Анжелика и дьяволица - Голон Серж - Страница 107

Но здесь, в девственных лесах, оставаясь не менее опасным, он обретал свой подлинный лик, лик ангела…

«Я брежу. Но эта Амбруазина!..» – сказала себе Анжелика, возвращаясь в реальную жизнь, как возвращается к равновесию человек, оступившийся на лестнице. Она попыталась сдержать сердцебиение и закрыла глаза, стараясь заснуть, но смутные мысли продолжали будоражить ее воображение.

– Зачем она сказалась уроженкой Пуату, хотя это явно не так?.. Чтобы покорить меня, усыпить мою настороженность… Каждое ее слово преследует определенную цель, вплетается в интригу с намерением меня ослепить, сбить с толку, но так, чтобы я и не догадывалась об этом.

Она старалась не думать о Жоффрее… А просто ждать. Виль д'Авре подтвердил, что он отплыл к Ньюфаундленду. Огромный остров на востоке, где-то на краю света… Вернется ли он? Вернется ли вовремя?

Анжелике показалось, что ожидание стало ее жизнью, а все происходящее есть символ борьбы против сил отчаяния, чтобы заслужить, да заслужить, чудо воссоединения с ним на этой земле.

Разве могли они в свое время правильно оценить это беспокойное счастье?

Когда на «Голдсборо» Рескатор снял свою маску, чтобы открыть той, которая была когда-то его женой, черты графа де Пейрака, их исстрадавшиеся сердца вновь соединились, чтобы осознать неизменность их первой любви.[35]

Казалось, сейчас все разыгрывается снова, но с удвоенной силой и в чистом виде. Именно в эти дни ей пришлось потерять и вновь найти его. И все страдания опять ожили, еще более жгучие. Как и все радости, какие придут, возможно, позднее.

Она проснулась более спокойная, более уверенная в себе. Сегодня она начнет действовать.

Перед тем как встать, еще в полудреме она снова обдумала каждый факт, как обдумывают каждую деталь предстоящего сражения. Мучившая ее интуиция подсказывала ей прежде всего, что существует связь между Амбруазиной де Модрибур и негодяями, которые устраивали кораблекрушения и преследовали их по пятам.

«У них есть главарь, – говорил Кловис, – которому они подчиняются и который находится на берегу. Они называют его Велиалит».

Велиалит! Это пахнет чем-то сатанинским, с явным намеком на женское начало.

Она высекла огонь, зажгла фитиль в ночнике с тюленьим жиром, поставила его на скамейку, нашла конверт, засунутый под подушку и достала записку, найденную в кармане убийцы.

Анжелика еще раз прочитала текст, поднесла бумажку к носу и попыталась, закрыв глаза, уловить исходящий от нее запах.

– Я приду вечером, если ты будешь умницей…

Амбруазина!

В ее памяти возник образ… Образ убийцы с всклокоченными волосами и окровавленной дубинкой в руке. Амбруазина… Амбруазина, укрощавшая этого грубого зверя своими порочными ласками… Она способна на все. А если это так, слова Лопеша, матроса с корабля Колена, услышанные ею на «Сердце Марии», приобретают особый смысл: «Когда ты увидишь высокого капитана с фиолетовым пятном на лице, знай, что твои враги неподалеку».

Жоб Симон, капитан «Единорога», корабля, зафрахтованного герцогиней де Модрибур для доставки в Квебек королевских невест… Но это честный человек, который первым рассказал о совершенном на них покушении.

Где же то общее, что связывает эти три величины: корабль с оранжевым флагом и его бандитский экипаж, «Единорог», на котором плыли Жоб Симон и герцогиня, и «Сердце Марии», принадлежавшее корсару по имени Золотая Борода, нынешнему Колену Патюрелю, так как и он, пусть не прямо и не умышленно, участвовал, похоже, в заговоре, имевшем целью уничтожение Пейрака и разграбление Голдсборо.

Анжелику охватило предчувствие, что она приближается к открытию очень важной истины.

И вдруг все рассыпалось. Нет, тут что-то не то. Одна деталь, и не последняя по важности, разрушила ее тщательно выстроенные гипотезы. Ведь те самые бандиты, которых она обвинила в сообщничестве с герцогиней де Модрибур, завлекли «Единорог» на рифы и уничтожили его экипаж. Следовательно, они не могли получить от Амбруазины приказ о таком преступлении, поскольку речь шла о ее собственном корабле, ведь она была на его борту и лишь чудом спаслась от гибели.

