Вторая жизнь - Марченко Ростислав Александрович - Страница 8

Мелькнула тень от двери. Когда повернулся — в дверях Харальд с отвисшей челюстью. Потом возник отец, повторивший мину Харальда. Он-то и не допустил продолжения бойни, когда Бьерн достаточно пришел в себя, чтобы начать матюгаться и жаждать реванша.

Выдав каждому по затрещине, выслушал соображения сторон. Хмыкнул, пуганул обоих своим гневом в случае продолжения конфликта, но не смог спрятать удивленно-озабоченно-внимательного взгляда. Отложенное имущество осталось у меня, включая секиру. На топор после моего наезда в процессе разбирательства брат претендовать не стал. Остаток дня прошел без осложнений.

Вечером папа выдал мне инструктаж о действиях за время его отсутствия, что больше напоминал сакраментальное: «Сынок, слушайся маму». Ибо она осталась главной в нашем хозяйстве и, в том числе, руководстве движимым и недвижимым имуществом. От меня требовалось только осуществлять силовую поддержку ее слов или действий и делать то, что запрещено рабам.

А так же заниматься своими доспехами и вооружением.

— Раз брату морду бить достаточно вырос, посмотрим, насколько умен, чтобы хорошей броней и оружием себя обеспечить.

Следующим утром жители Тайнборга тепло провожали уходящих за славой (см. добычей), готовых ради славы умереть (см. перебить поголовно владельцев приглянувшегося имущества) героев.

Выйдя из ворот, охраняемых двумя из четырех представителями мужского населения поселка, что посуточно, согласно списков хевдинга, берегли поселка сон и покой. Спустились к слободе, между которой и поселком притулилась пристань. Слобода располагалась метрах в трехстах от поселка, ниже по течению Одры, довольно полноводной реки шириной метров пятьсот.

Первым располагался наш двор. За забором из жердей высотой метра полтора были видны срубы кузни, два сеновала, коровник-конюшня, курятник, господская и рабская бани, а так же слободской дом.

Народу уже хватало. Девицы вешались на шею, целуя кавалеров, Бьерна слюняво чмокнула дочка корабельщика Кнубы. Настроения это ему прибавило не шибко. Несмотря на превосходные регенеративные способности у моих новых соплеменников, куда как превосходящие людей, его глаз радовал великолепным черным синячищем. Народ же, как я краем уха подслушал, уже был в курсе, кто его отоварил и за что. Авторитету такое дело не способствует. Я же заработал несколько заинтересованных взглядов от наших девушек, что не показалось мне неприятным. Что поделать, гормоны, переходный возраст. Да и девицы были и по людским меркам симпатичные — никакого лишнего веса, стройные, клыки, в отличие от мужиков, не торчат. Отличия от людей — листовидные уши и зеленоватый цвет кожи — их нисколько не портили. Вертикальный зрачок в глаза сильно не бросался.

У всех мужчин еще присутствовала легкая несоразмерность длины рук — кончики пальцев не на середине бедра, а чуть выше колена. Кроме, почему-то, меня и братьев, отличных еще и более светлой кожей.

Я мысленно отметил этот пункт среди потенциальных вопросов колдуну. Так в природе не бывает. Не иначе кто-то поиграл с генами предков, если принять, что эпидемии — хлопок дверью товарища Императора. Это же прекрасно объясняло и странности, например, стопроцентную боеспособность мужчин в поселке.

Когда народ собрался полностью, бойцы выстроились на строевой смотр, оказывается, вечный, как сама армия, для определения качества и количества вооружения и доспехов. Плохо одоспешенные и вооруженные, по традиции, получали уменьшенную долю.

В строю стояло двадцать семь душ. Еще десять-пятнадцать собирались добрать в Кортборге, среди родни. Минусом морских походов было то, что драккаров было меньше, чем желающих. Но, увы, не обязательно касаясь конкретного борга.

Наряду с обоими младшими братьями Кнубассонами и сыном их старшего Эриком, хевдингом Краем А'Туллом, его сыном Кори, сыном боргмана Эгилем А'Кортом, отец с братьями выделялись качеством и количеством вооружения. Джентльменским набором, соответствующим набору хирдмана дружины ярла. Даже луков не было только у Харальда и Кори А'Тулла. Плюс Эгиль с непопулярным из-за скорострельности арбалетом.

