Дневник писателя 1877, 1980, 1981 - Достоевский Федор Михайлович - Страница 212

609

(См. «Дневник писателя» октябрь 1876 и апрель 1877 года.) — О деле Корниловой Достоевский писал в майском (гл. 1, § V), октябрьском (гл. 1, § I) выпусках за 1876 г. и апрельском выпуске (гл. 2) 1877 г.

610

…объявили публично, что первый обвиняющий Корнилову приговор был отменен ~ «не влияло ли на поступок преступницы ее беременное состояние?» — См. апрельский выпуск «Дневника писателя».

611

Но в «Северном вестнике», в новородившейся тогда газете, как раз я прочел статью… — Речь идет о статье «Беседа», напечатанной в № 8 указанной газеты за 1877 г. (8 (20) мая 1877 г. Подпись: Наблюдатель).

612

…подвергся и Лев Толстой за «Анну Каренину»… — О романе Толстого Наблюдатель писал: «Анна Каренина умерла. Это в своем роде событие. Ее убил тот факт, что к ней охладел блестящий Вронский: так по крайней мере изъясняет граф Толстой. Но так как Вронский весьма похож на героев Марлинского и ничем не отличается от старинного типа губителей женских сердец, гуляющих по Невскому, или позирующих в гостиных, или лежащих в растворенных окнах зданий сухопутного ведомства, — то не верится, чтоб женщина умная могла окончить жизнь на мотив тривиального романса: „Он меня разлюбил“ <…> Мне кажется, Анну Каренину убил скорее тот факт, что к ней охладел русский читатель, а не Вронский. Читателя утомила эта долговременная диета на психологии с длинными промежутками между приемами. Но одно такое утомление читателя, быть может, еще не побудило бы автора приблизиться к развязке. Относительно читателей гр. Толстой, очевидно, держится правила губителей и губительниц сердец: пусть страдают. Но Восточный вопрос выдвинулся наконец до такой степени на первый план, что заслонил собой Анну Каренину даже в умах таких ее фанатиков, как критики „Голоса“. Вот отчего, по всей вероятности, она и умерла так неожиданно…» (Сев. вестн. 8 (20) мая. № 8).

613

…объяснить каким-нибудь особым случайным обстоятельством, болезненностью, «аффектом»… — Объяснения такого рода часто мелькали в процессах 1860-1870-х годов для смягчения приговора или оправдания обвиняемого. Неудовлетворительность этих объяснений и собственные сомнения, возникшие у писателя в связи с делом Корниловой и участием в ее оправдании, побудили Достоевского затронуть эту тему в «Братьях Карамазовых» и еще раз осудить (уже без всяких оговорок) в адвокатской практике ссылки на «аффект» для отмены обвинительного приговора.

614

Гораздо труднее присяжным ~ Эк, велико дело: ведь не убился же ребенок; а что его били, так ведь «его должность такая». — См.: Сев. вестн. 1877. 8 (20) мая. № 8.

615

Было только одно свидетельство одной только женщины, жившей тут же в коридоре рядом — выяснилось потом защитой, как «коридорная сплетня»… — Достоевский писал об этом в апрельском номере «Дневника» за 1877 г.

616

…от обвинения в предумышленности преступления отказался сам прокурор — публично, гласно, торжественно, в самый роковой момент суда. — Это обстоятельство Достоевский особо подчеркнул в апрельском номере «Дневника» за 1877 г.

617

Выражение: «Ну, живуча» — было выставлено защитником экспертом же (а не обвинением)… — Эту фразу Достоевский приводит в апрельском номере «Дневника» за 1877 г.

618

…писал тогда ~ взяла, да и сделала?.. — Достоевский неточно цитирует свои слова, но не искажает их смысла.

619

…четвертый, Дюков, эксперт именно по душевным болезням ~ он, дескать, акушер, он больше всех должен знать в болезнях женщин. — Об экспертах, принявших участие в процессе Корниловой, Достоевский писал в апрельском номере «Дневника», уже тогда подчеркивая компетентность мнения Дюкова («известный наш психиатр») и некомпетентность мнения Флоринского («к счастью, он не психиатр, и мнение его прошло без всякого значения»).

