Зимние волки полуночи - Смирнова Елена Станиславовна - Страница 43

От следующих «кадров» мои глаза удивленно расширились. Лаорт поднялся, чуть пошатнувшись, но стоя на ногах вполне твердо. Подошел ко мне, безжизненно лежащей на траве. Нахмурился, взял мою руку в свою, прощупывая пульс. Судя по всему, он еще прослушивался, хотя и очень слабо.

Несколько секунд он сидел, напряженно размышляя, а затем резко поднялся. На оскаленных клыках и прозрачной капле, прочертившей на его щеке влажную дорожку, сверкнула луна, с шумом раскрылись черные кожистые крылья, словно выросшие из спины в мгновение ока.

Не удержавшись, я щелкнула пальцами, включая так называемый «детектор» — удобную вещь, позволяющую обнаружить, какое заклинание использовал противник, не применяя специального сканирования. Детектор сработал безотказно, мигом дав мне всю информацию.

Дальше смотреть я не стала, с силой вырвавшись из памяти.

Я снова чувствовала свою вину. Именно вину, потому что горечь от потери уже не была настолько острой, уходя в закоулки памяти, любовь прихватила ее с собой. Конечно, я скучала. Но уже не как по любимому. Любовь ушла, а это чувство вины осталось, только что обострившись до крайности.

Он все-таки решился. Он мог выжить после заклятья Веггота, шансы были довольно велики. Но в таком случае не выжила бы я. И он решился на смерть, зная, что по-другому мне не помочь вырваться из цепких объятий смерти. Решился поделиться жизненной силой, зная, что это очень опасно для меня — оборотень не может принять силу вампира. Но он знал, что я оборотень лишь наполовину и верил в то, что все может получиться.

Забрать все смертельное заклятье себе, взамен влив в меня свою силу… не полностью, конечно, но… спасибо. Спасибо тебе за жизнь, которую ты мне подарил. Я знаю, что ты этого уже не услышишь, но все равно благодарю тебя. Память о тебе не умерла, ты навсегда останешься самым светлым и лучшим из того, что было в моей жизни. И если я сейчас вернусь…

Ты вернешься.

Если я смогу…

Ты сможешь…

Откуда ты знаешь?

Я — это ты.

Воздух резко хлынул в легкие, заставив закашляться. Замечательно. Я снова жива. И я чувствую свое тело. А еще — повернув голову, я увидела некромантов, застывших памятниками самим себе (еще бы, такой грандиозный промах!) и Роллона (интересно, как он меня нашел), наблюдающего за моим воскрешением с широко открытыми глазами. Я мысленно похвалила себя — удивить Зимнего волка можно только чем-то исключительным. И мне это определенно удалось.

Я улыбнулась. Не знаю уж, как мне удалось вернуться назад, но я вернулась. И даже слабость куда-то отступила, хотя и ненадолго — хватило двух судорожных глотков воздуха, чтобы она вернулась. Обидно, что я ничем не могу помочь Роллону, но, уверена, он справится.

Дальше случилось нечто любопытное — все двенадцать некромантов, отошедшие от шока, синхронно опустились перед Роллоном на колени, и я услышала голос главного:

— Склоняемся перед мудростью великого, — сказал он. Может мне, показалось, но Роллон поморщился, услышав это обращение. А вот я, наоборот, удивилась. С каких это пор Роллон стал народным достоянием и отрадой некромантов?

— Можете не утруждать себя пустыми, никчемными традициями, — ответил Зимний волк, брезгливо дернув плечом. — Я не тот, кого вы во мне видите. Я — не мой отец.

— Но мы же чувствуем вашу силу, — сказал один из них. Я слегка содрогнулась, вновь взглянув на Роллона. От него словно веяло холодом, далекой зимой, ворвавшейся посреди лета.

Да что такое с ним? Когда он заговорил, я не узнала голоса, ставшего стальным:

— Я - не мой отец, — повторил он. — И я не собираюсь оправдывать перед земляными червями. Но передайте моему отцу одно — он может не пытаться слепить из меня достойного наследника и преемника.

Он вопросительно взглянул на меня, почти вжавшуюся в холодный камень.

«Убить их?» — читалось в глазах.

«Не стоит. Пусть живут», — так же молча ответила я. Без Камня, к которому они не смогут даже прикоснуться, их и так быстро поймают.

