Дневник писателя 1877, 1980, 1981 - Достоевский Федор Михайлович - Страница 220

705

Еще Гамлет дивился на слезы актера — «Что ему Гекуба?»… — Имеется в виду монолог Гамлета после прощания с актерами! (д. 2, сц. 2):

706

…древний печерский многострадалец ~ закопал себя по пояс в землю и умер… — Речь идет о «многотерпеливом Иоанне затворнике», который, борясь с плотскою страстью, «вырыл <…> яму, глубиною до плеч <…> и своими руками засыпал себя землей, так что только руки и голова были свободны». Дьявол и после этого продолжал мучить святого тою же страстью, пока Бог, по молитвам Иоанна, не освободил его от этих мук. Достоевский ошибается: Иоанн не умер в яме; выдержав искушение, он больше не был обуреваем этой страстью. См.: Киево-Печерский патерик по древним рукописям. Киев, 1870. С. 102–106.

707

…Поэтом можешь ты не быть, // Но гражданином быть обязан… — Цитата из стихотворения «Поэт и гражданин» (1856).

708

Может быть, решусь выдать один выпуск… — Этому желанию не суждено было сбыться.

709

…я и впрямь займусь одной художнической работой — невольно. — Речь идет о романе «Братья Карамазовы», над которым Достоевский работал ближайшие три года (1878–1880).

710

Но «Дневник» я твердо надеюсь возобновить через год. — Эта надежда осуществилась через два года. Заканчивая роман «Братья Карамазовы» в. 1880 г., Достоевский «возобновил» «Дневник» единственным выпуском (август), посвященным торжествам по случаю открытия памятника А. С. Пушкину в Москве и публикации своей речи (8 июня 1880 г.).

711

Прошу вновь у всех, которым не ответил до сих пор, их доброго, благодушного снисхождения. — За годы выпуска «Дневника писателя» у Достоевского образовалось так много корреспондентов, что писатель не имел возможности отвечать каждому из них. Е. А. Штакеншнейдер записывает слова Достоевского в своем «Дневнике»: «Да разве я буду на них (эти письма. — В.В.) отвечать! Разве есть возможность отвечать на них! Вот, например: „Выясните мне, что со мной? Вы можете и должны это сделать: вы психиатр, и вы гуманны…“. Как тут отвечать письмом, да еще незнакомой? Тут надо не письмо писать, а целую статью. Я и напечатал просто, что не в силах писать столько писем» (Штакеншнейдер Е. А. Дневник и записки (1854–1886). М.; Л., 1934. С. 423). Писатель, однако, отвечал и лично, и в «Дневнике» многим своим корреспондентам. О корреспондентах Достоевского и их письмах см.: Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч.: В 30 т. Л., 1983. Т. 25. С. 350–358.

712

…может быть, русская-то женщина и спасет нас всех… — Достоевский не раз высказывал эту мысль, см., например, «Дневник писателя» за 1877 г. (Сентябрь. Гл. 2, § III).

713

Корреспонденту, написавшему мне длинное письмо (на 5 листах) о Красном Кресте… — Об этом корреспонденте см.: Достоевский Ф. М. Полн. собр. соч.: В 30 т. Л., 1983. Т. 25 С. 352.

714

Мой адрес остается прежним… — С середины сентября 1875 г. до середины мая 1878 г. Достоевский жил на Греческом проспекте, в доме А. П. Струбинского. Дом сохранился.