620

…брак — именно как на таинство. — Брак — одно из семи таинств православной церкви: крещение, миропомазание, причащение, покаяние, священство, брак, елеосвящение.

621

У меня же в голове насчет ее ходило несколько мрачных мыслей… — Здесь и далее Достоевский опирается на собственный опыт и впечатления, вынесенные им из Сибири, отразившиеся наиболее полно в «Записках из Мертвого дома» (1861–1862).

622

То, что вы заступаетесь за детей, конечно, делает вам честь, но со мной-то вы обращаетесь слишком высокомерно. — Мысль о том, что взрослые и дети гораздо теснее связаны друг с другом, чем это обычно кажется, ясно выражена в «Униженных и оскорбленных» (1861). Достоевский вернулся к ней и подробно разработал позднее в «Братьях Карамазовых», полагая, что соображения такого рода должны быть учтены философско-политическими системами, обсуждающими вопросы переустройства мира.

623

Когда был процесс Кронеберга… — Об этом процессе Достоевский подробно говорит в «Дневнике писателя» за 1876 г. (февраль, гл. 2).

624

…случилось заступиться за малолетних детей Джунковских… — Достоевский имеет в виду «Дневник писателя» за 1877 г, (июль-август, гл. 1).

625

…в «Дневнике» заговаривал о детях ~ даже упомянул об одном мальчике у Христа на елке… — Имеется в виду подробная разработка названных тем в «Дневнике писателя» за 1876 г.

626

Вы зло посмеялись надо мною, г-н Наблюдатель, за одну фразу — Как трогательно (прибавляете вы), но горе бедному ребенку и т. д. и т. д. — Оппонент Достоевского «зло посмеялся» над ним еще раз в другой статье под тем же названием «Беседа». Говоря о наказании преступников в Англии, Наблюдатель пишет: «… в Англии на этот счет строго. Не то что у нас, где признали невменяемость по „запальчивости и раздражению“ для мачехи, которая долгое время преследовала и била маленькую падчерицу, а, наконец, в один прекрасный день взяла да и выкинула ее на улицу из четвертого этажа <…> скажу, что у нас наверное будет признана „невменяемость“ того почтальона, который на днях в Петербурге зарезал своего полуторагодовалого сына и вошедшей жене сказал: „На, полюбуйся…“, а потом признался, что хотел зарезать дочь, но ошибся и зарезал сына. Что ж, бедный человек, он был пьян и был сердит на жену; он действовал „в запальчивости и раздражении“! Признают невменяемость и отпустят домой, к жене и к дочке, а г-н Достоевский опишет в своем „Дневнике“ радость их при возвращении пострадавшего» (Сев. вест. 1877. 23 окт. (4 ноября). № 175). По-видимому, возвращение Наблюдателя к прежним нападкам, в свое время пропущенным Достоевским, и заставило писателя подробно остановиться на этой полемике в декабрьском выпуске «Дневника».

627

…сказано было великой грешнице, осужденной на побитие камнями: «Иди в свой дом и не греши»… — Имеются в виду слова Христа (Евангелие от Иоанна, гл. 8, ст. 11).

628

Я видел его в последний раз за месяц до его смерти. — Достоевский часто виделся с Некрасовым в ноябре 1877 г. А. Г. Достоевская вспоминает: «В ноябре 1877 г. Федор Михайлович находился в очень грустном настроении: умирал Н. А. Некрасов <…> Узнав, что Некрасов опасно болен, Федор Михайлович стал часто заходить к нему — узнать о здоровье. Иной раз просил ради него не будить больного, а лишь передать ему сердечное приветствие. Иногда муж заставал Некрасова бодрствующим, и тогда тот читал мужу свои последние стихотворения <…> Вообще последние свидания с Некрасовым оставили в Федоре Михайловиче глубокое впечатление, а потому когда 27 декабря он узнал о кончине Некрасова, то был огорчен до глубины души <…> Федор Михайлович бывал на панихидах по Некрасове и решил поехать на вынос его тела и на его погребение» (Достоевская А. Г. Воспоминания. М., 1971. С. 316–317).