«Как хочешь», — Роллон повелительно взмахнул рукой. Некромантов как ветром сдуло.

Я чуть прикрыла глаза, собираясь с мыслями, сгрудившимися в кучу. Итак… почему с каждым днем я узнаю о Роллоне все больше нового и интересного? Например, то, что он, оказывается, родной сын бога смерти… впрочем, то, чей он сын, его лично дело, а никак не мое. Впрочем, эта новость меня уже не удивляла — просто меня уже не удивляет ничего, связанное с Роллоном. Да и нет сил на это, встать бы…

Невозмутимо Роллон подошел к жертвеннику, осторожно, чтобы не поранить меня мечом, разрубил цепи. Они показались гнилыми веревками. Помог сесть, потому что сама я сделать это была уже не в состоянии.

Но почему я, существо, сильнее человека, чувствую такую слабость? Неужели побочный эффект?

— С тобой все в порядке? — поинтересовался Роллон, аккуратно придерживая меня за спину.

— Со мной — почти, — тихо сказала я, глазами указывая на Лоттера, все еще лежащего у стены.

Роллон понимающе кивнул, подошел к нему. Пощупал пульс.

— Жив, — наконец возвестил он, а затем Лоттер исчез. — Я телепортировал его в ближайшую больницу. Раны не слишком серьезные, так что телепортацию перенести должен.

— Спасибо. Как ты узнал, что со мной что-то случилось? Ай! — при осмотре моего тела чуткие пальцы слегка коснулись припухшего плеча.

— Извини. Как узнал? Просто ты ни секунды не можешь прожить без приключений.

— Ясно. Ау-а-а! — взвыла я, когда новоявленный лекарь без предупреждения вправил мне плечо.

— Еще раз извиняюсь, — Роллон снял с себя рубашку, накинув мне на голые плечи. Я благодарно влезла в нее, застегнувшись на все пуговицы и чуть дрожа то холода. Стало немного теплее. — Идти сможешь?

— Вряд ли. Подожди… — вдруг вспомнила я кое о чем. — Камень… его нужно спрятать, или…

— Или. Ты его уничтожила.

— Я?

— Да, — кивнул Роллон. — Желание жить было настолько сильным, что он не выдержал и самоликвидировался.

— Ты уверен? — я скептически изогнула бровь. Так вот что тогда все-таки впустило меня в тело… моя жажда жизни.

— Уверен, — еще раз кивнул он. — Сама идти сможешь? — повторил Роллон свой вопрос.

— Попробую, — я неопределенно пожала плечами, попытавшись встать. Роллон лишь покачал головой, наблюдая за моей единственной попыткой.

— Держись за шею, — он чуть наклонился, давая мне возможность за него уцепиться.

Нет, а все-таки приятно, когда тебя несут на руках, пусть даже не потому, что хотят оказать внимание, а из суровой необходимости. Ехать на Роллоне оказалось неожиданно удобно — шаг у него был очень мягким, так что расположилась я с комфортом.

— Лита, можно тебя попросить об одной услуге? — внезапно поинтересовался Зимний волк.

— О какой? — выкарабкиваясь из дремоты, в которую медленно погружалась, лениво уточнила я.

— Впредь, пожалуйста, хотя бы иногда меня слушай.

— Ладно. А исполнять пожелания надо?

— Надо. Это ведь в твоих же интересах, или я ошибаюсь и тебе надоело жить?

— Не надоело, — я чуть-чуть размяла затекшую шею. — А можно теперь я устрою тебе небольшой опрос?

— Устраивай, — милостиво разрешил спаситель.

— Вопрос номер один — где мы?

— Недалеко от побережья, в Ателлене. Здесь есть заброшенные склады, в одном из них последователи культа смерти оборудовали себе убежище.

— Спасибо. Вопрос номер два — ты действительно сын Танатоса?

Меня ощутимо тряхнуло — Роллон сбился с ровного шага, споткнувшись. Его лицо помрачнело, но он все-таки ответил, словно с силой выдавив из себя:

— Да. Но только сын, а не наследник, не преемник и не последователь. Еще одна просьба — не связывайся больше с некромантами или хотя бы постарайся этого не делать.

— Почему?

— Я не хочу использовать свою силу смерти для решения каких бы то ни было проблем.

— Ты не хочешь быть им?

— Кем?

— Наследником.

— Не хочу. Потому что я не наследник. Мне не дали выбора, но я сам возьму его.