Чудом!., если только не пришел час для того, чтобы сбылось видение, явившееся той монашке из Квебека.

Дьяволица, сидящая верхом на единороге… выходит из вод морских на берег близ Голдсборо…

Женщина с ребенком на руках вступила на песок… своей маленькой ножкой, затянутой в дорогую кожу и красные чулки, и… двинулась им навстречу изящной и легкой походкой.

Платье ее было покрыто грязью и порвано… Мадам Каррер, которой пришлось его стирать и чинить, сказала:

– Что-то мне непонятно с этим платьем… Что-то здесь нечисто. Можно подумать, что…

Хотела ли она сказать, что его порвали и измазали грязью нарочно!

Анжелика упрекнула себя за то, что не расспросила как следует эту женщину, не заставила ее рассказать все до конца.

Глава 7

Анжелика решила забрать у Амбруазины камзол Жоффрея и стала ждать, наблюдая за ее домом, когда та отправится к мессе.

Она увидела, как целая компания во главе с «благодетельницей» двинулась к церквушке, колокол которой призывал верующих на молитву.

Здесь, в Тидмагуше, герцогиня держала свой двор, как настоящая королева. Она прибыла сюда раньше Анжелики, солидно обосновалась, и ее не так-то просто было свергнуть. Амбруазине необходимы были не только ее «невесты», секретарь и Жоб Симон, чтобы ее сопровождать, но также поклонники и почитатели, причем в большом количестве. Там был Никола Пари, а также несколько вчерашних гостей, включая и капитана рыболовной шхуны, довольно много бретонских рыбаков и, конечно, Виль д'Авре, как обычно раскованный и элегантный, шагавший по песчаным тропинкам с такой грацией и непринужденностью, как будто он прогуливался по аллеям Версаля.

Как только кортеж скрылся в лесу, Анжелика бросилась к дому Амбруазины. Она схватила камзол Жоффрея и прижала его к сердцу. Затем оглянулась вокруг.

В голову ей пришла мысль воспользоваться случаем, чтобы побольше узнать о своей противнице. Она принялась открывать сундуки, сумки, выдвигать ящики. Переворошила ткани, белье. От всего исходил тот колдовской запах, который поразил Анжелику еще тогда, когда герцогиня в первый раз вступила на берег Голдсборо.

Странный это был случай, вне времени и пространства. Она содрогнулась, вспомнив о нем. Каково же было его скрытое значение?

Откуда столько одежды у потерпевшей кораблекрушение женщины?.. Сундуки были полны. Подарки поклонников? Жоффрея?.. Ее больно кольнуло в сердце, но она запретила себе думать об этом дальше.

Анжелика продолжала свои поиски, не находя ничего полезного для своего расследования. Вдруг из кармана одного из платьев выпало несколько сложенных листков. Подняв их, Анжелика сразу же узнала письмо отца де Вернона.

Глава 8

Как же это письмо попало в руки герцогини де Модрибур? Приказала ли она догнать и убить шведского мальчика, который принес посмертное послание иезуита? Почему стремилась любой ценой завладеть письмом? Почему хранила его в своем сундуке? Какой чрезвычайно важный секрет раскрывался в его строках, которые Анжелике не удалось прочесть до конца?

Тогда, охваченная тягостными воспоминаниями после первых же прочитанных слов, она прервала чтение, положила послание на стол, и в этот момент в комнату вошла Амбруазина, а мальчик, доставивший письмо, исчез. Сколько раз впоследствии она упрекала себя в излишней чувствительности, помешавшей ей сразу же ознакомиться с полным текстом письма, от которого, возможно, зависела судьба всех.

Одной из причин, заставивших Анжелику попытаться как можно быстрее найти Пейрака, а не ждать его спокойно в Голдсборо, была неотвязная мысль об исчезнувшем письме, в котором, похоже, возводились на нее очень опасные и трудноопровержимые обвинения и которое могло попасть в руки непримиримому отцу д'Оржевалю прежде, чем она и ее муж смогут подготовить план защиты против чудовищной клеветы.