Случай из практики - Измайлова Кира Алиевна - Страница 73

- Зачем пожаловала? - ворчливо спросил дед, обозревая учиненный мною в библиотеке разгром. Увы, его собранию далеко до содержащейся в образцовом порядке королевской библиотеки, поэтому выудить какой-либо том, не обрушив гору книг, под которыми он лежит, невозможно. - Заняться нечем?

- Тебе, случайно, не знакома фамилия Лауринь? - ответила я вопросом на вопрос. Ворчал дед по привычке, а на самом деле был рад, что я выбралась к нему по делу. Это доказывало, что я не могу обойтись без его помощи, и льстило его самолюбию.

- Знакома, разумеется, - фыркнул дед, размещаясь в кресле. - Это твой лейтенантишка.

- Это понятно, - кивнула я, грызя черенок трубки. - А больше никого не припоминаешь?

Дед призадумался. Он явно заинтересовался, однако спрашивать меня, для чего это мне понадобились представители семьи Лауринь, не собирался. Ждал, видимо, пока я сама все расскажу. Я, разумеется, собиралась удовлетворить его любопытство, но тне сразу. Пускай теряется в догадках… Он тоже частенько так поступает - это у нас семейное.

- Лет двадцать назад или даже побольше, помнится, появилась при дворе некая девица Лауринь, арнайя, - сказал он, наконец, пожевав губами. - Потом вышла замуж за какого-то остолопа и пропала из виду. Кстати сказать, этот мальчишка здорово на нее похож. Должно быть, какая-то родственница по отцу, тетка, к примеру.

- И все? - удивилась я. - Больше никого не помнишь? Должен был быть какой-то офицер…

- Не помню таких, - недовольно ответил дед.

Очень интересно! Если дед не помнит офицера по фамилии Лауринь, вполне может оказаться, что его и не существовало вовсе. На дедову память можно положиться даже больше, чем на королевский архив…

И тут-то, наконец, я нашла нужную страницу в атласе, вгляделась в трудночитаемую надпись, и протяжно присвистнула. Вот оно как! На карте не было никакого имения Лауринь. То есть имение-то было, вот только принадлежало оно, если верить карте (а отчего бы ей не верить?), семье Лагарста. Совершенно незнакомая мне фамилия, но это еще ничего не значит.

- Что ты там нашла? - поинтересовался дед. Его донимало любопытство, но признаваться в этом он не желал.

- Фамилия Лагарста тебе ни о чем не говорит? - спросила я в ответ.

- Мы что сегодня, книгу дворянских родов наизусть повторяем? - каркнул дед, но, тем не менее, ответил, почти не раздумывая: - Припоминаю такого. Арнай Ференц Лагарста, если не ошибаюсь. Блестящий был офицер, вот только…

- Что - только? - заинтересовалась я.

- Только пропал бесследно лет пятнадцать назад, - хмыкнул дед. - Признаться, меня светские забавы уже мало занимали в то время, однако ходил слух, что этот Лагарста совершил преступление против чести. Сама знаешь, что за это полагается.

Да, в самом деле. Формулировка обтекаемая, под нее многое можно подогнать, но, если честно, это сейчас не важно. Выходит, Ференц Лагарста был осужден за преступление против чести. Серьезно… За это как раз и полагается разжалование, лишение дворянских привилегий, а также, в лучшем случае, ссылка. Лагарста еще легко отделался, будучи сослан в свое имение, а не изгнан за пределы Арастена. Итак, офицер Ференц Лагарста исчезает, будто его и не было вовсе. А некоторое время назад в столице объявляется офицер Лауринь. Если исходить из эмпирических наблюдений, наш лейтенант приходится сыном сосланному Ференцу Лагарсте. Кстати сказать, становится понятно, отчего у лейтенанта даже шпага казенная - согласно утвержденной процедуре, фамильную шпагу ломают над плахой, заменяя тем самым обезглавливание. Ритуал красивый, конечно, но мне любопытно - как поступали лет двести назад, когда в ходу были двуручные мечи? Но я отвлеклась. Итак, наш лейтенант является отпрыском семьи Лагарста, однако выступает под чужой фамилией. Хотя… почему чужой? Вовсе нет!

- Ну? - грозно спросил дед, недовольный затянувшимся молчанием. - Что ты еще выдумала?

