. А то, сколько вы здесь пробудете, полагаю, не имеет значения. Вы могли бы на худой конец отработать пару месяцев, пока я не найду по рекламному объявлению кого-то еще.

Не слишком ли обременительна будет такая работа? Однако она получит независимость. У нее будет где жить, пока она не разберется со своими проблемами. Пока не сможет вернуться домой.

– Две недели испытательного срока, – настояла она, понимая, что больше не выдержит. – Полагаю, договор заключен. Как по-вашему?

Эмили передвинула свои коробки и сумки и поднялась из-за стола.

– Эмма! – крикнула Мелисса, ведя за собой се стер. – Куда вы?

Макки разразилась громкими рыданиями и обхватила ноги Эмили. Марта попятилась назад, призывая глазами отца сделать хоть что-нибудь, дабы прекратить это безумие.

– Макки, пожалуйста, – сказала Эмили, видя, как люди вокруг оборачиваются на них. – Не надо плакать. Честное слово, не надо.

Девочка посмотрела на папу, чтобы понять, как себя вести.

– Ты едешь с нами или нет?

– Еду, – ответила Эмили.

Руки у нее были заняты, а малышка все крепче сжимала ее колени. Она опустила на пол сумку с покупками и дорожный чемодан, а потом погладила ребенка по голове.