Королев: факты и мифы - Голованов Ярослав - Страница 307

На очередном сеансе связи, когда «Восход» вошел в зону радиовидимости, Лебедев – помощник Никиты Сергеевича – организовал ему телефонный разговор с бортом космического корабля. Разговор этот, как и все предыдущие подобные разговоры с космонавтами, был пустейший, но Хрущев любил их, поскольку его восхищал сам факт разговора. Шутка ли, ты сидишь на даче и говоришь по телефону с людьми, которые летают в космосе?!

Микоян, зашедший на дачу, теребил старого друга.

– Вот здесь рядом со мной Микоян, просто вырывает трубку, – шутливо жаловался Никита Сергеевич космонавтам...

Нервозная обстановка, сопровождающая всякий раз «правительственную» беседу, несколько нарушила четкое расписание жизни в космическом корабле. Впрочем, быстро она вернулась в прежнее русло. Работа на орбите шла хорошо, дружно, и, когда на одном из ночных сеансов связи Королев спросил, готовы ли они к выполнению завершающей части программы, «Рубины» – такой им придумали позывной245 – даже стали просить увеличить время их полета еще на сутки.

– У нас не было такой договоренности, – ответил Королев, довольный, однако, тем, что космонавтам нравится летать.

– Увидели много интересного. Хочется расширить наблюдения, – объяснил Комаров.

«Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам...» – устами Главного в космосе впервые говорил Шекспир. – И все же будем выполнять программу...

В час приземления долгожданный доклад службы поиска прозвучал примерно в расчетное время, хотя всем казалось, что он запаздывает:

– Летчик Михайлов на самолете Ил-14 видит в воздухе объект в сорока километрах восточное Марьевки...

'Королев не успокоился:

– Пятьдесят второй, я – двадцатый! Скажите, сколько парашютов видит Михайлов: один или два?..

Пауза. Глубокая, как бездна.

– Два парашюта...

С двигателями мягкой посадки встреча с землей напоминала толчок разболтанного старого лифта, когда он опускается на первый этаж. «Посадка была мягкой, но шар перевернулся, и мы повисли на ремнях вверх ногами, – вспоминает Феоктистов. – Ближе к люку был Володя Комаров, он вылез первым, затем Борис и последним я ...»

В эти минуты в далекой Пицунде Никита Сергеевич Хрущев принимал на даче французского министра Г. Палевского. Он и обедать с ним собирался, но телефонный звонок Брежнева нарушил его планы: Хрущева вызывали в Москву. Когда космонавтов доставят в Ленинск, в Москве уже полным ходом будет идти пленум. Когда закончатся послеполетные медицинские анализы на «площадке № 17», Хрущев уже будет снят со всех постов.

Эти два события – государственный переворот и завершение космического полета – соединили в своих статьях десятки зарубежных журналистов. Они утверждали, что именно смещение Хрущева заставило сократить программу полета и посадить «Восход» через сутки. Это неверно. Полет заранее был так рассчитан, и в тот момент, когда космический корабль пошел на посадку, Королев (как и Хрущев) ничего не знал о близкой смене власти.

Доставленные после приземления в Кустанай, космонавты довольно долго ожидали звонка Хрущева – ведь именно так было запланировано. «Но около трех часов дня, – записал в дневнике Каманин, – пришло сообщение от Смирнова из аппарата Совета Министров: „Космонавты не дождутся разговора с Хрущевым – можно улетать на полигон“».

Экипаж возвратился на Байконур. Послеполетное медицинское обследование, отдых – все прошло как обычно. 14 октября на расширенном заседании Госкомиссии космонавты доложили о своем полете. Потом устроили торжественный обед. Вечером позвонил Вершинин и срочно вызвал в Москву Руденко. 15 октября, ничего им не объясняя, улетели в Москву Королев и Тюлин. Экипаж развлекали кинофильмами и фазаньей охотой в плавнях Сырдарьи. Наконец, официальное сообщение: «по состоянию здоровья» Никита Сергеевич Хрущев освобожден от всех занимаемых постов. 19 октября новый вождь – Леонид Ильич Брежнев, решив, что добрые традиции своего предшественника наследовать не грех, распорядился устроить на Красной площади праздник в честь героев космоса. Когда летели в Москву, один из шутников поучал Комарова:

– Володя, значит, докладывать нужно так: «Готовы выполнить любое новое задание любого нового правительства...»

73

Новый лидер не изменил старым традициям. Кроме Золотых Звезд, космонавты были обласканы ликующей толпой у подножия Мавзолея и роскошным приемом в Кремле. После страшного напряжения последних дней на самой верхушке государственной пирамиды вожди позволили себе чуть-чуть расслабиться, настроение это мгновенно передалось всем присутствующим, и прием прошел очень весело и непринужденно. Королев даже позволил Келдышу увезти себя к нему домой догуливать...

Но сколь ни велик был успех, Королев никогда не позволял себе растягивать празднества – сразу накидывался на новую работу и других заставлял следовать своему примеру. А следующей большой работой был выход человека в открытый космос.

Несколько статей «профессора К. Сергеева» в «Правде» – сочинения скорее политические, нежели научно-популярные. Просто и ясно о своей работе Королев рассказывал лишь один раз. Тогда на космодроме он беседовал перед стартом «Восхода-2» с журналистами, и Юрий Летунов, корреспондент Всесоюзного радио, записал эту беседу на пленку. Королев говорил о предстоящей работе, но, как часто у него получалось, забегал мыслями вперед, стараясь показать, как сегодня брошенные семена пойдут в рост завтра.

– Особенность и специфика этого полета, – говорил Сергей Павлович, – заключаются в том, что один из космонавтов должен на орбите через шлюзовую камеру выйти в космос и провести там короткое время. Зачем нужно выходить в космос? Почему такое значение мы придаем именно этому эксперименту? Я думаю, что на это очень просто можно ответить: летая в космосе, нельзя не выходить в космос, как, ведя корабль, скажем в океане, нельзя бояться упасть в воду, нельзя не учиться плавать.

Все это связано с целым рядом операций, которые могут потребоваться в дальнейшем при встрече кораблей. Выход из корабля очень сильно упрощает проведение специальных наблюдений в космосе, ну и, наконец, необходим в тех случаях, когда нужно будет что-либо поправить на корабле. Мы, например, думаем всерьез над тем, что космонавт, вышедший в космос, должен уметь выполнить все требуемые ремонтно-производственные работы, вплоть до сварки. Это не фантастика, это необходимость! Чем больше люди будут летать в космос, тем больше эта необходимость будет ощущаться.