- Видишь ли… - Я села на полу, скрестив ноги. - Та девица Лауринь, которую ты помнишь, скорее всего, приходится нашему лейтенанту не родственницей по отцовской линии, а матерью.

- И что с того? - удивился дед. - С каких пор ты увлеклась генеалогией захудалых дворянчиков? Или это ты по работе?

- Да какая там работа, - отмахнулась я. - Так. Тренирую мозги.

Однако хитер бывший офицер Лагарста! Он ведь не был мне представлен, я сама начала обращаться к нему - "арнай Лауринь", справедливо полагая, что отец лейтенанта должен носить ту же фамилию, а он вовсе не возражал. Оба не возражали, кстати сказать!

- Делать тебе нечего, - фыркнул дед. - Тратить время на подобную чепуху. Фе!…

Сие междометие означало у него высшую степень неодобрения. Впрочем, выслушивать его гневные тирады я не собиралась, поскольку выяснила почти все, что хотела, и могла откланяться.

Итак, что получается? Чтобы хоть как-то обеспечить семью, сын ссыльного Лагарсты отправляется в столицу под фамилией матери. Что ж, это разумно и вполне позволительно, в конце концов, во многих странах род исчисляется по материнской линии, а не по отцовской. Разве кто-то будет спорить, что любой человек всегда является ребенком своей матери, независимо от того, кто был его отцом? Кстати, отцовство-то поди еще, установи!

На службу юношу принимают, руководствуясь, видимо, тем, что сын за деяния отца не отвечает. Надо полагать, высшие чины прекрасно знали, кто он такой на самом деле: невесть откуда взявшегося арная должны были проверить от и до, правда выплыла бы мгновенно. И Его величество тоже был в курсе: приказы подписывает он. Этот же приказ непременно должен был идти с некой сопроводительной бумагой, обрисовывающей ситуацию, а уж не вспомнить фамилию того, кого сам же и вычеркнул из списков, Арнелий не мог…

В мысли мои закралось неясное сомнение. Уловить его суть я пока не могла, поэтому решила разобраться позже.

Пожалуй, главное, что удивляло меня в этой истории - это участие, принимаемое Его величеством в судьбе Лауриня. Это никак не вязалось ни с характером Арнелия, не видела я и иных объективных причин для подобного поведения. Да и странное какое-то было участие. Если предположить, что Лауринь и в самом деле внебрачный сын Арнелия (хотя я уже говорила, вероятность этого ничтожно мала!), тот мог бы и получше заботиться о своем бастарде. А если это не так - тогда я опять перестаю что-либо понимать…

Глава 15. Кара

Лошадь моя спокойно цокала копытами по мостовой, направляясь к дому. Она давно привыкла к тому, что хозяйка периодически забывает про поводья, и никогда не позволяла себе никаких шалостей. Что и говорить, с лошадью мне повезло…

Путь мой лежал мимо казарм, и по любопытному стечению обстоятельств на глаза мне попался знакомый капрал. Свободные от дежурства гвардейцы - в основном младшие офицеры - торчали у ворот, развлекаясь болтовней, то и дело слышались взрывы хохота - очевидно, обсуждалось нечто далеко не целомудренное. Капрал же скучал в сторонке, не принимая участия в общей беседе.

- Ивас! - окликнула я. Капрал встрепенулся и уставился на меня, как на привидение. Согласна, ночью меня можно испугаться, но средь бела дня-то что так таращиться?

- Добрый день, госпожа Нарен, - сказал он, наконец. - Что вам угодно?

- Передайте лейтенанту Лауриню, - велела я, - чтобы явился ко мне немедленно. В ближайшее время он мне понадобится.

- Простите, госпожа Нарен, - замялся капрал. Гвардейцы в отдалении навострили уши. - Боюсь, это никак не получится…

- Что значит, не получится? - удивилась я. - Он что, при смерти? Однако это входит у него в привычку!

- Нет, госпожа Нарен, господин Лауринь здоров, только прийти не сможет, - неуверенно произнес Ивас. - Он… в общем…

- Да скажите вы уже, наконец! - рассердилась я. - Что вы заикаетесь? У Лауриня заразились, что ли?

- Господин Лауринь не в состоянии прийти! - выпалил капрал и уставился на меня с укоризной.