715

Издатель одной новой книги — «Восточный вопрос прошедшего и настоящего. Защита России. Сэра Т. Синклера, баронета, члена английского парламента. Перевод с английского»… — Книга вышла в переводе под ред. В. Ф. Пуцыковича (СПб., 1878). Издателем книги был В. Ф. Пуцыкович (1843–1909), в типографии которого она (так же, как декабрьский выпуск «Дневника писателя» за 1877 г.) и была напечатана. О том, что книга Синклера переводится на русский язык (вместе с развернутым изложением этой работы), сообщалось в газетах. В. Ф. Пуцыкович был секретарем редакции газеты-журнала «Гражданин» в пору ее редактирования Достоевским. После ухода Достоевского с поста редактора Пуцыкович занял это место. С 1877 по 1879 г. он — собственник этого издания. В 1879 г. Достоевский ищет способы помочь Пуцыковичу, оказавшемуся за границей и (как он уверял писателя) без денег, — в предпринимаемом им издании «Русский гражданин», который начал выходить в Берлине с конца 1879 г. (по 1881 г.). См. письма Достоевского Пуцыковичу от 3 мая 1879 г.; Н. А. Любимову и Пуцыковичу от 11 июня 1879 г.; Н. А. Любимову от 8 июля 1879 г.; А. Г. Достоевской от 24 июля (5 августа) 1879 г. и др.

716

Иван Сергеевич Аксаков — заявил с кафедры, что моя речь «составляет событие». — И. С. Аксаков выступал 8 июня после Достоевского во втором отделении юбилейного заседания. Вечером того же дня Достоевский писал А. Г. Достоевской: «Аксаков (Иван) вбежал на эстраду и объявил, что речь моя — есть не просто речь, а историческое событие!». Эти слова Аксакова были приведены во множестве газет (Голос. 1880. 9 июня. № 159; Молва. 1880. 10 июня. № 158; Нов. время. 1880. 11 июня. № 153); см. также свидетельства Н. Н. Страхова и Д. Н. Любимова (Достоевский в воспоминаниях. М., 1964. Т. 2. С. 352, 378). Аксаков заявил: «Все, что я готовился прочесть, потеряло всякое значение. Моя речь упраздняется речью Достоевского <…> Если я и могу прочесть что-нибудь, то разве это отрывок из приготовленной речи» (Голос. 1880. 9 июня. № 159). «На это послышались крики: „всю речь, всю, читайте все#8220;,— говорилось в „Голосе“. — Г-н Аксаков начал чтение своей речи» (там же). Речь Аксакова см.: Русский архив. 1880. Вып. II. С. 467–484.

717

…может вновь обновиться и воскреснуть… — Ту же мысль Достоевского о возможности для русского общества обновления и воскресения выражает эпиграф к «Братьям Карамазовым» (см. наст. изд. Т. 9. С. 5).

718

Инок.: О типе русского инока-летописца — образы такой неоспоримой правды. — Имеется в виду пушкинский Пимен из драмы «Борис Годунов». Ср. характеристики этого образа в статье 1861 г «Книжность и грамотность» (наст. изд. Т. 11. С. 93).

719

…типы бытовые, как в «Капитанской дочке»… — Черновой автограф речи о Пушкине содержит развернутую характеристику «Капитанской дочки» как «чуда [искусства] понимания русского быта и народной души». Ее более отделанный вариант содержится в тексте, подготовленном для выступления. Но произнесено это место не было и не вошло в печатный текст. Работая над третьей главой «Дневника писателя» 1880 г., Достоевский продолжал размышлять об особенностях пушкинского реализма, сказавшихся в «Капитанской дочке». В рукописях речи «Капитанская дочка» сопоставлялась с «Недорослем» Фонвизина. Дополнив свой анализ сравнением с «Мертвыми душами» Гоголя, Достоевский сформулировал в черновом автографе третьей главы «Дневника» 1880 г. свое понимание соотношения пушкинского и гоголевского реализма. Так как эти размышления не были связаны с полемикой с А. Градовским, они не вошли в окончательный текст.

720

…«что нищая земля наша ~ новое слово миру». — Утверждение Достоевского в речи о Пушкине о том, что России суждено сказать миру новое слово, вызвало возражение А. Д. Градовского: «…истинно всечеловеческое значение мы можем приобрести только после того, как мы разовьемся и укрепимся в качестве народности, умеющей и могущей делать свое общественное дело…» (Голос. 1880. 25 июня. № 174). Еще ранее возражал Достоевскому критик «Молвы»: «Что это за выделение России в какую-то мировую особь, в избранный Богом народ?» (Молва. 1880. 10 июня. № 158). Более развернуто Достоевский изложил свою позицию в ответе Градовскому в третьей главе «Дневника».