Остальные были экипированы хуже. Мечи примерно у половины, частично дополненные топорами или булавами. У остальных одни топоры. Большие копья у всех. Но не у всех полноценные боевые, несколько охотничьих с перекладиной. Два вообще с трофейными или копанными чисто колющими наконечниками. Сулиц мало.

Одоспешены все. Чуть менее половины в простых кольчугах, остальные в чешуйчатых панцирях на кожаные рубахи, с наручами. Правда, большинство панцирей цельнокожаные, с чешуей из проваренной в масле кожи, более капитальный вариант поддоспешника. Кстати весьма неплохая защита, мало чем уступающая кольчуге. Шлемы либо кольчужные капюшоны и щиты у всех. Луков штук шесть, из них сложносоставной только один. Оставшиеся — ясеневые деревяшки. Немного, но достаточно, чтобы не обломаться с долей с самого начала. К слову сказать, экипировка отряда в целом заметно превосходила среднестатистический ополченческий херад количеством металла носимого на телах воинов, если меня не подводила память.

Кнубассоны шли кормчими, руководил походом хевдинг.

Под крики провожающих наши потенциальные грабители заняли, уже готовый к походу драккар. Упаковали доспехи и вооружение в рундуки под скамьями. Разобрались по веслам и с новым витком оваций отправились навстречу приключениям. На свои и чужие ягодичные мышцы.

Глава 3

Такой карт-бланш, как абсолютная свобода действий в деле обеспечения себя средствами индивидуальной бронезащиты, не стоило терять. В таком-то ужасном мире.

Делать рогатину было рано. Не было подходящего сухого древка. Ограничился пока заказанным у рабов в кузне наконечником. И вырубленной и подготовленной заготовкой, повешенной сушиться. Заодно наделал заготовок для сулиц.

Из оставшегося наибольшего напряжения извилин заслуживали меч и панцирь в дополнение к кольчуге.

Содержимое оружейной мысленно отбросил. Во первых, не мое, отцово. Хотя и можно выпросить, но для повышения статуса несолидно. Во вторых, тамошний чешуйчатый панцирь не очень подходит по комплекции. Меч тоже не впечатлил, типичное одноручное чисто рубящее оружие. Пришлось еще раз перетряхнуть запасы металла и трофеев.

Трофейная чешуя никуда не годилась. Повреждения и провонявшая падалью кожа снижала до минимума ликвидность товара. Даже при всех заново набитых пластинах. Тем более, не оставлять же такую дрянь себе. Напрашивался вывод — кожу сжечь, металл пустить на новую чешую.

Привлекательно, но поступил слегка иначе. Еще в родном теле, ковыряясь в просторах Интернета, обратил внимание на увлеченность многих реконструкторов бригантиной, включая не только игровые, но и реальные реконструкции раскопок археологов. Интерес к истории, в том числе и оружия, из простого хобби неожиданно превратился в плюс.

Так как конструкция вооружения неотрывно связана с концепциями его применения, начать решил с основ. Бригант давал тот же уровень защиты, что и чешуя, а то и выше из-за гашения ударов кожей. Но у меня возникла идея носить его не на кольчуге, а под ней. Не зная действительного качества стрельбы эльфийских лучников, и здесь, по слухам, чертовски метких, было бы по определению опрометчиво показывать им апгрейд защиты корпуса в виде практически непробиваемых стрелами чешуи, бригантины или ламелляра. Ибо любой солдат с минимальным здравым смыслом прицельно будет стрелять туда, где уверен, пробьет броню противника. Если, конечно, достаточно квалифицирован для этого. При характерном для англичан в Столетнюю войну засыпании стрелами по площадям это, конечно, не работало. Но английские йомены, увы, не были бессмертны. Так что сомнений в профессионализме эльфов у меня было чертовски мало. А пробитое колено, оно здоровья не прибавит. Не говоря о том, что большинство убитых лучниками, при Азенкуре, например, были первоначально ранены стрелами, которых лучники тупо добивали колюще-режущими предметами и кувалдами для забивания кольев в свободное от французских атак время.