Апельсиновая девушка - Гордер Юстейн - Страница 31

Я опять пробую перенестись во времени на несколько миллиардов лет назад. Ведь именно тогда я должен был бы выбрать, хочу ли я жить на земле через сотню миллионов лет, или я выбираю небытие, потому что мне не нравятся правила игры. Но теперь я хотя бы знаю, кто будут мои родители. Теперь я знаю, как началась эта история. Знаю, кого я буду любить.

У меня есть ответ. Я делаю торжественный выбор. Я пишу:

Дорогой папа! Спасибо за твое письмо. Оно пришло слишком неожиданно и обрадовало и испугало меня. Но сейчас я наконец сделал трудный выбор. Я твердо уверен, что выбрал бы жизнь на земле, какой бы мгновенной она ни была. Поэтому забудь обо всех тревогах. Ты можешь, как говорят, покоиться с миром. Спасибо тебе, что ты искал и нашел Апельсиновую Девушку!

Мама на кухне готовит ужин. Она говорит, что на ужин будет что-то французское. Йорген скоро вернется после того, что он называет «субботней пробежкой», а Мириам спит. Сегодня 17 ноября, до Рождества осталось всего пять недель.

Ты задал мне несколько интересных вопросов о телескопе Хаббл, и, представь себе, совсем недавно я написал домашнее сочинение как раз об этом телескопе!!!

Сейчас я раскрою тебе большую тайну: кажется, я знаю, что мне подарят на Рождество! Йорген намекнул мне, во всяком случае, он показал в газете несколько любопытных фотографий, короче говоря, я подозреваю, что мне подарят телескоп! Трудно поверить, но Йорген даже два раза прочитал мое домашнее сочинение, хотя он мне и не родной отец. Он сказал, что гордится мною. По-моему, он обо мне заботится даже больше, чем о Мириам, по крайней мере не меньшее, а большего от него, честно говоря, и требовать нельзя. Я уважаю его так, как будто он мой настоящий отец.

Если мне на Рождество подарят телескоп, я возьму его с собой во Фьелльстёлен, потому что здесь, внизу, слишком много того, что астрономы называют «оптическим загрязнением». Я уже придумал, как назову этот телескоп. Я назову его ЯН УЛАВ! Йорген, конечно, немного удивится, но, если он хочет, чтобы мы остались друзьями, ему придется примириться с этим.

Во Фьелльстёлене перед восходом луны бывает такое множество звезд, что невольно спрашиваешь себя, зачем вообще нужен космический телескоп. Да-да, папа, я вовсе не так глуп, как тебе может показаться. Я знаю, что звезды в космосе не мерцают! Но иногда бывает интересно пролежать несколько секунд на дне бассейна, смотря вверх, в небо. Кое-что можно увидеть, и, разумеется, можно угадать, что происходит над водой. Во всяком случае, можно разглядеть лунные кратеры, спутники Юпитера и кольца Сатурна. Так что стоит подумать, не совершу ли я когда-нибудь в жизни настоящий полет в космос!

Сердечный тебе поклон от твоего сына Георга, который держит оборону на Хюмлевейен и знает, что его отец не ударил в грязь лицом.

P. S. Прочитав твое письмо, я чувствую, что скоро смогу заговорить со скрипачкой. Может быть, уже в понедельник. У меня есть много интересного, что я могу рассказать ей. И может быть, она покажет мне свою скрипку.

Я позвал маму. Она пришла. Пока я набирал эту фразу, я дал ей отцовское письмо. То, которое было спрятано за обивку моего детского автомобиля.

«Теперь ты можешь прочитать его письмо», – сказал я.

Книгу, которую я написал вместе с отцом, она прочтет в другой раз. Теперь уже после Рождества. И только в том случае, если они действительно подарят мне телескоп, потому что я уже включил телескоп ЯН УЛАВ в этот рассказ.

Мне страшновато, что мама узнает о скрипачке. Но только чуть-чуть. И меня немного смущает, что мама и Йорген прочтут о том объятии в спальне. Но тоже только чуть-чуть.

Мама взяла отцовское письмо и расположилась в гостиной на старом желтом диване. Она сказала, что хочет немного почитать, пока Йорген не вернулся с пробежки. Я обещал ей быть поблизости и в самом деле вижу ее силуэт в открытую дверь. А иногда даже слышу ее, она всхлипывает. Я понимаю это как знак того, что она не забыла Яна Улава.

Но я продолжаю писать. У меня есть так называемый P.S. и для тех, кто читает эту книгу. Всего лишь маленькая подсказка, намек.

Спроси свою маму или папу, как они познакомились друг с другом. Не исключено, что они расскажут тебе любопытную историю. Можешь спросить их по отдельности, и вовсе не обязательно, что их истории будут похожи одна на другую.

Не удивляйся, если твои родители покажут себя с непривычной для тебя стороны, по-моему, это нормально. Сказки, о которых мы говорим, никогда не бывают совершенно одинаковыми, но я начал понимать, что все такие истории имеют более или менее деликатные правила, говорить о которых трудно. Может быть, не следует слишком приближаться к этим правилам. Их не всегда легко выразить словами, это то, что называется «тонкой материей».

Чем больше деталей присутствует в такой истории, тем более душещипательной она, по-моему, будет, ведь если бы в ней хоть один пустяк отличался от того, что случилось на самом деле, ты мог бы и не родиться! Могу побиться об заклад, что множество мельчайших вещей могли бы повернуть ход событий таким образом, что у тебя вообще не было бы ни малейшего шанса появиться на свет.

Или, если позаимствовать умное выражение моего отца: жизнь – это гигантская лотерея, в которой явными становятся только выигрыши.

И ты, читающий эту книгу, такой выигрыш. Lucky you!